Сердце Дэва. Искатель
Шрифт:
— А вот этот участок в южной части для чего? — кивнула Мила вниз карты.
Там рамка была шире, а по середине на фоне витиеватого узора выделялся большой прямоугольник. Казалось, в нeм было необходимо что-то написать.
— Только не трогай ничего, — предостерeг Максим. — Эта штука, похоже, куда сложнее, чем простая карта.
— А ты прозорлив, братец. Как я этого сама не заметила? — язвительно произнесла Мила.
— Не eрничай. Ты разве такое видела когда-нибудь? Сама смотришь на эту карту, как туземец на самоезд,
— Ты обиделся? — усмехнулась Мила. — Да ладно тебе, не дуйся.
Она отошла к полкам и стала разглядывать артефакты, лежащие на полке. Многое выглядело заманчиво, но только Мила хотела что-нибудь потрогать, как интуиция подсказывала, что лучше ничего даже не касаться.
А потом на глаза попался продолговатый предмет, похожий на рукоять боевого ножа. Ребристый, чeрный, с небольшим эфесом. Опасным он выглядел меньше всех остальных. Напоминал сломанную часть чего-то крупного и непонятного.
Мила взяла его в руки, повертела и заметила кружок размером со спичечную головку. Коснулась его кончиком пальца. И внезапно со стороны эфеса вылезло тончайшее лезвие. Взглянуть на него поперeк, так и вовсе не увидишь.
— Смотри, что я нашла, — позвала брата Мила.
— Что это? Ножик?
Мила покрутила штуковину, взмахнула. Даже и не заметила, как концом лезвия задела угол полки, а тот отвалился. Тут же Мила испуганно выронила нож и подняла руки.
— Ты что натворила? — кинулся Максим осматривать полку. — Тебя к артефактам на версту подпускать нельзя!
— Я случайно, — застонала Мила. — Я даже не заметила.
— Кто бы сомневался. Теперь батя узнает, что мы здесь были.
Максим поднял отрезанный уголок, оглядел его.
— Может, починить ещё можно? — заглянула Мила ему через плечо.
— Склеить то склею, — протянул задумчиво Максим. — Но ты посмотри, какой ровный срез. Как будто так и было.
— Ничего себе! Дай посмотреть.
Мила потянулась за обрезком и не заметила, как еe волосы коснулись Максима. Тот фыркнул, будто ошпаренный, и дeрнулся. Врезался в полку, а на голову ему рухнул артефакты, похожий на пустую фоторамку.
Мила выпрямилась и недовольно произнесла:
— Это он мне ещё что-то говорит. Сам, как слон в посудной лавке. Сломал что-то?
Максим виновато поднял рамку и покрутил в руках.
— Не, вроде пронесло.
Он хотел было убрать еe в сторону, но случайно что-то нажал. Пространство внутри рамки затянула дымка, всплыли незнакомые символы. Несколько секунд они парили в воздухе, но затем преобразились в понятные буквы и выстроились в целую фразу:
«Идeт поиск предметов…»
— Ты это видишь? — спросил поражeнно Максим.
— Нет, что там?
Максим повернулся к сестре и посмотрел на неe через рамку. Несколько секунд ничего не происходило, но затем одна за другой стали проявляться строчки. Дата рождения, вес, рост, пульс и давление,
— Гадость какая!
— Что там? — потерялась в догадках Мила.
— Я теперь знаю, что через семь дней ты станешь злобной и нервной.
— В смысле? — не поняла поначалу Мила, но потом до неe дошло. — А ну дай сюда!
Она выхватила рамку и взглянула через неe на брата. Те секунды, пока символы плавали в дымке, Мила гадала, что увидит. Об одном только молила Дэва, чтобы не просвечивала эта рамка сквозь одежду. Но когда символы превратились в буквы и сложились в строчки, Мила облегчeнно выдохнула.
— Тебе бы подкачаться не мешало бы, — деловито произнесла она.
Максим поморщился и уязвлeнно промычал:
— И без тебя знаю.
Мила перевела рамку на нож, что так и лежал на полу. Секундная задержка, а затем проявилась новая информация:
«Атомарный нож, модель БХО530-7.
Состав: Железо, титан, сплавы Х69з и В76т, резина.
Графеновый чип, модель: Армия 3000.
Стоимость: 4600 р.»
— Ничего не поняла, кроме того, что это и правда нож, — призналась Мила.
Перевела рамку на карту. Опять задержка, а затем:
«Интерактивная карта мира с умным поиском. Модель Путешественник-80
Состав: углерод, золото, полимеры К56с и В44.
Графеновый нанопроцессор Север 6470м.
Стоимость: 2500 р.»
— Ну? Что там? — напомнил о себе Максим.
— Интересно, а есть здесь где-нибудь инструкция? А то столько непонятных слов я даже в учебнике по сопротивлению магических материалов не видела. Правда, теперь ясно, что нож — это нож, а карта — это карта.
— Да, не густо.
Максим встал, забрал у сестры рамку, провeл еe по комнате и выключил. Сказал, что батарейку надо беречь, но не объяснил, с чего он это решил. Потом вернулся к карте и попытался приподнять еe край.
— Весит, как простая бумага, — прокомментировал. Потом осторожно изогнул, подтащив угол карты к середине, и отпустил. — И даже спокойно складывается. Надо бы еe в совете показать.
— Вот уж нет! — запротестовала Мила. — Если бы отец этого хотел, он бы сам показал.
— Но тогда не было осколка! — настаивал Максим. — Сейчас всё по-другому, правила изменились. Если мы смогли найти одну часть Сердца, то и остальные где-то неподалёку. И такие вещи, как эта карта, могут сыграть решающую роль.
— Да причeм тут Сердце?
— А ты сама не понимаешь? Объясни мне, что это такое.
Максим ткнул пальцем на стол.
— Карта. Ты же сам видишь.
— Нет! Это артефакт неизвестной нам высокоразвитой цивилизации. Вот что это. А Сердце Дэва, если отбросить всю религию, тоже похож на артефакт высокоразвитой цивилизации. Неужели ты не видишь связь?