Сафир
Шрифт:
Свист последнего гранатомета затих. Доля секунды и синхронный выстрел озарил своды гигантского грота. Базуки своим выхлопом подняли настоящую песчаную бурю с сияющими снарядами белыми нитями, вытянувшимися к рубке робота.
В зеленом тумане машина выстрелила встречными ракетами, а Крок, прыгнувший изо всех сил вместе с сафхантером, стал сбивать снаряды, словно фермер разгоняющий наглых назойливых мух.
Фейерверки вспышек, будто раскаты молний в грозу в свинцовых тучах вспыхивали у потолка, уничтожая лампы и плавно погружая хранилище в тьму.
Скрежет рвущегося металла бил по ушам солдат и братьев Ториных. Цистерна поддалась и через
Грок и Крок живы, потрепанный сафхантер словно святой отец, вооружившись крестом — вытянул огромную бочку перед собой и медленно начал пятиться. Бесогоны прекратили огонь. Они снова растерялись, и ждали приказа офицеров, которые сами не имели понятия, что же теперь делать.
— Съели, вонючки! — Грок ликовал и довольный скакал на заднице.
— Не ори… Сейчас я сделаю плазма-вспышку турбинами. И мы разворачиваемся и двигаем к тоннелю. Закрой глаза ладонями, я ослепну на пару минут, а ты говори куда бежать.
— Так точно.
Сафхантер резво подпрыгнул на месте и выплеснул сгусток ярко-белой энергии, свет от которой был настолько мощным, что отражался от всего, как от зеркала. Эта вспышка сопровождалась хлопком, прочищая турбины, от которого рассыпались последние прожекторы на потолке. Сафхантер как сайгак поскакал по дюнам, словно регбист, удерживая в руках мяч-цистерну, развернувшись правым «плечом» вперед.
Грок раскрыл глаза, и успел только скривить лицо перед ударом добытчика о колонну, поддерживающую потолок. Которая тут же посыпалась в дребезги. Помятый робот повело, но он устоял, а потолок начал рушиться, заваливая помещение.
— Грок, какого черта, я же сказал, говори!
— Да тут темень, как у мутанта в норе! Все нормально! Беги!
— А что за грохот?!
— Потолок рушится!
— Потолок рушится?! Он же держит всю платформу!
— Не, брат, больше не держит.
В жутком грохоте и бултыхании в кресле, словно верхом на быке Грок нащупал рычаг включения всего освещения робота, и как только лучи ударили вперед нарисовалась вторая колонна, которую снова снес робот и опять развернулся вокруг своей оси.
— Да что за фигня! — Крок тер глаза, а вместе с ним тер несуществующую рубку и робот добытчик прямо на бегу.
— Да, уже ничего, колонной больше, колонной меньше!
— Какой же ты кретин!
— Да они словно из-под земли вырастают!
— Да мы между ними три часа бродили!
— Я внимание на другом фокусировал!
— Какая же ты бестолочь!
— Колонна, уходи вправо, ой влево!
Робот снес третью огромную стойку, последнее освещение пропало, а с потолка посыпались подземные, а возможно и надземные тоже, этажи платформы. Превращая все в кашу и неразгребаемый завал по пятам убегающего от мини-апокалипсиса сафхантера.
— Вверх! Вверх! Вверх!
Крок вытянулся по стойке смирно, робот взлетел, минуя сотни метров, убегая от облака пыли гонящегося снизу. Торин старший промаргиваясь с трудом разбирал очертания мелькающих бетонных плит, рассыпающихся вместе с их подъемом. Машина нырнула в тоннель, и со всех ног дала деру к мигающей мощным фонарем субмарине, похожей на гигантского ската.
Грузовой отсек подлодки был распахнут и удерживающие механизмы только и ждали ношу.
Потолки с каждым шагом огромного работа становились все ниже, стены все уже. Грок вытянул дополнительные короткие руки сафхантера. Добытчик на карачках расперся, гидравлика трещала, сминая и разрывая броню на надрыве, но продолжала толкать машину.
Темнота, тишина, свист убитого последним спринтом оборудования добытчика, и далекие раскаты грохота с эхом все еще рассыпающейся платформы.
— Класс, твой уродливый дружок нас кинул. — Крок сел сбоку кресла и посмотрел на брата, довольно улыбающегося разбитым в кровь лицом.
Заикаясь и тяжело вздыхая Грок, глотая кровь пробормотал.
— Что-то мне паршиво, братик.
Тяжесть его вздохов словно дефибриллятор ударила в грудь Крока. Торин старший кинул взгляд вниз и увидел кусок окровавленной арматуры, торчащей из живота брата.
Хватая воздух ртом Грок спросил.
— Что у меня там?..
Крок рухнул на колени и обхватил холодеющей ладонью брата свое лицо, залитое слезами. Неужели самому фартовому человеку в космосе именно сегодня начертано потерять везение? Неужели, пройдя все семь кругов ада он останется в этой рушащейся штольне? Неужели последний рывок сейчас стал последним в жизни его нерадивого братца? Он чувствовал, как боль пронизывает живот Грока, а горячая и густая алая кровь уже обтекала колени Крока. Боль, бесконечная боль за родного человека, он снова испытал это страшное чувство, чувство бессилия перед страшными мучениями родного и близкого. Чудес не бывает, на километровой глубине в шахте помощи ждать не откуда. Рациональный мозг Крока просчитывал и выдумывал все варианты спасения брата, но все делилось на ноль. Ни медицинской капсулы, ни грамма врачебной сафитовой пыли, ничего, что могло бы помочь извлечь металлический стержень из тела умирающего Грока, из последних сил хватающегося за жизнь.
Сознание Крока помутилось, он плакал, роняя слезы в кровь и молился всему, чему можно было молиться. Ему казалось, что он умирает вместе с Гроком, а надрывающееся от количества ударов сердце так и пыталось вырваться наружу.
Боль, темнота и горе заполонили шахту. Брат молча прощался с братом, брат горестно прощал брата…
— Мир тебе и свет.
ВЕДЬМА
Пассажирские поезда в пятнадцатом атомном тысячелетии стали в принципе не нужной штукой. Может данью традиции, может просто нужно было держать рабочие места и было обидно сдавать в утиль оборудование, создающее эти прекрасные нити перестрочившие всю планету, но они продолжали мчаться серебряными стрелами на любой планете, населенной цивилизацией с человеческими корнями.
Конечно, от рельс и шпал давно ничего не осталось, как и пропали эти люди, звонко колотящие молотком по железным дискам колес вагона на каждой остановке в любое время дня и ночи.
Сафирские поезда вообще интересная штуковина. Это самый быстрый способ передвижения по планете. Разумеется из транспорта. Разумеется не считая телепорта.
Состав напоминал огромную иглу, с острым кончиком и плавно вытягивающейся к хвосту, растянувшись на несколько километров в длину. Такая змея, двигающаяся задом наперед. Причем дико быстро.