Север помнит
Шрифт:
Арианна не стала повышать голос или спорить. Она взяла Эйегона за руку и, поддерживая его, осторожно вывела принца из разгромленной каюты через коридор на палубу, чувствуя на себе взгляд Коннингтона.
С наступлением сумерек они высадились на берег. Несколько Золотых Мечей, давние последователи Таргариенов, знали тайный путь через сточную трубу замка. Это была темная воняющая серой нора, в ней еле поместились полдюжины шлюпок, которые удалось выловить и починить. Элию Сэнд так и не нашли, и Арианна безуспешно старалась не думать об этом. Она не знала, как теперь смотреть в глаза Элларии, хотя здесь нет ее вины. Зато гибель Мирцеллы на моей совести. Наверное, смертельный удар
Эйегон был не в том состоянии, чтобы сражаться, хотя он и настоял, что будет рядом со своими людьми. Поэтому они с Арианной вынужденно томились в шлюпке посреди тьмы, пока наемники наконец не возвратились с вестью о сдаче гарнизона. До защитников замка еще не дошли слухи о том, что войско Таргариенов потерпело поражение у стен Королевской Гавани, а Золотые Мечи наплели им, что король Томмен низложен и бежал, а королева ожидает суда. По-видимому, известие о том, что Тиреллы переметнулись к Эйегону, возымело свое действие. Сир Лорас заслужил всеобщее уважение за проявленную доблесть, к тому же люди устали от войны, издергались, оголодали, замерзли, и никому не хотелось закончить жизнь, сражаясь не на той стороне и не за того короля. Воины, принесшие присягу дому Баратеонов, оказались слишком далеко от Штормовых земель, многие из них сомневались в происхождении Томмена, а значит, и в том, стоит ли хранить ему верность; вдобавок им было известно о маневрах Золотых Мечей на Мысе Гнева. Они высоко оценили то, что Эйегон оставил в живых всех пленников и не стал разорять захваченные замки. Кроме того, на Драконьем Камне оставались и люди Тиреллов, которые убедили остальных, что им стоит последовать примеру сира Лораса в выборе короля. В обмен на обещание, что Эйегон не станет подвергать гонениям их самих и их семьи или лишать их имущества, защитники замка выразили желание принести присягу дому Таргариенов и покинуть остров.
Услышав это, Арианна подумала, что Золотым Мечам, должно быть, пришлось сильно приукрасить правду, чтобы скрыть состояние Эйегона; если бы в гарнизоне узнали, что они приносят клятву тяжело раненному подростку, который еле унес ноги из Королевской Гавани и к тому же долго находился рядом с человеком, больным серой хворью, - за это принц его и изгнал, - эти люди вряд ли бы сдались так быстро. Впрочем, не стоит портить момент, ведь все сложилось как нельзя более удачно. Наконец бывшие защитники покинули замок, и Арианна помогла Эйегону войти в огромный, мрачный, полутемный чертог главной твердыни Драконьего Камня. Возможно, это лишь игра воображения, но ей почудились слабые тихие голоса, блуждающие под сводами и затихающие в углах. Так же, как Штормовой Предел был родным домом Баратеонов, Драконий Камень был родным домом Таргариенов, обителью пламени и крови. Тогда почему Эйегон выглядит таким испуганным?
Хотя высадка не отняла много сил, принц плохо ее пенерес. Он опирался на Арианну еще сильнее, чем прежде. Они оба огляделись, словно в поисках книги с руководством к действию. Кого они пытаются одурачить? Это был совершенно безумный план. Эйегон сделал ставку на Драконий Камень, и, возможно, это уже стоило ему всей игры. И как теперь…
– Наконец-то вы здесь, милорд.
Тихий голос эхом донесся до них из самого темного угла Великого Чертога. Эйегон выругался, Арианна вздрогнула, а Золотые Мечи схватились за оружие. Но к их полнейшему изумлению, приземистая фигура, появившаяся из темноты, оказалась не пылающим призраком и не жаждущим отмщения приверженцем Ланнистеров. Это оказался тот самый человек, которого Эйегон, задумав захватить Драконий Камень, рассчитывал вывести
– Лорд Варис, - наконец произнес принц, с усилием стараясь держаться учтиво. – Я думал, вы ждете меня в Королевской Гавани.
– Я ждал вас, ваше величество. – Евнух раболепно поклонился. – Но, как вы сами понимаете, - ах, какое несчастье приключилось с вашим лицом, я очень надеюсь, что шрама не останется, - штурм Королевской Гавани пошел немного не так, как задумывалось. А теперь король исчез, и королева тоже. Красный замок, Вера и Городская стража сбились с ног, разыскивая их. Удачный момент, чтобы прикинуться крысой и сбежать.
– Мальчик? Томмен? Он исчез? – Похоже, в лживых россказнях Золотых Мечей есть доля правды.
– Воистину так. Никто не видел его с той самой ночи, когда вы пытались взять столицу штурмом. Жаль, что вы этого не знали, иначе это вдохновило бы вас и ваши бравые войска на вторую попытку. Королева Серсея тоже исчезла. Весьма необъяснимое событие. К сожалению, это разрушило некоторые планы, которые у меня были насчет сира Джейме. – Варис состроил недовольную гримасу. – Впрочем, я предпочитаю не предаваться разочарованию. Поэтому я спросил себя, куда вы направитесь дальше?
– Я так предсказуем? – настороженно спросил Эйегон.
– Как правило, короли предсказуемы. Во всяком случае, более, чем они предполагают. – Варис засмеялся, но без обычной веселости. Его смех стал мрачнее, ниже, и у Арианны по спине пробежал холодок. Внезапно ей подумалось, что им вообще не стоит иметь дело с этим человеком, - он ведь даже не мужчина. Евнух столько времени был кукловодом за спиной у принца, а ведь его мотивы никому не известны. – Поздравляю, ваше величество. Именно сюда я и решил направить стопы – и, как видите, теперь приветствую вас в этом зале. Могу ли я спросить, а где же дорогой лорд Коннингтон?
Эйегон напрягся.
– Мы… поссорились. Не хочу даже слышать его имя.
– Надо же, какая досада. – Глаза Вариса сверкнули. – Возможно, вы пожалеете, что отослали его столь поспешно.
– Я… я оставил его на корабле. Скорее всего, он еще там. А что?
Варис оглядел присутствующих Золотых Мечей, театральным жестом поднес палец к губам и повел бровями. Очевидно, наемники поняли намек, но не ушли, пока Эйегон вымученно не кивнул им. Тогда они удалились, и звук их шагов еще долго слышался в тишине.
– Ну что ж, - сказал Эйегон. – Можете говорить свободно.
– Это привычка, которую никому не следует заводить. Я вижу, с вами дорнийская принцесса. Вы доверяете ей?
– Как самому себе. – Весьма благородно, подумала Арианна, но, скорее всего, Эйегон не отослал ее прочь из-за того, что без ее поддержки он просто не может стоять. Ему бы следовало несколько месяцев лежать в теплой постели, не вставая, и пить целебные отвары, но на это нет времени – идет война, надвигается зима, и одним богам известно, что ждет их впереди. Эта приливная волна… как там сказал тот гвардеец? Здоровенная, никогда такой не видел. Поднялась над горизонтом, словно чудище какое-то. И шла так быстро, что нам оставалось только молиться.
– Вижу, вижу. – Варис принялся расхаживать вокруг них, шурша шелковыми туфлями по черному полированному обсидиану. – Что ж, ваше величество, позвольте мне угадать, каковы ваши дальнейшие планы. Вы поняли, что находитесь в безвыходном положении, - об этом говорит то, что вы сейчас стоите в сердце Драконьего Камня. Ваши войска захватили Штормовой Предел, Бобровый Утес и Драконий Камень. Уже за это в вашу честь можно воздвигнуть статую в Чертоге Героев. Однако вам нужно новое оружие, и у вас есть на него право. Вы хотите пробудить чудовищ, спящих на Драконьем Камне.