Чтение онлайн

Ричи приподнялся на локтях и спросил раздраженно:

— Чем они тебе не нравятся? Ты мне не указчик. С кем хочу, с тем и дружу!

— Пока тебе только шестнадцать, — вспылил Джордж, — пока ты еще не взрослый и живешь в моем доме, я могу тебе говорить то, что нахожу нужным.

— Пошел ты вон отсюда, оставь меня в покое, — и Ричи накрыл голову подушкой.

— С удовольствием! — Джордж уже с трудом сдерживал гнев, он был готов закричать на всю улицу. — Но ты никуда не выйдешь ни в субботу, ни в воскресенье.

— А это мы еще посмотрим. Еще как посмотрим!

Но последних слов

Джордж уже не услышал — он выскочил, хлопнув дверью. С этих пор он уже никогда не возобновлял никаких задушевных бесед с сыном.

На следующий вечер, в пятницу, Ричи ушел из дому перед ужином и вернулся поздней ночью. Брику он передал содержание вчерашней сцены.

— Этот идиот так меня разозлил, что я проглотил сразу две таблетки, ты понимаешь?

Брик кивнул. У него самого были неприятности с отцом.

— Однако же не такие, как с моим стариком, — возразил Ричи. — Ничего, я еще ему покажу!

Ричи, Брик, Марк и четвертый, по кличке Орешек, были тесно связаны между собой, хотя порой и ссорились. Сплачивало их не то, что были они маленького роста, и не то, что прежде испытывали одиночество, и не то, что плохо учились (хотя, кроме Брика, все обладали хорошими способностями), и даже не то, что были из рабочей среды, сыновья родителей, бежавших из Нью-Йорка в тихий городок.

Эти четыре подростка не строили речные плоты, не лазали на деревья, не участвовали в демонстрациях за спасение земли, не мечтали, кем они станут, когда вырастут. Их не увлекали ни автомобили, ни спорт, и даже интерес к девочкам был не чем иным как грубой бравадой. Их сплачивало только одно: наркотики. Что сейчас в продаже? Сколько стоит? Где можно спрятаться?.. А после долго еще воспоминания: «Ох, что мы вытворяли, накурившись!»

Тревога росла не в одном только доме Динеров. Если бы они не скрывали так от всех свою беду, они нашли бы поддержку у тех несчастных родителей, с детьми которых Ричи вел ежедневные беседы по телефону.

Брик позвонил матери с автомобильной мойки, где он был занят на почасовой работе.

— Мама, я заболел. Ты можешь за мной приехать?

Мать помчалась немедленно. Брик спустился к ней с настила, шатаясь как пьяный. Он был бледен, и тело его конвульсивно содрогалось от приступов рвоты.

— Ты курил с утра марихуану?

— Нет, — вынужденно признался он, — только принял таблетки.

— Сколько ты принял?

— Не знаю. Может, три, а может, четыре.

Мать схватила его за кисть — пульс не прощупывался. Господи, он умирает! Он отравился!

Брика отвезли в больницу, где его продержали до ночи. А мать тем временем бегала по коридорам и кабинетам — что делать, как быть дальше? Заметив молодого врача, который что-то записывал, она подбежала к нему и стала сбивчиво рассказывать о своем горе.

— Научите, что делать с парнем? — умоляла она. — Он отравляет себя наркотиками!

Врач посмотрел на бедную мать с откровенно скучающим видом.

— Все они отравляют себя, — сказал он, — и никакой ваш парень не особенный. — И снова занялся бумагами.

Но миссис Пейвол была настойчивой дамой. «Хватая всех в больнице за полы», она узнала, что существует Центр по борьбе

с наркотиками, кстати, почти рядом с их домом. Она заставила Брика, несмотря на его протесты, посещать там лекции. Впрочем, он говорил Ричи, что ходил туда, потому что там было удобно покупать наркотики.

— Столько народу там собирается — это тебе не вшивая толкучка на автомобильной стоянке! — комментировал Брик.

Орешек (настоящее его имя Дэвид Колмен), сын столяра-краснодеревщика, начал употреблять наркотики с тринадцати лет по совету Ричи, которому тогда было четырнадцать. Впрочем, он не очень нуждался в увещаниях, поскольку был посвящен во все тайны своего дома. Его шестнадцатилетняя сестра Вивиан уже не могла жить без наркотиков: курила все, что ей удавалось достать, глотала любые таблетки, кололась чем попало и нюхала без разбора любые порошки. Эта Вивиан была главной наставницей Ричи: он часто вел с ней долгие, подробные телефонные беседы о достоинствах и недостатках разных наркотиков.

Во время одной такой беседы Вивиан вдруг бросила трубку, увидев из окна, что к крыльцу подходят полицейские. В панике она метнулась туда, где прятала шприц и разные наркотики, но ее опередила 83-летняя бабушка. Схватив полиэтиленовый мешок со всем содержимым, старуха отнесла его в комнату и сунула под какой-то ворох тряпья. Только потом она открыла дверь полицейским и, пользуясь правом старости, обрушилась на них с бранью, как, мол, посмели заподозрить у нее в доме наркотики!

Ричи с Орешком и парнем по имени Карл, которого они вскоре лишили своего покровительства, постоянно болтались после школы на территории Торгового центра. В Ричи к этому времени произошла разительная перемена: он научился командовать другими, завел привычку посылать Орешка и Карла в универсам «с поручениями»: украсть фрукты, конфеты, а потом и кое-что посерьезнее.

— Ричи велел Карлу украсть для него альбомы с пластинками. Стукнул раз кирпичом по голове, Карл и пошел, — рассказывал Орешек. — А Ричи стоял «на стреме».

Полицейский агент поймал мальчишек с поличным. Карл заявил, что его послал «Рыжий». Рыжий — Ричи был задержан при попытке улизнуть из магазина. Всех троих записали и сообщили родителям. Боясь встречи с отцом, Ричи несколько часов прятался у «Орешка». Потом позвонила Кэрол и позвала его, и он отразился домой.

Марк Эпстейн был самый маленький и по росту и по годам, но самый крикливый и грубый из всей четверки. Непристойности так и сыпались из его рта. Он вечно придумывал грязнейшие истории, до того невероятные, что даже дружки ему не верили. Впрочем, одно было неоспоримо — по части наркотиков он имел больше опыта, нежели остальные трое вместе взятые.

Подобно Ричи, Марк родился в Нью-Йорке. Его отец чем-то спекулировал — чем именно, Марк не знал, говорил только, что отец «делает деньги».

— Я с девяти лет курю марихуану. Когда мы переехали в Ист-Медоу, мне было тринадцать. Мне было тут скучно, и я занялся грабежами. Это плевое дело, Динер, — объяснял он. — Надо брать только такие вещи, которые легко сбыть, — меховые накидки, брильянтовые кольца и тому подобное. Одно время я относил все мороженщику Монку. Он и наркотиками торгует.