Чтение онлайн

Отступив на шаг, она еще несколько мгновений просто смотрела на Робби, стараясь продлить момент… Потом развернулась и быстро вышла из комнаты.

Спектакль точно пора заканчивать. И постараться жить дальше.

Когда шаги на лестнице стихли, Роб открыл глаза и невидящим взглядом уставился в рекламу зубной пасты. Сквозь сон ему показалось, что кто-то завернул его ноги одеялом… и действительно, длинные конечности оказались аккуратно укутаны разноцветной клеткой. А Лиз ушла. К сожалению. Как говорил кто-то великий: "Он

никогда не упускал возможность упустить возможность".

Фотостудия располагалась на окраине Бристоля. Слишком далеко от дома Лиз, далеко от ветеринарной клиники, но это единственное место, которое нашлось в сжатые сроки. Люди уже начинали готовиться к праздникам и баловать себя и социальные сети праздничными фотосессиями, поэтому сопоставить график работы ветеринаров и графики работы студий оказалось не так-то просто. Однако Лиззи считала, что даже в этом случае ей повезло. Не пришлось откладывать работу на длительный срок.

На фоне серой кирпичной стены стояло мягкое кресло, обитое бархатом цвета морской волны. Выставленные и настроенные осветительные приборы выгодно подчеркивали кресло и своим ярким светом разгоняли тоску, в которую вгоняла погода за окном. Там свистел ветер и было так мерзко, что для поездки по городу Лиззи пришлось вытянуть из шкафа самый объемный из своих свитеров. Где-то за стенкой девочка-визажист от студии готовила все для работы, и ее возня была хорошо слышна в тишине помещения. Лиз сидела на полу перед раскрытым рюкзаком и перебирала его содержимое.

— Привет, — звучный баритон эхом прокатился по студии.

Элизабет оторвала взгляд от камеры в своих руках и повернулась на звук. Робби. Конечно, Робби. Лиззи знала, что он приедет первым. Надеялась на это. Одетый в темные джинсы, кроссовки, и куртку с капюшоном с меховой оторочкой. И с рюкзаком за плечами. Хорош, как и всегда. Она оттолкнулась от пола, встала на ноги, перебросила через голову ремень, удерживающий камеру.

— Привет, — мягко улыбнулась она.

— Заставила ты нас побегать, — Роб отступил в сторону и сбросил с плеча рюкзак. — Это единственное место, которое удалось найти?

Единственное. Были еще, но позже, и это знать никому не нужно. Элизабет развела руками.

— Какое есть.

Гул голосов и шаги заставили снова посмотреть на дверь. В помещение ввалилась толпа незнакомых людей. Десять человек. Значит, они приехали все вместе… Пятеро (две девушки и три парня) остановились почти сразу за порогом, с рюкзаками или спортивными сумками на плечах. Еще трое — с пластиковыми переносками для животных. Последний удерживал в руке поводок, с лабрадором на его конце. Лабрадор сел на пол, свесил голову на бок и выронил из пасти розовый язык. И все взгляды, включая собачий, приковались к Лиз. Она внутренне поморщилась.

— Ребята, — Роб, как предводитель, выступил вперед. — Это Элизабет, сегодня она будет нами командовать.

— Не пори чушь, — шикнула Лиззи.

Прозвучало нестройное приветствие.

А

она ведь хотела встретиться со всеми до работы, чтобы познакомиться, чтобы будущие модели не смотрели на нее, как на врага. Они должны чувствовать себя спокойно и раскованно. Однако собрать всех для знакомства не удалось, и сейчас на Лиз смотрели так, будто это лично она виновата, что в выходной день всех их вытянули из теплых домов и погнали куда-то на окраину. Ну ладно, в окраине Лиз действительно виновата.

— Всем привет, — она сдвинула малиновую шапку на затылок и почесала лоб. — Я не хочу никем командовать. Просто давайте сделаем так, чтобы ваш босс никого не уволил за не фотогеничность, ладно?

Коллеги Робби снова невнятно заворчали. Стали отнекиваться от того, что тихо ненавидят фотографа. Неправдоподобно. Но Элизабет была уверена, что народа будет больше. Где остальные? Крутанувшись на пятках, она повернулась к Роберту.

— А где остальные модели?

Робби расстегнул крутку и стал вытаскивать руки из рукавов.

— Это все, — пожал плечами он. Под курткой оказалась черная футболка. И это ноябрь! — Мистер Финч передумал насчет всего персонала, выбрал самых инициативных.

Вот как. Значит кого-то пронесло? Лиз скрестила руки на груди.

— Ты считаешь себя самым инициативным?

Он бросил куртку на стоящую возле двери вешалку, подхватил рюкзак и подошел к ней.

— Я не мог оставить свою Ягодку, — тихо проговорил Роб.

Как удержаться и не покраснеть? Одно дело, когда он говорит так перед матерью и друзьями, ради которых играется пьеса, и совсем другое, когда он вворачивает «свою Ягодку» при абсолютно посторонних. Робби спрятал одну руку в карман, а второй ткнул в сторону начавших раздеваться людей.

— Это Нэлл, Алан, Саманта, Джеффри и Крис, — палец по очереди указал на тех, кто был с рюкзаками и сумками. — Лабрадор — Хантер. — (Хантер устал сидеть и уронил себя на пол). — В одной клетке Тинт, Тиффи и Тим. Котята. Красавчики, — на губах Робби растянулась странная ухмылка. — Еще есть щенки Монк и Ларс, и хомяк.

Элизабет послушно переводила взгляд вслед за указательным пальцем Малыша. Не то чтобы она действительно сразу всех запомнила, но попытаться стоило. Одна из девушек из числа моделей первой разделалась со своей верхней одеждой и отделилась от остальных. Сделала шаг вперед. Совсем молоденькая, не старше двадцати двух. Дружелюбная улыбка расплылась по симпатичному лицу, обрамленному светлыми кудряшками.

— Я Нэлл, — она приветственно махнула рукой. — Доктор Дадли очень хвалил вас и ваши работы.

Ее взгляд отдавал теплотой. Скорее всего она принадлежит к тому типу, который обожает попадать в объектив. Лиз улыбнулась ей в ответ.

— Правда, доктор Дадли? — обернулась она к Робби.

Он устало закатил глаза.

— Я просил не называть меня так вне стен клиники.

— Но это привычка! — возмутилась девчонка в кудряшках.

— Мне стоит снова переименовать тебя в телефоне? — встряла Лиз.