Чтение онлайн

Лазейка оказалась верной. Женщина смягчилась и поспешила к калитке.

— Заходите, Кастер, — в голосе теперь явно зижделись беспокойство и надежда. — Проходите.

Войдя в дом, с теплом вспомнил снова свой. Так же стоят диван и телевизор. Лестница уходящая на второй этаж. Кухня левее от прихожей, гостиная в правой стороне. Стены мягких пастельных тонов, натёртый паркет. Кругом фотографии семейных радостных улыбок, вазы для цветов, каждая занята свежими букетами. Простор и свет правил всем домом, здесь не было места для боли и тоски.

— Он

уже неделю не выходит из комнаты, — сообщила она, в надежде глядя на меня. — После той аварии Марк сильно изменился, — её голос печально дрогнул. — Что с моим сыном?

Тоже, что и со мной, но у всех разная реакция на боль.

— Вы не против, если я пройду к нему?

Она сокрушенно покачала головой:

— Он всех гонит.

— Давайте, попробуем.

Женщина покорно выдохнула и повела меня наверх. На её стук отклика не последовало, и женщина вошла.

Спальня Марка оказалась сплошь усыпана фото: Diablo, Ричера, Льюиса и Джилл. Ниже фото предположительных жертв картелей. Лица пропавших женщин, которых ищут и не нашли до сих пор. Я вгляделся в их лики, они все говорили прямо в один голос, что уже мертвы. Всё в плакатах, в вырезках из газет. Среди этой черно-белой пестроты не сразу заметил хозяина комнаты.

— Какого хрена тебе-то надо? — устало проронил он.

Не брит, щетина русых волос торчала из его подбородка, шеи и носогубной складки забавными иголками, как у ежа. Волосы прилично отросли и уже зажирнились от корней. От прежнего мачо и дамского любимчика не осталось и следа.

— Надо поговорить, — спокойно информировал я и без приглашения плюхнулся на кресло у окна, выставляя загипсованную ногу напоказ — не выставишь.

Вайлет выдохнул и взглядом попросил свою мать выйти.

— Я хочу найти её, — начал я. — Хочу поехать туда. Прикинусь полицейским, дескать, меня перевели. Мой дядя подделает документы. У меня всё получится…

Тут Марк не удержал издевку:

— Ты, что совсем идиот?! В твоём состоянии? — И вот тут, в него едва не угодил мой костыль. — Оборзел?! — взвился тут же он.

— А ты?! — рявкнул я в ответ. — Я тоже люблю её, готов вылезть вон из кожи, найти, но чёртова нога и гребанный костыль… А ты?! Ты-то можешь! Но сидишь тут в четырёх стенах и лакаешь крепкую! Козёл! Джилл ждёт нас. Ждёт, когда за ней придут, снова вынут из мрака, но за эти месяцы ни одна задница не сдвинулась с места. Какое у тебя оправдание?

Марк молчал и исподлобья глядел на меня, принимая мою правоту. Сейчас он не ответит. Гордости в этом самовлюбленном подонке полный куль его человеческой тушки.

Я встал, едва удерживая баланс на здоровой ноге, поднял костыль и поплёлся к выходу. Остановился возле его галереи и парой жестоких взмахов сорвал все фото и вырезки.

— Ты знаешь, где меня найти, — буркнул я и захлопнул за собой дверь.

Что делать? Я абсолютно не знал. Калека, без помощников, без информации и даже без статуса.

Дошёл до квартиры. Здесь всё так же тихо. Джилл здесь давно нет. Не слышен её осторожный шаг, хлопотание

на кухне, полотенце давно не обрамляло хрупкую девичью фигуру.

Тяжесть разлуки и тоски по ней, вновь свело тело в жгут. Я должен тебя найти. Ведь я знаю о тебе больше всех. Я был ближе всех к тебе. Я боролся за тебя. Боже, не дай мне и сейчас проиграть!

Зашёл в её комнату. Сел на кровать, которая ещё хранила лёгкий аромат девушки. Лег, укутавшись в простыни.

Разбудил меня звонок в дверь. Долгий и настойчивый, который не прекращался всё время, пока я ковылял к выходу. Щёлкнул задвижкой, но дверь открыл гость сам. Бесцеремонно прошёл в квартиру и сел на своё место на кухне. Марк.

Закрылся и прошёл за ним в кухню.

— Свяжи меня с ним. Я поеду туда.

Я дрогнул уголком губ — стена сдвинулась.

— Дядя приезжает сюда завтра. Ты можешь устроиться в моей комнате, я лягу в гостиной.

Марк помолчал и, кивнув, вдруг бросил на меня тоскливый, но твёрдый взгляд:

— Я буду спать в её комнате.

Что ж, пусть. Может это даст ему ещё больше решимости и реанимирует.

Дядя Джон приехал утром, и его фигура не сулила ничего хорошего. Вайлет ещё не проснулся, потому мне суждено было выслушать его нагоняй в одиночестве.

Джон Майерс редко участвовал в жизни нашей семьи, но никогда не уходил в тень, когда требовалась помощь и поддержка.

— Как нога? — мужчина сел в гостиной, оглядывая комнату.

— Как видишь, заживает, — пожал я плечами.

— Вижу, — он умолк, буравя меня взглядом. — Ты должен мне кое-что пообещать. Я помогу тебе. Взамен хочу быть уверен, что ты ни в коем случае туда не поедешь.

— Тогда какой смысл? Я люблю её… Не могу предать.

— Брехня! — рыкнул он. — Ей на роду написано сгинуть. Ты в эту клоаку не сядешь.

— Дядя Джон…

— Заткнись, сопляк, и слушай. Она — рабыня в наркокартеле, понимаешь это? Эта самая мощная и организованная преступная группировка, отлаженная годами. Полиция неспособна дать им отпор, потому что даже нацгвардии понадобятся недели, чтобы прикрыть, хотя бы, один такой картель. Это взращенная и давно налаженая машина. Ваша девчонка — не жилец. Смирись и живи дальше. Не порти жизнь себе и своей семье!

Молчал, слушая его тихую тираду. Да он во всём прав, но…

— Дядя Джон, я дважды едва не погиб, спасая её, неужели, ты думаешь, что остановлюсь сейчас? Я не в той семье родился, чтобы сдаваться.

Дядя обреченно выдохнул. Он на моём месте поступил бы так же. Слово "честь" слишком много значило в нашей семье.

— Как ты собираешься туда ехать? — он кивнул на костыль.

— Туда поедет не он, — в проёме дверей возникла фигура Марка. Он приблизился к нам и пожал руку Джона. — Детектив Марк Вайлет.

— Джон Майерс, — кивнул в ответ дядя, оценивая его. Марк протянул ему свои документы:

— Вам необходимо лишь оформить мой перевод.

Джон осмотрел нас и, уже более снисходительней, продолжил обсуждать дальнейшие пункты плана.