Чтение онлайн

– Несмотря на то, что король Хиздар мой пленник, я не могу помешать ему продолжать править городом и принимать решения, – например, он впустил сюда Младших Сыновей. Он муж Дейенерис, как бы я ни противился этому. Как только стало известно, что я осмелился захватить его и убить его охрану, Гарпии каждую ночь убивают по два-три человека. Иногда больше.

– Я слышал об этом. – Тирион видел их тела: бритоголовых, вольноотпущенников, Безупречных, – и на ближайшей стене кровью был нарисован характерный символ Гарпии. Трупы никто не убирал. – Сир Барристан, я понимаю, что для вас это тяжело, но пока вы держите

Лорака в плену, вы в ответе за эти убийства. Он такой же преступник, как и все остальные. Убейте его. Ваша королева освободится от нежелательного и бесполезного брака, а миэринцы наконец поверят, что у западных захватчиков есть зубы. Гарпии – гарпиево.

Как Тирион и ожидал, Селми воспринял его слова с отвращением.

– Это… это мерзкое дело… вы хотите, чтобы я опустился до их уровня…

– Когда вода подходит к горлу, нужно плыть. Иначе каменный человек утащит вас на дно и утопит. Этот жизненный урок я усвоил, когда плыл по Ройне. Хотите узнать другие?

– Вы говорите, как безумец. Если вы думаете, что вам удастся убедить меня…

Без толку, подумал Тирион. Придется показать козыри.

– Сир Барристан.

– Лорд Ланнистер?

– Есть одна очень веская причина, почему королеве стоит оставить Миэрин в покое и поскорее отправиться в Вестерос, желательно вместе с драконами. Иначе она обнаружит, что Железный трон вышибли у нее из-под попки, и сделал это не мой племянник, а ее.

Селми тупо уставился на него. Значимость сказанного была слишком велика, чтобы осознать сразу. Наконец старый рыцарь произнес:

– Боюсь, я не понимаю. Принц Визерис умер, не вступив в брак, и нет сведений о том, что он оставил бастарда, а дети принца Рейегара…

– Рейенис по-прежнему мертва. А Эйегон – нет.

– Вы… - Селми не мог подобрать слова. – Это…

– Я мог бы сказать, что это ложь, так было бы безопаснее для всех. Увы, я видел мальчика своими глазами. Я проделал с ним часть пути, пока сир Джорах меня не похитил. Возможно, постепенно он сам пришел к решению отправиться в Вестерос, но я первый подал ему эту идею. Так он будет в равных условиях, чем если он придет к дверям Дейенерис как попрошайка, это плохое начало. Я слышал, что случилось с Квентином Мартеллом.

– Вы… - Лицо сира Барристана отражало бурю эмоций. – Вы хотите сказать, что этот так называемый Эйегон уже в Вестеросе?

– Да, если не случится шторм или кораблекрушение. А с ним плывут Золотые Мечи и старый добрый друг его отца, лорд Джон Коннингтон. Теперь вы видите, что вашей отсутствующей королеве стоит малость поторопиться. Кроме того, если вы убьете Хиздара, Дейенерис будет свободна и сможет выйти за Эйегона. Восстановление династии Таргариенов, как вы и мечтали. И не говорите мне, что вы об этом не мечтали, Селми.

– Это… - Бедный сир Барристан был в полном смятении, но внезапно его лицо озарилось. Он желает этого. Ну разумеется, желает. Он хочет верить, так же, как Коннингтон и все остальные. – Сын принца Рейегара… но как это возможно…

– Мне сказали, что наш всемогущий лорд Варис подменил его на крестьянского младенца, которому Грегор Клиган впоследствии разбил голову об стену. Это не более невероятно, чем, скажем, история о том, что лорд Тайвин Ланнистер убит в нужнике и не смог просраться золотом. Сделайте это, Селми.

Дайте всем честное предостережение, и я приведу на вашу сторону Младших Сыновей. Бурый Бен бегом прибежит к вам, как только поймет, что вы можете выиграть, – он ведь наемник. Если я не ошибаюсь, с одной стороны вас осадил волантийский флот, с другой стороны – зачумленный юнкайский лагерь, а вы сидите сложа руки и ждете, когда ваша королева соизволит вернуться. Я бы сказал, что вы больше не можете позволить себе бездействовать.

– Убьем Хиздара, и весь город поднимется против нас.

– Тогда, - Тирион тонко улыбнулся. – Тогда вы спустите на них драконов. Видите, милорд? Самая лучшая ложь - та, в которой содержится толика правды.

– Ты омерзителен, Бес.

– Да, я такой. И благодаря этому мы не умрем.

По лицу Селми было видно, что нерешительность борется с гневом и растущим пониманием того, что, похоже, есть только один выход.

– Если ее величество вернется, - наконец произнес старый рыцарь, - и обнаружит, что я разрушил все, чего ей с таким трудом удалось достичь…

– Подозреваю, вам это не понравится. Пример сира Джораха показывает, что она не прощает обид. Но если это препятствует вам делать то, что должно, тогда я просто трачу время и мы все вместе можем прямо сейчас спрыгнуть со стены.

– Этот… - Тирион видел, что Селми ищет хоть какую-нибудь причину, чтобы отказаться. – Вы уверены, что этот мальчик – Эйегон? Настоящий Эйегон?

– Я не уверен ни в чем, кроме зимы и налогов. Кем бы он ни был, этот мальчик собирается захватить Железный трон. Он может сделать это вместе с Дейенерис, сделав ее своей королевой, или же без нее. – Тирион пожал плечами. – Первый вариант, конечно, предпочтительнее. Покажите, можем ли мы все еще называть вас Барристаном Храбрым, или навеки останетесь Барристаном Дряхлым.

Селми глубоко вздохнул.

– Вы правы, милорд Ланнистер, - сказал он с таким видом, будто соглашается съесть червяка. – Нужно предпринимать активные действия. Я сделаю это сегодня вечером. Возвращайтесь на свой постоялый двор, вам не нужно здесь находиться.

– С радостью. Я сказал все, что хотел. – Тирион вскочил на ноги. – Надеюсь, за время нашего разговора гарпии не добрались до Каспорио и его друга. Мы ведь скоро увидимся, сир?

Селми издал неопределенный звук, который Тирион истолковал как согласие. Дейенерис должна в ногах у меня валяться за то, что я для нее сделал. Он вспомнил, что Эйегон Завоеватель взял обеих своих сестер в жены, а любимое изречение Таргариенов – «у дракона три головы». Она может выйти за Эйегона и одновременно за меня. Я буду служить ей не хуже любого другого консорта, трахать ее до визга и не буду называть ее Тишей, если не напьюсь вдрызг.

Путь обратно на постоялый двор показался ему очень долгим.

Мысли о плане сира Барристана лишили Тириона покоя на остаток дня. Он зашел к Бурому Бену Пламму и рассказал ему свои соображения, в частности, что будет неразумно сегодня вечером покидать город. Капитан наемников хмыкнул, выразив, по всей видимости, удовольствие. Он покинул войско Дейенерис, узнав, что она не может контролировать драконов, и с тех пор его недоверие к ним не уменьшилось. Тем не менее, он был далек от печали, узнав, что дело сдвигается с мертвой точки.