Чтение онлайн

Осел Розы потянул за веревку, которую она держала, и громко закричал. Она увидела его желтые зубы.

— Этот город похож на Александрию?

— Он более процветающий порт, чем Александрия. Симпатичный городишко. Вам понравится, — ответил он. — Там больше франков, больше иностранцев. Женщины не носят вуаль все время — пока они не обнажают головы и держатся подальше от темных переулков. Это опасное, дикое место, но вам оно понравится больше, чем Александрия.

Осел миссис Алебастер поравнялся с ними.

— И вы увидите то место, где нашли камень.

— Камень? — Роза оглянулась.

— Рашид — это другое, арабское название Розетты. Французы или итальянцы

назвали его Розетта из-за красивых роз, которые растут там в изобилии.

Роза наступила на свои длинные черные одежды и упала бы, если бы мисс Горди не поддержала ее.

— Розетта? — недоверчиво повторила Роза. Она тут же подумала об отце, который мечтал об этом городе, в честь которого ее и назвали, видела, как он глядит в окно кабинета на Брук-стрит, вспоминая. Роза почувствовала нечто похожее на радость, словно бы она получила знамение. «Я найду этого ребенка. Завтра я отправляюсь в Розетту, где был мой отец, город, который дал мне имя! Это место, где был найден камень. Я найду ребенка».

— Ах, я так довольна! — сказала она мистеру и миссис Алебастер. Роза вдруг остановилась. — Но я должна вернуться.

— Куда? Зачем?

— К доброй девушке из церкви. — Она начала разворачивать осла. — Я должна заплатить ей. Я этого не сделала.

— Не стоит возвращаться, — возразил мистер Алебастер. — Она попросила нас уйти.

Поскольку Роза все еще колебалась, миссис Алебастер сказала, словно бы на секунду заглянув в сердце Розы:

— Она вас видела. Она будет знать. Дело не в деньгах.

Алебастеры поехали дальше по песчаной дороге.

— Увидимся за обедом, — крикнули они и исчезли за поворотом. Мистер Алебастер вел своего осла, держа за уздечку, а миссис Алебастер сидела в седле.

Мисс Горди объясняла, пока они шли назад в хан:

— Все мы — все франки — были приглашены на обед к одному английскому торговцу, некому мистеру Барберу. По всей видимости, в нынешнее непростое время он исполняет функции консула.

— О! — Роза слушала вполуха.

— У меня есть для тебя две сотни гиней, — сообщила мисс Горди на площади возле страусов. — От Фанни.

— От Фанни?

— Она сказала, что ты отказалась брать деньги ее отца, что ты считала себя самодостаточной. Поэтому она передала мне деньги для тебя. — Она сделала вид, что не видит слез в глазах Розы. — Я рада, что взяла их с собой, хотя и не могла себе представить, как буду передавать тебе деньги в Египте! Кажется, эта затея влетит в копеечку.

— Перед отъездом у меня было шестьсот гиней, — сообщила Роза. — Я думала, что столько должно хватить. У меня еще осталось почти четыреста, но сто сорок из них теперь придется отдать Алебастерам.

— И у меня еще есть сотня, мы выкрутимся, — заверила ее мисс Горди. — Выкрутимся с помощью дорогой Фанни. Теперь тебе лучше подумать об этом обеде. Все франки будут там.

Роза сразу же поняла.

— Джордж?

— Возможно, Джордж. Один из торговцев снова взял Мэтти в город за продуктами, и она услышала новости о Джордже, Долли и Уильяме.

— И о Корнелиусе Брауне! — спокойно добавила Мэтти.

— Что ты слышала о Джордже? — Роза почувствовала, что от избытка информации ее голова готова взорваться.

— Он все еще в Александрии, — ответила Мэтти. — Он собирается отплыть вверх по реке. Древности.

— А Долли?

— Я видела Долли. Не знаю, беременна ли она. Она была вся закутана в одежду. Но это была точно она. Долли ходила по базарам уверенно, словно местная. Высокая, выше всех прочих женщин. Бледная как полотно.

— Ясно, что ты не сможешь избежать встречи с деверем

в подобном месте, — заметила мисс Горди. — Только по счастливой случайности вы до сих пор не встретились. Ты видишь, как обстоят дела: Алебастерам известно о ребенке все, Мэтти видела Долли в городе. Я уверена, что если виконт еще не знает о твоем присутствии, то точно узнает до конца дня. Роза, дорогая, я не могу представить себе, чтобы группа иностранцев за обедом не стала бы тут же обсуждать историю этого ребенка, лишь только услышав имя Фэллон. Люди будут в восторге и с радостью расскажут Джорджу все, что знают. Так обычно происходит в общинах иноземцев.

Они подошли к боковой лестнице в хан. Мисс Горди увидела расстроенное лицо Розы.

— Возможно, нам стоит не привлекать к себе внимания и надеяться на то, что утром нам удастся отбыть в Розетту.

Роза молча отгоняла мух.

— Египет не принадлежит Джорджу Фэллону, — наконец твердо сказала она, — он не сможет заставить меня прятаться в хане. Конечно, я должна узнать, как поживает Долли. И завтра я уеду в Розетту, чтобы найти ребенка. И Джордж никак об этом не догадается!

— А если история с ребенком каким-нибудь образом всплывет, — добавила мисс Горди, — ты сможешь сделать вид, что тебе ничего не известно об этом. Как будто ты слышишь о нем в первый раз. Ты не раз говорила при Джордже о своем большом интересе к иероглифам. Это может сойти за причину твоей поездки. Мы можем немного опоздать, чтобы виконт Гокрогер уже наверняка был там, и тогда ему придется сделать первый шаг.

— А я буду собирать сплетни на кухне, — добавила Мэтти. — Кухня — лучшее место для этого.

Вдруг Роза разразилась громким смехом.

— Пьер Монтан предупреждал нас, что большинство живущих здесь англичан — негодяи разных мастей. Мы приспособимся и тоже станем такими.

— Для начала — от вас несет ромом, — заметила Мэтти.

«Аллах акбар… — голосили муэдзины, — ла илаха илла Аллах! И нет Бога, кроме Аллаха!»

Старый турецкий дом мистера Барбера находился в глубине квартала франков. Тонкие резные решетки, похожие на старые коричневые кружева, спускались с верхушки высокого, почти изящного здания.

— Вот где живут женщины, — сказала миссис Алебастер, которая сопровождала их в арабском платье, указывая вверх и путаясь при этом в многочисленных шарфах. — Они могут видеть вас, а вы их — нет. Миссис Барбер, жена торговца, конечно, не затворница, но вы увидите, что большинство египетских семей живет именно так.

— Жаль, — посетовала мисс Горди, — что я не смогу встретить этих женщин. Как они терпят подобную жизнь?

Они, как и было запланировано, опоздали. Роза, несмотря на всю браваду, боялась встречи с Джорджем. Она обнаружила, что у нее пересохло во рту и всю ее трясет. «Что и говорить, я много общалась с Джорджем в последний год и знаю, что спокойствие — единственное оружие». Они поднялись по лестнице в большую гостиную. Прохлада и белые каменные стены. Эта комната в центре дома имела окно, открывавшее вид на синее небо. Тут были выходы во все остальные помещения дома. Слышалась английская, французская, греческая, шведская и итальянская речь. Обсуждали политическую ситуацию, состояние рынка ценных бумаг, деньги. Было ясно, что тут подают незаконный алкоголь. Роза испытала облегчение, увидев комнату, наполненную людьми, одетыми в европейское платье. Не считая только того, что мистер Барбер, хозяин, разговаривал с Джорджем, Долли и Уильямом. На лице Джорджа отразилось такое комичное удивление, что мистер Барбер резко обернулся и увидел мистера Алебастера, который отвесил ему поклон.