Чтение онлайн

Согласившись с его разумными доводами, Розалинда подошла к столу и опустилась на ранее предложенный ей стул.

– Дай-ка еще раз взгляну на завещание.

– Если присмотришься внимательнее, – сказал он, когда она взяла документ, – то сама увидишь… – Дрейк вдруг осекся и выхватил документ из ее рук.

– Что? – Она сжала пустой кулак. – Не мучь меня, Дрейк. Дай как следует взглянуть на этот чертов документ!

– Ты ведь не…

– Не порву его? – Она презрительно усмехнулась. – Нет, как бы мне этого ни хотелось. Клянусь.

Дрейк с

сомнением нахмурился, но все же протянул ей документ. Схватив его, она с нарастающим страхом стала изучать знакомые строчки, потом вскочила и направилась к окну.

– Розалинда!

– Не бойся, трус. Я просто хочу посмотреть подписи на просвет.

– Если ты выбросишь документ в окно, я тебя отшлепаю.

– Только попробуй!

– Не искушай меня!

Она подняла желтый пергамент к свету, но сколько ни смотрела, сколько ни щурилась, как бы высоко ни держала его в солнечных лучах, никаких расхождений с почерками ее отца и дяди не обнаружила. Если документ подлинный, то это окончательное предательство. Она же единственная наследница своего отца! Львиная доля его имущества должна перейти к ней.

Руки ее задрожали, и она бессильно опустила их на колени.

– Итак?

– Это точная копия моего завещания, – хрипло выдавила она. – Оба датированы одним днем, оба составлены в тех же выражениях, с той лишь разницей, что на одном – твое имя, а на другом – мое.

– Значит, мое завещание законное. – Дрейк с трудом сдерживал торжествующую улыбку.

Она резко вздернула подбородок:

– Есть еще одно исключение: мое завещание – настоящее, твое – подделка. Да, чрезвычайно искусная, но тем не менее подделка.

Когда Дрейк зарычал от бессилия, Розалинда удивленно выгнула бровь:

– А ты думал, я скажу что-то другое?

– Нет, – признался он.

– Весьма рада, что не разочаровала тебя.

– Но ты же не веришь, что это подделка!

– Верю или нет, не важно. Я буду оспаривать твое право на этот дом до последней капли крови.

Он криво ухмыльнулся:

– Надеюсь, до этого дело не дойдет. Убить женщину на дуэли – значит навсегда погубить свою репутацию.

Розалинда повернулась к окну, покусывая палец, как маленький обиженный ребенок.

– Ну-ну, малютка! Я знаю, что это трудно. – Едва он пересек комнату и ободряюще положил руки ей на плечи, как она резко обернулась и отпрянула от него.

– Не дотрагивайся до меня, ты, бессовестный вор!

– Вор? Да я ничего не украл. Пока.

– Мне не нужна твоя жалость.

– Будь я проклят, если ты ее дождешься, – сухо отозвался он.

– Ты еще не победил, Дрейк. Я лишь признала, что подписи отца и дяди очень похожи на подлинные. Но это не значит, что они действительно подписали завещание. И я по-прежнему отказываюсь отдать этот дом.

Дрейк задумчиво нахмурился и скрестил руки на груди.

– Единственный способ установить истину, леди Розалинда, – саркастически заметил он, – это зажать Тедиеса в углу и не выпускать до тех пор, пока мы не вытянем из него правду.

Она кивнула.

– Вопрос

в том, где его сейчас черти носят?

– Где сейчас, не знаю, но точно могу сказать, где он будет вечером, – отозвалась Розалинда.

Внезапно в дверь постучали.

– Войдите! – рявкнул Дрейк так громко, словно был на корабле.

Дверь приоткрылась, и в образовавшуюся щель просунул голову Хатберт.

– Вы закончили спорить, господин Дрейк?

– Да, пожалуй. Леди Розалинда? – вопросительно поднял он брови.

– На данный момент, да.

– Ну так в чем дело, Хатберт? – строго взглянул на слугу Дрейк.

– Я подумал, что немного муската вам не повредит.

– Отличная идея! – Дрейк потер руки. – Хорошая ссора всегда вызывает жажду, не так ли, леди Розалинда?

– Ну… пожалуй. – Она была вынуждена кивнуть, хотя и не собиралась соглашаться с Дрейком.

Хатберт поставил поднос на стол и наполнил бокалы.

– Я услышат ваши громкие голоса и подумал, что вернулись старые добрые времена! – Подвинув бокалы хозяевам, он спросил' – Более ничего не желаете?

– Нет, Хатберт, спасибо, – сказала Розалинда. Дворецкий удалился, и Дрейк решил уточнить:

– Итак, где мы найдем этого благородного рыцаря?

– Тедиеса?

– Именно.

– У леди Блант. Она сегодня устраивает маскарад в Крэнстон-Хаусе.

– Значит, поспешим туда.

– Я и так не пропустила бы этот праздник, – ответила Розалинда.

Дрейк поднял бокал:

– До дна, моя госпожа!

Розалинда с удивлением отметила, что ее золотистый бокал сияет в солнечных лучах так же ярко, как озорные глаза Дрейка. Спустя мгновение она совершенно не по-женски выпила вино залпом и с удовлетворением заметила, что враг сделал то же самое.

До вечернего маскарада, казалось, оставалась целая вечность, и Розалинда решила скоротать время, посетив театр «Глобус». Не видевшая нового здания театра Франческа уговорила взять ее с собой.

И вот нанятая подругами карета остановилась у прекрасного полукруглого здания. Франческа запрокинула голову, разглядывая темное дерево и белую лепнину сооружения, поднимавшегося до самых небес.

– Великолепно! – воскликнула она.

Они прошли через главный вход. Дневной спектакль уже закончился, билетеры и публика разошлись. Пол был усыпан программками, недоеденными фруктами и орехами, увядшими цветами Зрители нередко ели и болтали на протяжении всего спектакля, едва обращая внимание на сцену. Поэтому, чтобы удержать внимание толпы, требовалось что-то из ряда вон выходящее, и труппа часто прибегала ко всяческим ухищрениям: во время представления на сцену выливались бочки свиной крови, в других картинах звучала веселая музыка. Теперь даже боги спускались на сцену с помощью механических устройств, словно с небес. Верхний уровень сцены так и назывался – «небеса». А «адом» именовалось то место, откуда через люк вылезали призраки и черти.