Чтение онлайн

Томас стоял и заполнял какие-то бумажки, пока я, подключившись к wi-fi аэропорта, проверяла Инстаграмм и писала Даше и Трэвору, что прибыла на место.

– Мэри, у тебя есть права?-не отрывая взгляд от бланков, спрашивает Том.

– хм, есть. А что такое? Что-то случилось?- начинаю волноваться я, хотя в голову не может прийти никакая ситуация, в который Тому понадобились бы мои права.

– Давай сюда, и паспорт свой. Я тебя впишу в страховку, будешь ездить на моей машине, пока я на съемках.

– Что? Я не думаю, что это хорошая идея. Я не практиковалась уже лет так пять. Как сдала на права, так и забыла

про них.

– Да ладно тебе. Это ж автомат, тебе там вспоминать даже ничего не надо. Плюс, это очень удобно. У меня будет дебильный график. Тебе захочется посмотреть город, но кто тебя возить будет со съёмок в город каждый день за 40км? А так ты будешь сама себе предоставлена, и я не буду переживать, что ты скучаешь в трейлере. Пока будем ехать сейчас домой, где-нибудь по дороге поменяемся. Ты вспомнишь какого это, а я если что рядом буду и помогу.

Я ничего не отвечаю, просто протягиваю свои документы. Мне жутко приятно, что он беспокоится о том, как я буду проводить дни. Это такой мужской поступок, как мне кажется. Порешал такой все, что я и сказать ничего ему не смогла. Но с другой стороны, он и должен беспокоиться, ведь так? не я же сюда к нему напросилась. Тем более, сидеть одной в трейлере, пока он работает, и ждать его – перспективка так себе. Пока я об этом размышляю, симпатичная итальянка пытается на своем не очень-то хорошем английском подкатить к Тому. То и дело хихикая и заигрывая, она невольно касалась его руки, показывая как ребенку, где ему надо поставить подпись. Я фыркнула. Неужели я выгляжу также глупо рядом с ним? Или тот факт, что она осведомлена о его профессии, заставляет ее вести себя как дура? Ставлю себе галочку, постараться никогда себя так не вести. Это очень глупо, будь он хоть Брэд Питтом. Хм, интересно, а он знает его?

Томас берет ключи от машины и выходит из офиса, автоматически беря меня за руку и переплетая наши пальцы. Я не могу ничего с собой поделать, поэтому поворачиваюсь в сторону итальянки, и показываю ей язык, пока он не видит. Господи, а я еще Тома ребенком считаю! Сама от него не далеко-то ушла. Похоже мы нашли друг друга.

На парковке нас ждет, к моему удивлению не ауди и не мерседес, а маленький красный фиат. Я поднимаю глаза на Тома:

– Интересный выбор...

– Зато очень удобно. Здесь улицы размером с мой корридор. На большой машине не проехать, а на этой – легко.

– Так ты еще и практик. Ты меня удивляешь с каждым днем все больше!-говорю я, закидывая вещи в багажник.

– Не поверишь, ты меня тоже.

Мы выезжаем с территории аэропорта на автостраду. У меня перехватывает дыхание. Даже с дороги виднеется красивейший пейзаж. Покрытые виноградниками холмы, зелень, деревья, небольшие деревушки, к которым вели проселочные дороги. Все такое уютное и теплое.

– Как насчет музыки?-спрашивает Том.

– Ты читаешь мои мысли. Только чур я выбираю. У меня есть специальная песня для этого чудесного пейзажа!

– Хахаха, я и не претендую. Включай там свою специальную песню,-смеется Том, не отводя взгляд от дороги.

Я подключаю айфон к магнитоле и ищу ту самую песню. «Per dimenticare» в исполнении Zero Assoluto. Я услышала ее лет семь назад и всегда представляла как буду ехать под нее на машине по Италии. Правда в моих мечтах был красный кабриолет

и я была одна. Но и фиат тоже сойдет, а Том так вообще шикарный бонус. Я и представить себе не могла, что рядом со мной будет сидеть мега популярный актер. Хотя, если быть честной, я все чаще забывала о том, что Том знаменитость. Для меня он был простой парень. Подпевая песне на исковерканном итальянском, я счастливо улыбаюсь и пытаюсь запомнить этот момент на всю жизнь.

– Ты хорошо поешь,-говорит Том, делая потише.

– Вранье – это грех, Том, если ты не знал.

– Что? Я не вру! У тебя правда замечательный голос!

– Ну, ладно, так и быть, сделаю вид, что тебе поверила. Спасибо!-смеюсь я.

раздается серьезный голос Тома, и смеяться мне больше не хочется. Я отворачиваюсь к окну и очень «заинтересованно» разглядываю окрестности.

– Мэри, чего ты замолчала?

– Ты не хочешь слышать ответ на свой вопрос, поверь мне.

– Опять двадцать пять! Кажется мы уже это прошли, ты не решаешь, что я хочу, а что нет. Если я спрашиваю, значит для меня это важно! Я хочу узнать тебя поближе. Для меня ты загадка. Ты не укладываешься в мое представление об обычной современной девушке, и мне хочется понять почему.

– Как только человек разгадывает загадку, он теряет к ней всякий интерес. Ну, если тебе так интересно... Может быть это глупо, но я считаю, что мы сотканы из чужого мнения, как бы нам ни хотелось иначе.-я начинаю теребить сумку, покоившуюся на моих коленях и все также не смотрю на Тома.
– Я глубоко убеждена, что самооценка и отношение к себе и к окружающим формируется с детства. Когда настал мой черед становится личностью, я слышала не лучшие вещи про себя. То же касается и отношения окружающих к моей персоне. Много комплексов тогда появилось и с ними тяжело бороться, особенно когда ты становишься старше. Самая трудная победа – это, как говорил кто-то жутко мудрый, победа над собой. Я пытаюсь измениться, но это нелегко. Когда тебе тысячу раз говорили, что ты такая-то, сякая-то, трудно в один момент поверить в обратное. Тем более, когда жизнь каждый день еще раз доказывает их правоту.

Томас убирает одну руку с руля и протягивает ее к моей ладони. Я робко обхватываю его ладонь двумя руками и сжимаю, но все также боюсь поднять взгляд.

– То есть по твоей логике то, что о тебе говорят другие, формирует твое представление о самой себе.

– Знаю, звучит ужасно. Но это единственное объяснение почему я так циклюсь на некоторых вещах.

– Вовсе не ужасно. В моем случае это очень даже на руку. Если я буду повторять тебе каждый день какая ты замечательная, то в конце концов ты поверишь в это и перестанешь сомневаться!

Я смотрю на него и не могу поверить его словам. Какого черта? Он как будто вышел из какого-то рыцарского романа. Как он умудряется говорить все эти правильные вещи? Как ему удается произносить то, отчего мое сердце начинает ныть. От чего раны как будто бы залечиваются. От чего я как будто бы становлюсь счастливей. Как?

– ты замечательный, Том. Ты знаешь это?-я подношу его руку к своим губам и нежно провожу губами по тыльной стороне ладони.

– Так, стоп, я ж сказал, что это моя теперь работа! Это я должен говорить, что ты замечательная!-обижается Том.