Чтение онлайн

– Ну, ребята, – обратился к детям Олли через несколько дней. Для принятия решения ему отвели срок до конца недели. – Что скажете? Едем в Калифорнию или нет?

Мел и Сэм обменялись долгими, озабоченными взглядами, а Оливер поймал себя на том, что ждет от них ответа «нет».

– По-моему, надо ехать, – ошарашила его Мел, а Сэм откинулся в кресле и ухмыльнулся:

– Да, па, поехали. Будем каждое воскресенье ходить в Диснейленд.

Олли уставился на ребят, изумленный их решением.

– Вы это серьезно?

Они кивнули, и Оливер, чувствуя себя словно во сне, на следующий день пошел на работу и сказал, что согласен на переезд. В ближайшее

воскресенье он полетел в Лос-Анджелес, подобрал себе дом, три дня занимался поиском подходящих школ, еще неделю знакомился с сотрудниками в офисе, а затем вернулся, чтобы закончить все дела в Нью-Йорке.

Преданная Агги согласилась поехать с ними. Дом в Перчесе Олли решил не продавать, пока не наладится жизнь на западном побережье. Самое трудное было сказать Бенджамину о переезде. Но получилось так, что у Оливера даже отлегло от сердца. Бенджамин и Сандра согласились переехать с ребенком в перчесский дом. Олли сказал, что этим они ему очень помогут, избавят от лишней головной боли и беспокойства.

– Это правда, папа? Ты этим не делаешь нам просто поблажку?

– Нет, сынок, что ты. Есть и другая альтернатива. – Оливер сделал паузу. – Ты можешь оставить Сандру и Алекса в этой квартире и отправиться на западное побережье с нами.

Но Бенджамин только грустно покачал головой. Он не собирался их оставлять. Просто не мог. Алекс был его ребенком, а Сандра понятия не имела, как с ним обращаться.

– Мы будем здесь, и все будет о'кей.

Он нашел себе другую работу, да и за проживание в отцовском доме платить не надо – расходов меньше.

Все произошло как в кино. Они собрали вещи. Поехали. Плакали. Махали руками на прощание. И за неделю до Дня благодарения улетели в Лос-Анджелес, чтобы начать в Калифорнии совершенно новую жизнь.

Когда самолет приземлился в лос-анджелесском аэропорту, Оливер посмотрел на Мел и Сэма и подумал: «Что же я наделал?»

– Приготовились? – нервозно улыбнулся им Олли, молясь, чтобы детям понравился дом, который он снял в Бел-Эйре [6] . Чего там только не было: терраса, сауна, ванные комнаты, оборудованные по последнему слову дизайна, и бассейн в два раза больше, чем в Перчесе. Раньше дом принадлежал актеру, который разорился и сдавал его, не решаясь пока продавать.

Энди им выдали вместе с другим багажом. Он путешествовал в большой клетке. Агги улыбалась и поправляла шляпку.

В аэропорту их ждал лимузин. Дети в изумлении забрались в него, а Энди лаял и вилял хвостом. Олли в сотый раз задавал себе вопрос: не безумие ли все это? Но даже если это и было так, никто вроде бы не осуждал его. По крайней мере пока. Он откинулся на сиденье и взял детей за руки.

– Надеюсь, ребята, дом вам понравится.

– Наверняка.

Сэм улыбался, глядя в окно, а Мел вдруг стала на вид гораздо взрослее. Лимузин вез их по улицам Лос-Анджелеса к дому, который папа им выбрал в Бел-Эйре. Для детей это был совершенно новый мир, новая жизнь, но они, похоже, не возражали. И только Оливера страшило будущее.

Дом оказался именно таким, о каком дети мечтали, идеальным для них, что очень обрадовало Оливера. Они обжили его за пару недель, и все трое чувствовали себя очень хорошо. Даже Агнес была в восторге от нового дома, к тому же, обследовав местные магазины,

она нашла все, что ей было нужно.

Мел полюбила новую школу. Сэм пригласил двух новых друзей поплавать в бассейне на День благодарения. Однако праздник был несколько непривычным без Бенджамина, без дедушки, да и Сара была далеко. Но время мчалось быстро. Прошел всего месяц со дня их приезда в Калифорнию, а ребята уже паковали вещи, чтобы лететь в Бостон, к матери, на рождественские каникулы.

Оливер отвез их в аэропорт, и хотя знал, что будет скучать по детям в праздники, в то же время радовался, что недельку-другую сможет допоздна поработать в офисе. Ему требовалось время, чтобы вникнуть в разработки, ожидавшие его со дня приезда. Человеком, которого ему по-настоящему не хватало, была Дафна. Не хватало ее меткого глаза, ясного ума, четких оценок и творческого подхода к решению проблем, связанных с работой. Часто он звонил, чтобы спросить у нее совета, или посылал экспресс-почтой бумаги, чтобы выяснить ее мнение по поводу новых рекламных кампаний. Олли хотел бы, чтобы и ее направили в Лос-Анджелес, но отдавал себе отчет, что Дафна никогда не поедет. Ее личные дела в Нью-Йорке были слишком важны для нее. Она скорее бросила бы работу, чем того мужчину, ради которого пожертвовала жизнью тринадцать лет назад.

Рождество подкралось так быстро, что никто даже и не заметил. Дети перед отъездом нарядили елку, обменялись с отцом подарками, и, вернувшись из аэропорта в пустой дом, Олли вдруг осознал, что впервые будет встречать Рождество в одиночестве, без детей и без Сары. Так, впрочем, было легче забыть о празднике и погрузиться в работу.

На следующий день в дверь его кабинета нерешительно постучала одна из сотрудниц.

– Мистер Ватсон, Гарри Бранстон решил, что вы, может, захотите на это взглянуть.

Девушка положила ему на стол приглашение. Олли взглянул на него, но был слишком занят и внимательно прочел только через несколько часов. Это было приглашение на рождественский прием, который ежегодно устраивала одна из телекомпаний для своих звезд, персонала, друзей и главных поставщиков рекламы. Телекомпания эта была в то же время одним из крупнейших клиентов их рекламного агентства. Присутствовать на этом приеме Оливеру было вроде бы важно, но он не знал, найдет ли свободное время, и вообще-то был не в настроении. Он отложил приглашение в сторону и решил, что посмотрит, как сложится день, – до торжества оставалось еще четыре дня. Когда же в пятницу пополудни Олли нашел среди бумаг приглашение, то меньше всего думал о приеме. Никого из знакомых там не будет, и никто не заметит его отсутствия. Он снова отложил его в сторону, но вдруг словно услышал голос Дафны, настаивающей, что надо идти. Именно это она ему посоветовала бы сделать: ради агентства и для утверждения себя в качестве главы его лос-анджелесского, отделения.

– Ну ладно... ладно... – проворчал он. – Пойду.

А потом про себя улыбнулся, подумав, как здесь не хватает ее и их совместных ужинов. В этом состоял один из минусов переезда в Лос-Анджелес. У Олли здесь не было друзей. И тем более таких, как Дафна.

Оливер позвонил и заказал служебный лимузин, которым пользовался редко, но для таких случаев он был очень кстати. Водитель наверняка знал, где это находится, да и о парковке беспокоиться не надо.

Прием проводился в одном из громадных съемочных павильонов. Лимузин подкатил к воротам, охрана проверила по списку фамилию и пропустила. Все это по-прежнему напоминало Оливеру сон или участие в каком-то незнакомом фильме.