Чтение онлайн

– О!

Его голос стал серьезным:

– Я уверен, что охота на оленей в равной мере захватывающая. Во всяком случае на наших английских оленей. У меня есть поместья в Шотландии. Там прекрасная охота. Но когда англичанин приезжает в Америку, ему хочется чего-то такого, чего нет в Англии. Бизонов, например. Великанов прерий. Косматых монстров из легенд и преданий. Земля трясется, когда они бегут. Их топот слышен за многие мили. Впечатление от встречи с ними остается на всю жизнь.

Гости внимательно слушали, завороженные

прекрасным голосом.

Сзади к своему гостю подошел сенатор Уолдрон.

– Я сказал своему другу сенатору Хью Батлеру, что именно этого вам бы хотелось. – Он фамильярно похлопал Шрива по плечу. – Нам троим надо будет собраться вместе.

Шрив пристально взглянул на руку сенатора, опустившуюся ему на плечо, и отстранился.

– Вы увлекаетесь охотой, сэр? Уолдрон поспешно убрал руку, потом несколько смущенно покачал головой.

– Не особенно. В обычном смысле слова не увлекаюсь.

Черные брови его гостя удивленно поползли вверх.

– Не так целеустремленно, как вы, – добавил Уолдрон. – Несколько дней в лесах Вирджинии – это все, что я могу себе позволить при моей занятости. Не так ли, дорогая?

Его жена широко улыбнулась.

– О да, он очень занят. Заботы о делах штата.

Шрив сделал вид, что задумался. Он точно рассчитал время, когда спросил:

– Тогда, наверное, ваш друг сенатор Батлер увлекается охотой?

– Он? – Уолдрон рассмеялся. – Нет. Ему уже за восемьдесят.

Шрив нахмурился.

– Тогда я не понимаю...

Сенатор поднял руку, чтобы похлопать англичанина по спине, но передумал. Вместе этого он разгладил свои редеющие волосы.

– Вам просто надо встретиться с нами и услышать от нас об одной очень заманчивой перспективе. Как насчет ленча на следующей неделе?

Леди Эджмонт-Канфилд пожала плечами.

– Я думаю, тебе надо пользоваться каждой возможностью.

– Тогда, возможно... – неуверенно начал англичанин.

– Хорошо-хорошо. – Сенатор протянул руку. Шрив не сделал попытки пожать ее. Уолдрон вопросительно взглянул в его красивое лицо.

– Мой муж не признает рукопожатий, – с улыбкой произнесла Миранда.

– Мне очень жаль, – сказал Шрив, – но на многочисленных королевских приемах я неоднократно получал вывих кисти, и рука потом болела. Поэтому я решил больше не прибегать к рукопожатиям. С поврежденной рукой невозможно охотиться. Трудно точно держать прицел.

– Я не знал об этом. – Сенатор убрал руку. – Вполне понимаю ваши чувства. – Он обвел взглядом круг гостей и немного нервно рассмеялся. – Рукопожатия могут быть такой обузой и неприятностью. Удивительно, что у политиков руки еще целы.

– Вот именно.

– Мы справились, – прошептала Миранда, когда они отошли от сенатора. – Это известие скоро распространится повсюду. Никто больше не станет протягивать тебе руку. Можешь быть спокоен.

Шрив улыбался, пока они медленно прогуливались по залу.

– Все

оказывается довольно просто, если как следует спланировать.

– Я все время ждала, что кто-нибудь нас узнает. Я еще никогда так не боялась.

– Люди видят то, что они ожидают увидеть. Ты это знаешь. Я – лорд Эджмонт-Канфилд с черными усами, в темных очках. Я лишь отдаленно похож на актера – как уж его звали? Ты – леди Эджмонт-Канфилд, совершенная английская роза, с очаровательным родимым пятном на левой щеке. Это все, что видят люди.

– Ада может творить чудеса. – Миранда сжала руку Шрива. – Ты – главная достопримечательность вечера. Жена сенатора готова была убить меня и пригласить тебя на тайное свидание.

Шрив усмехнулся.

– Это у нее такой тягучий южный акцент?

– Нет. Это была Филлис Мерритт. Они с мужем из Алабамы. Она приглашала тебя поохотиться на оленей на плантации своего отца.

– Звучит интригующе, – пробормотал Шрив. – Но я приглашен на ленч. К сожалению, я не могу согласиться, но когда они пришлют приглашение с указанием времени и места, я отправлю его назад, договорившись о встрече в конторе одного из них.

К ним приблизилась Рут.

– Я не понимаю, зачем Уолдрону надо, чтобы вы встречались с Батлером. Я думала, что они стоят на противоположных позициях. – Она грустно вздохнула. – Два дня назад Кэсси Уолдрон едва замечала меня. Теперь можно подумать, что мы лучшие подруги.

– Это слишком хорошо, чтобы быть правдой, – заметил Батлер, складывая очки футляр. Тяжело дыша, он откинулся на спинку стула. Сердце громко стучало у него в груди, лоб вспотел, хотя в это утро город покрыл густой слой снега.

– Это еще один английский богач, – продолжал Уолдрон. – По словам его управляющего делами, у него есть имения на юге Англии, в Уэльсе и в Шотландии. Доход более ста тысяч фунтов в год.

– Его управляющий, – фыркнул Батлер. – А как насчет британского посла? Что он говорит?

– Он не знаком с ним лично, но много слышал о нем. Он нашел его имя в справочнике английских аристократических родов. Эджмонт и Канфилд – очень старые фамилии. Большие земельные владения. Судя по имени, этот человек наследник обеих семей. Он идеально нам подходит. Идеально. – Уолдрон потирал руки в предвкушении выгодной сделки.

– Но мы не знаем никого, кто был бы знаком с ним, – возразил Батлер.

– Рут Уэстфолл знает его жену.

– Это меня и беспокоит. Рут Уэстфолл родом из Чикаго. Ее родители...

– Хью, расслабься, – посоветовал Уолдрон. – Это мы нашли его. Он даже отказался встретиться с нами за ленчем. Кажется, у него что-то другое на уме. Помяни мое слово, кто-нибудь другой попытается заинтересовать его своими сделками. Нам надо продавать Вайоминг энергичнее, чем он продавался прежде.

Батлер вздохнул; сердце у него билось неровно.