Чтение онлайн

— Добрый день, Джордж, — поздоровалась Роза. — Добрый день, Уильям. Очень рада видеть тебя, Долли. — На Долли была арабская одежда — множество платков и накидок, — но голова не была покрыта. Она выглядела как немного удивленная молодая девушка, более высокая, чем все присутствующие. Долли была бледна как смерть. Роза почувствовала, как ей становится не по себе. «Долли больна». Из-за одежды было невозможно сказать, беременна она или нет.

— Во время нашей последней встречи ты ни словом не обмолвилась о поездке в Египет, — сказала Долли Розе, но она говорила словно сквозь стекло, а глаза смотрели

очень пристально. — Джорджу только что сообщили, что тут после брата кое-что осталось!

— Ты знала! — воскликнул Джордж, полностью потеряв самообладание при виде невестки. — Мне только что стало известно… но ты наверняка знала, иначе тебя бы здесь не было!

Мистер Барбер выглядел немного растерянно; миссис Алебастер представила всех друг другу. Уильяму удалось напустить на себя неловкий вид, как он всегда делал при Розе с тех пор, как она ворвалась в номер Джорджа в «Hotel de l’Empire» в Париже.

— Фэллон? Неужели на поиски ребенка собралась вся семья?

— Какого ребенка? — спросила Роза. Внезапно наступила тишина, которую нарушила итальянская жена мистера Барбера, которая звала всех к столу.

Долли громко сказала, широко улыбаясь:

— Роза Фэллон является вдовой капитана Гарри Фэллона, о котором вы нам рассказывали.

Ее слова еще более смутили мистера Барбера, торговца из Ноттингема. Он двинулся было в направлении стола, который находился в соседней комнате.

А Джордж продолжал пристально глядеть на Розу.

— Ты знала, — повторил он, — и не сказала мне.

В его глазах мелькнула угроза, и произнес он это слишком громко, так что его услышали любопытные гости.

Роза не ответила, повернулась к мистеру Барберу и принялась хвалить обстановку дома. Испытывая огромное облегчение, мистер Барбер повел гостей к столу, указав Розе на решетку, из-за которой женщины могли наблюдать за происходящим, показал секретную лестницу в стене, которой пользовались мусульманские женщины, если в дом приходил нежданный гость.

— Так было раньше? — спросила Роза.

Мистер Барбер казался изумленным.

— Нет, — ответил он, — сейчас. Моя жена, естественно, ею не пользуется.

Когда он повел Розу в комнату с угощениями, Джордж взял ее за руку.

— Позвольте мне сопровождать невестку, — попросил он, одарив мистера Барбера угрожающей улыбкой.

Тридцать гостей не переставали есть, пить и разговаривать, создавая оглушающий шум. Джордж оттолкнул Розу прочь от толпы в соседнюю комнату. По всей видимости, они очутились в спальне: шелковые платки на диванах, блестящие зеркала, туфли, усыпанные бисером.

— Ты знала, — снова повторил Джордж, и в чужой комнате он наотмашь ударил ее по лицу. Роза изумленно посмотрела на него, схватившись рукой за щеку. «Джордж никогда не терял контроля над собой». Он бы никогда не стал привлекать к себе внимание публики, никогда. Неужели новость о том, что в мире осталась частичка его брата, смогла тронуть его холодное сердце?

— Ты дура! — закричал он. — Ты глупая, сентиментальная, опасная дура! Неужели ты думала, что слухи не дойдут до меня? Неужели ты хотела найти ребенка и привезти его в Лондон, опозорить нашу семью, возможно, даже потребовать титул?

Роза все еще держалась за щеку, слушая всю ту чушь, которую могли услышать другие.

— Не

думай, что я позволю тебе притащить в Лондон какого-то сопливого черного египетского ублюдка, чтобы обесчестить память о моем брате, разрушить все, к чему я шел всю жизнь! Мы не позволим внебрачным детям порочить нас. Эти воры и бродяги не имеют значения, то, что здесь происходит, не имеет значения, но что происходит с памятью о брате и честью моей семьи в Англии, значит для меня больше жизни!

— Ты о чем говоришь? — Наконец она обрела дар речи. — Я понятия не имею, о чем ты говоришь.

Джордж был в смятении и явно собирался ударить ее еще раз. Но в этот момент вошли мистер Барбер и мистер Алебастер и отвели Розу в сторону.

— Нет, мистер виконт, — развязно заявил мистер Алебастер. Роза заметила, что он уже очень пьян. — Может, мы и бродяги, но у нас есть свои правила и мы не бьем женщин.

Роза увидела в глазах Джорджа, что он готов убить ее. Мистер Алебастер буквально оттащил ее в столовую. Он, возможно, женщин не бил, но тянул он их довольно грубо. Несмотря на это, она поблагодарила его, подняла брови, сообщив таким образом мисс Горди, что все в порядке, и села возле Долли. Несколько секунд спустя она увидела, что мистер Барбер, по всей видимости, успокоил Джорджа и они оба вернулись к гостям. Теперь гости не только ели, пили и разговаривали, но и внутренне радовались возможности стать свидетелями ссоры в семье Фэллон. Люди ждали подробностей и трагической развязки. Однако обед почему-то продолжался. Рядом с бледной Долли сидел голландский торговец и быстро напивался. Он уже почти потерял связь с реальностью и издавал хрюкающие звуки.

— Как поживаешь, Долли? — наконец спросила Роза. — Ты прекрасно выглядишь в этой одежде. Она тебе идет.

— Он тебя ударил? Мы слышали, как он тебя ударил. Ну! Он обычно держит себя в руках, как ты знаешь. Он был очень потрясен, увидев тебя в тот момент, когда ему рассказали о ребенке Гарри. — Долли хихикнула. — На, выпей вина! — Роза одним глотком выпила предложенный напиток и закашлялась, выпила еще. Затем она тихо заговорила, не пытаясь перекричать окружавший их гам.

— Ты больна, Долли. Что случилось? В чем дело?

Долли опустила взгляд.

— Не говори об этом. Джордж до сих пор не знает. Он отошлет меня домой. Я каждый день пытаюсь избавиться от этого.

Джордж Фэллон посмотрел в их сторону, увидел, что его жена и невестка шепчутся.

— Как раз сегодня утром я купила нечто у одной женщины на базаре. Мне кажется… — на какое-то мгновение у нее на лице отразилось удивление, — словно что-то происходит внутри меня. — Роза была в ужасе, она посмотрела на Джорджа и Уильяма. «Как они могут не замечать, что она больна?»

— Теперь они практически не обращают на меня внимания, — пожаловалась Долли, словно бы отвечая на мысли Розы. — Даже дорогой Уильям. Я сплю одна. Но, — казалось, ее необыкновенно тонкий голосок пронзил воздух, — мне здесь нравится. — Она вела себя немного странно, Долли словно бы парила. — Мне нравится запах… духов, специй на базаре… дикая музыка и шум… и эти призывы, эти арабские призывы, которые заставляют меня чувствовать себя как в сказке.

Слово «сказка» совсем не вязалось с ее внешним видом — расстроенная, больная девочка.