Чтение онлайн

— Вы выглядите как миллиардер, отказавшийся от своего состояния в угоду духовно-интеллектуальным соблазнам современной эпохи, — Люси восхищенно смотрела на преобразившегося Бернарда.

— А и есть такой миллиардер! Какая вы проницательная, — он засмеялся, — пойдемте, я вам кое-что покажу, пока гости не собрались.

Люси отметила, что он благосклонно принял ее не очень уместную, как теперь показалось, шутку и облегченно зашагала рядом с ним.

— К галерее примыкают три больших погреба, которые, однако, располагаются не под землей. Но они выполняют свою традиционную

функцию и к тому же являются своего рода предметом искусства. Я вам покажу, как в них хранится вино. Оно выдерживается в бочках разной формы, из разного дерева. Расскажу, если вам интересно. Но прежде давайте пройдемся по этим двум залам.

Они вошли под высокий стеклянный свод галереи, сразу ошеломивший Люси своим грандиозным разнообразием коллекций. На небольшой площади были собраны образцы мебели разных эпох, в том числе представленной в так любимом ею стиле ар-деко. Также был китайский фарфор, яркие примеры этнографического искусства, керамика, минералы и древние окаменелости, старинные зеркала и замысловатые светильники, одежды старых латиноамериканских поселенцев, атрибуты африканских племен. При этом вся выставка была организована так безукоризненно грамотно, что торжественное впечатление от нее возрастало с каждой минутой, не создавая хаоса впечатлений и усталости от увиденного.

Что до Бернарда, он был прекрасным рассказчиком с тонким чувством юмора. За полчаса этой спонтанной экскурсии он сообщил Люси множество фактов и поделился интереснейшими историями, связанными с созданием этих коллекций.

— Захватывает дух от этого великолепия, — Люси до боли в глазах вглядывалась в яркие детали гармоничного сочетания цветов, оттенков и форм.

— Люси, я не ношу часов. Сколько времени? — спросил Бернард. Ответу он обрадовался. — Время еще позволяет. Я немного расскажу вам о винных погребах, история которых так же богата, как и само виноделие. Пойдемте.

Он подвел ее к высоким двустворчатым резным дверям из красного дерева, привезенным из какого-то заброшенного храма Юго-Восточной Азии. Теперь они, тщательно отреставрированные, были не только частью выставки, но и входом в тоннель, соединяющий зал галереи с одним из погребов.

Они шли сложными переходами, в которых визуальное впечатление поддерживалось подсветкой, меняющей цвет пола и стен, с движущимися узорами замысловатых теней. Переходы были частью общей системы винохранилища, предназначенной поддерживать необходимую температуру. Наконец дежурный смотритель закрыл за ними тяжелую металлическую дверь, и они оказались в звенящей тишине сумрачного просторного погреба. Вдоль длинного ряда огромных бочек стояло несколько стульев.

— Садитесь, — Бернард потянул ее за руку.

И в то же мгновение где-то под мрачным сводом зазвучала и стала опускаться, заполняя все пространство, музыка. Бессмертная музыка Баха. Это было так торжественно и так значительно, что Люси перестала дышать. Они сидели тихо во мраке холодного погреба. Люси казалось, что она присутствует при непостижимом таинстве рождения чего-то грандиозного.

— Обнаружено: если во время созревания вина в погребах звучит музыка, вкусовые качества напитка

заметно улучшаются. Вы знали? — прозаический вопрос Бернарда растворился в космической музыке сфер.

— Вино и музыка — идеальное сочетание, этим можно наслаждаться бесконечно, — наконец выдохнула Люси.

Вернувшись, они разыскали Василию в одной из служебных комнат. Та взволнованно говорила по телефону и была очень озабочена тем, что друзья, которых она ждала, вынуждены были задержаться.

— Дайте мне пять минут, сядьте и никуда не уходите, — быстро произнесла она, прикрыв трубку рукой.

Закончив, она наконец присела на диван рядом со своим представительным родственником и недоверчиво посмотрела на Люси, сказав:

— Оказывается, ты знакома с моим отцом?

— А кто твой отец? — заинтересованно ответила Люси.

— Француз. Сады Ватикана.

— Если Жан-Жак твой отец, то да, именно там мы и повстречались, — Люси была обескуражена такой новостью.

— Понимаешь, он художник, конечно же, я ему рассказала эту поразительную историю с нашими картинами…

Бернард изумился:

— А какая у вас успела появиться общая история с картинами? Мне ты ничего не рассказывала.

— Ты непременно все узнаешь. И, возможно, именно ты поможешь разобраться, — остановила его Василия.

Затем подошла к столу и выдвинула узкий ящик. После недолгой паузы она продолжила:

— Так вот, отец прислал и просил передать тебе это изделие, — она достала мешочек и положила его на стол перед Люси. — И просил не брать мне это в руки, ты должна его сама достать.

Бернард подошел к столу и засунул руки в карманы брюк, глядя на бархатный мешочек (один из тех, в которые кладут недорогие ювелирные украшения).

— Эта игра меня заинтриговала. Ну, давай, — подбодрил он Люси.

Стол находился справа от Люси и ей достаточно было протянуть руку. Она взяла мешочек и достала изумительного цвета удлиненной кристалл (почти игольчатой формы).

— Это бразильский полихромный турмалин, полудрагоценный камень. Редкая окраска! — тут же отреагировал Бернард,

Минерал имел необычный цветовой переход: из ярко-красного в темный, следом — в прозрачный с редкой примесью розового, затем — из светло-зеленого в насыщенный изумрудный. Конец его был запаян в золотое кольцо, на котором Люси рассмотрела филигранную гравировку «все в одном и одно во всем».

— Василия, он объяснил, почему передал мне этот камень? Или ты можешь объяснить мне? Не-е-ет…?

— Думаю, лучше всего это может сделать он, — Василия перевела требовательный взгляд с кристалла на Бернарда.

Тот вышел из отрешенной задумчивости и предложил:

— Пора вернуться в шатер. Гости собираются, и Василии следует быть там.

Как и обещал Бернард, после официальных обязательных выступлений, связанных с открытием выставки, и немного затянувшегося знакомства с экспозицией, все наконец были приглашены в дегустационный зал, где Люси ждал очередной сюрприз.