Чтение онлайн

Когда мы добрались до дома моего детства, располагающегося в красивом пригороде, я почувствовала, что напряжение снова возрастает, а спокойствие уменьшается. Кэл тоже это почувствовал и крепко сжал мою руку, пока мы направлялись к дому.

– Все хорошо. Все закончиться еще до того, как ты успеешь осознать это.

Не успев дойти, мама уже встречала нас с открытой дверью. В ее руке находился бокал с мартини, а на лице сверкала улыбка как у хозяйки из игрового шоу.

– Привет, дорогая. А я задавалась вопросом, сказала ли тебе правильное

время, - сказала она. Ее взгляд переместился на Кэла.
– А вы должно быть друг Белинды, Кэл.

Я уже хотела извиниться за опоздание на пять минут, но Кэл рванул вперед и пожал ей руку.

– Приятно познакомиться с вами, миссис Митчелл. Извините за задержку, но это все моя вина. Я забыл бумажник в квартире.

Как идеальная хозяйка, она привела нас в вестибюль и сразу же спросила, чего бы мы хотели выпить. Стол был сервирован китайским фарфором. В доме пахло индейкой. Вероятно, она проснулась рано утром, чтобы поставить ее запекать.

– Эй, эй, эй, я слышу мою маленькую девочку?
– Раздался голос из глубины берлоги, и появился отец, держа в руках практически пустой стакан с виски. Он широко улыбнулся мне.
– Детка.

Я натянула улыбку на лицо. Он обнял меня. Кэл тоже улыбнулся. Конечно, он будет. Все выглядит нормально. Папа всегда так делает. Сначала ведет себя как любящий отец, но обычно его хватает недолго. Через десять минут он прекращает притворяться и начинает обращаться со мной так, как-будто я невидимка в лучшем случае, а в худшем – что я ошибка.

Он повернулся к Кэлу.

– Хэй. Как дела...?

Кэл пожал протянутую руку отца и заполнил тишину:

– Кэл. Приятно познакомиться с вами, мистер Митчелл. Я большой ваш поклонник.

Мой отец слышал это миллиард раз, но каждый раз лесть поднимала ему настроение. Он улыбнулся в свойственной ему высокомерной манере, как-будто бы сообщая конечно ты - фанат. Ты должен быть им.

– Кэл тоже играет в футбол, - перебила я.
– В моем колледже.

– О, да, дружище?
– мой отец спросил настолько громко, что перекричал голоса комментаторов, объявляющих стартовый состав.
– Какая позиция?

– Ресивер.

Мой папа улыбнулся шире.

– Самскевич? Да? Я наблюдал за твоими успехами. Херня произошла с твоим коленом. Как идет восстановление?

– Хорошо. Думаю, что буду играть в плей-офф. Ваша дочь - мой физиотерапевт. Вот как мы встретились.
– Он улыбнулся и слегка подтолкнул меня локтем.

– Фантастика!

Зная отца, для него совсем не фантастика, что я - физиотерапевт Кэла. Его никогда не волновал мой выбор профессии. Что бы отец счел фантастическим, это если бы он смог продолжать играть в футбол. Я мялась в нерешительности, готовая сменить тему.

– Давай проверим счет в игре.
– Мой отец обхватил его за плечи и повел в свою берлогу.
– Итак, значит, ты смотрел мои игры, да?

Кэл кивнул, оглядываясь на меня, чтобы посмотреть в порядке ли я. Я помахала ему, потому

что моя мама уже тянула меня в сторону кухни. Я могу с уверенностью сказать, что она сгорала от нетерпения, чтобы вытащить из меня всю информацию о Кэле. Я никогда раньше не приводила парня домой, так что это огромное событие.

Мысли о Кэле, находящемся наедине с моим отцом. Предстоящий допрос мамы. Я почувствовала, что стены давят на меня. Но потом заставила себя сосредоточиться на своем счастливом месте. Я и Кэл в машине...

Я сделала несколько длинных, медленных вдохов и заставила себя расслабиться. Я создаю проблемы на пустом месте. Кто знал? Может быть, это будет первый приятный праздник в доме Митчеллов.

Чудо благодарения.

На кухне играла легкая фортепианная музыка, но я все еще слышала шум игры внизу. Мама добавила звук и открыла дверцу духовки, доставая идеально прожаренную индейку. Она повернулась ко мне, поливая индейку жиром, и улыбнулась.

– Так? Что твой друг или...?

Я не знала, что ответить. Мы не обговаривали эту тему. Я только определенно знала, что никогда не чувствовала себя счастливее. Последние две недели пролетели как в тумане. Я чувствовала, что я - Кэла, а он – мой. Поэтому часть меня боялась сглазить, обсуждая эту тему. Другая часть меня не знала, как это сделать.

Я пожала плечами.

– Я не знаю. Мы просто встречаемся.

– Ну, он очень красивый. Ты уверена, что вы встречаетесь, а не просто друзья?

Я уставилась на нее, теряя дар речи. Сомнения и вопросы заполонили мой мозг. Даже моей собственной матери, которая должна думать, что я - особенная, красивая снежинка, трудно поверить, что Кэл был моим... кем он был? Может быть, маленькой шуткой для Квазимодо, что в действительности не так далеко от истины, в конце концов.

Мой гнев вырвался наружу. Я начала огрызаться.

– Да, мам. Учитывая, что я провела большую часть последних двух недель в его постели, то уверена.

– Ой. О, мой.
– Она прижала ладонь к щеке, а затем кивнула, словно приняла решение налету.
– Ну, тогда ладно. Вы же предохраняетесь, да?

Я начала краснеть. Ее же взгляд сфокусировался на моем лбу, пока она убирала кухонную спринцовку (кухонная утварь для поливки птицы и мяса жиром во время запекания).

– У тебя прыщи на лбу. Ты используешь то средство, которое я тебе купила?

Я подумала, признание факта, что ее дочь уже не девственница, заставит ее замолчать, но явно ошиблась. Я боролась с желанием провести рукой по своему лбу, проверяя его на неровности.

– Так что?
– спросила она снова.

– Эх.… Да?
– не уверена, на какой из этих сорока вопросов, я должна ответить в первую очередь.

– Я надеюсь, - сказала она, все еще изучая мой лоб.
– Я слишком молода, чтобы быть бабушкой, Белинда. И это средство стоит дорого. Ты должна использовать его два раза в день.