Сильнее времени
Шрифт:
Нет, не простой оказалась встреча с разумянами!
Выходцы из моря поравнялись со встречающими, которые укутали их белыми одеждами, похожими на купальные простыни. Теперь все фигуры стали напоминать одна другую.
— Видите, они не имеют ни малейшего желания топиться. Скорее наоборот, — прошептал Каспарян. — Лазерные пистолеты — вот что теперь понадобится!
— Нет! — скомандовал Ратов. — Пистолеты оставить у траншеи. Не для того мы прилетели за столько световых лет, чтобы применять их.
Каспарян проворчал, а Кузнецов вспоминал
— Спокойно. Пошли, — сказал Арсений и первый выбрался из траншеи.
Толя Кузнецов, не уступавший ему ростом, шел с ним рядом, а низенький Каспарян, недовольный, даже обиженный, отстав шагов на десять, шел следом. Он то и дело ощупывал пустую кобуру.
Три фигуры в неуклюжих костюмах приближались к загадочным аборигенам. На ходу они старались шумом привлечь к себе внимание, чтобы обитатели Релы не заподозрили нападения. Руки, в которых не было никакого оружия, они протягивали к хозяевам планеты.
Но существа в белых хламидах никак не реагировали на приближение чужепланетных гостей. Вероятно, эмы никого не боялись на своей планете, не знали ни осторожности, ни страха, быть может, давно избавившись от всех опасных животных.
Только после церемонии укутывания одеяниями запоздавших выходцев из моря эмы оглянулись и, очевидно, заметили землян.
— «И тридцать витязей прекрасных чредой из вод выходят ясных», — прогремел усиленный радиоголос Толи.
Трое неуклюжих великанов в тяжелых скафандрах, расставив ноги, стояли у пенной полосы прибоя и через громкоговорители тщетно обращались к загадочным глухонемым эмам.
Громкоговорители смолкли, и существа разных планет стали молча разглядывать друг друга.
Глава третья… СИГНАЛ БЕДСТВИЯ
Глаза эмов были, пожалуй, самым удивительным из всего, что видели люди на планете Рела.
Продолговатые, с горизонтальными щелевидными зрачками они больше всего напоминали глаза на японских статуэтках «догу», созданных во времена джемон-периода пять тысячелетий назад и одетых в некие подобия космических скафандров. Арсений даже подумал было, что эмы в давние времена прилетали на Землю.
В первую встречу с эмами люди не могли рассмотреть за длинными хламидами их телосложения. Выходившие из воды были слишком далеко. Эмы не выразили к пришельцам никаких чувств: ни страха, ни радости… даже любопытства, если не считать, что удивительные глаза их были устремлены на пришельцев. Арсений подумал, что эмы, наверное, так же глухи, как и они сами в надетых шлемах, когда приходится пользоваться радиосвязью. Радиосвязь! Так вот в чем разгадка! Что такое глаз? Природный радиоприемник очень узкого диапазона волн. Если на Земле природа создала у животных такой приемник электромагнитных колебаний, не появился ли на другой планете живой радиоприемник много большего диапазона? Что, если глаза эмов принимают и передают не только световые волны, но и радиоволны, включая и тот их диапазон,
И Арсений мгновенно принял решение. Подобно тому как «Жизнь» с тысячекилометровой высоты посылала на Релу радиопризывы, которые никто не ждал, а потому не принял, Арсений передал теперь подобранные в свое время Каспаряном отрывки «послания разумян» направленным лучом в ожидающие глаза эмов.
И эмы поняли!.. Непостижимо как, но они восприняли сигнал, длившийся лишь миллисекунды. Глаза эмов излучали и принимали излучение.
Впоследствии, когда Каспарян удивлялся находчивости Арсения, тот говорил:
— Разве на Земле не пользуются таким методом передачи информации?
Он-то слишком хорошо помнил, как они с Виленой, разделенные полмиллиардом километров, все же говорили друг с другом взглядами на видеоэкране.
Окружив пришельцев, эмы заглядывали своими щелевидными глазами в очки шлемов.
Эмы были ростом ниже людей, передвигались прямо, переваливаясь из стороны в сторону, как пингвины, сходство с которыми еще в первый миг заметил Каспарян.
У них было четыре конечности. Пятой конечностью мог бы считаться их хобот, служивший им для жестикуляции.
Сейчас, когда эмы заглядывали в глаза пришельцев, их хоботы были призывно подняты.
Арсению показалось странным, что все эмы поняли «музыку небесных сфер». Если ее и передавали четверть века назад отсюда, то, вероятно, немногие специалисты и с помощью уникальных устройств. Едва ли рядовые обитатели планеты могли теперь знать об этом.
Но все же именно эта понятая эмами «радиомузыка небесных сфер» сблизила аборигенов с пришельцами.
Эксперимент Ратова имел еще и то последствие, что эмы непостижимо как вызвали из джунглей Эоэмма, очевидно занимавшего у них особое положение.
С Эоэммом, имя которому придумал все тот же Толя Кузнецов («это особый эм»!), и состоялся первый разговор землян. Глаза эма действительно излучали радиосигналы, подобные принятым глобальной радиоантенной.
Теперь-то сказался сизифов труд, проделанный на Земле, пригодился ключ, найденный Каспаряном, для расшифровки инопланетного послания. Киберлингвист, заключенный в ранце Каспаряна, мог переводить «речь эма» на земной язык. Как это было «просто»! Но сколько труда и находок стояло за этой «простотой»!..
Оказывается, Эоэмм понял, что земляне прилетели с другой звезды, приняв радиосигнал с Релы. Но он не выразил никакого своего отношения к их прилету, проявил полное равнодушие.
— Да они лишены всяких чувств! — возмутился биолог.
— Надо думать, наш Эоэмм у них нечто вроде главного радиоастронома. Потому его и вызвали другие эмы, когда услышали от нас отрывок своего послания, — предположил Арсении.
Вероятно, это действительно было так, потому что Эоэмм, радируя глазами, передал гостям, чтобы они приняли участие в космической радиопередаче. Каспарян именно так перевел его обращение.