Чтение онлайн

– Сегодня тебя ждёт испытание. Сумеешь ли ты вынести его, зависит только от твоей выдержки. Правила просты: можно говорить, но не шевелиться.

Мира покосилась на свечу.

– Я недолюбливаю горячие предметы. У меня слишком чувствительная кожа. А воск ещё и застывает…

– Это массажное масло. И оно комфортной температуры даже для чувствительной кожи.

– Будешь делать мне массаж?

– Да.

И в чём заключается испытание? Вряд ли эта процедура такая уж мучительная. Разве что придётся бороться с неловкостью:

впервые Теодор дотронется до неё везде.

– Хорошо.

Затушив свечу, он вылил масло на ладони и растёр его между ними. Мышцы мужских плеч красиво поиграли. В тусклом свете комнаты это выглядело особенно соблазнительно. Тщательно смазав ладони, Теодор опустил их на бёдра Миры, начав свой танец движений.

Тёплые руки оказались потрясающими. Во время прошлых встреч Мира не раз представляла их на себе. Но фантазии не шли в сравнение с реальностью.

– Не ёрзать, не шевелить ни одним мускулом, иначе заработаешь штрафные минуты.

– Штрафные минуты массажа? – Мира всё ещё не понимала, в чём наказание.

– Да. Начальные десять минут могут в разы вырасти. В зависимости от того, насколько ты останешься послушной.

– И как ты следишь за временем? – она повернула голову, ожидая увидеть на его запястье часы.

– Что я тебе говорил?

– Что?

– Не шевелись. Ты заработала первую штрафную минуту.

Он серьёзно? Мира могла пролежать так целую ночь.

Вскоре она поняла, в чём трудность: у неё никак не получалось до конца расслабиться. В массажных салонах зону паха и груди прикрывали полотенцем. Не двигаться тоже было просто невозможно. Слишком желанны оказались прикосновения. Мира даже не подозревала, как сильно её раздразнили на предыдущих сессиях. Как всё это время она желала, чтобы Теодор до неё дотронулся.

Он водил руками по её коже, иногда используя весь корпус, чтобы дотянуться дальше, ближе. Ясно, чем ему помешала бы рубашка.

Когда ладони Теодора спустились к стопе, Мира захихикала и поёрзала.

– Штраф.

Прикосновения поднялись по икрам, между бёдрами, и, пропустив зону паха, направились к животу, который тут же дрогнул.

– Ещё штраф.

– Как страшно.

Теодор фыркнул.

– Ну-ну.

Он провёл пальцами вокруг груди, не касаясь ореол. Скользнул выше. Мира не сдержала стона удовольствия, когда ей надавили за ушами.

– Ты очень чувствительна. С тобой надо медленно, – в его голосе послышалась улыбка.

Это не было похоже на просто массаж. Не как обычно разминали уставшие мышцы. Движения словно проникали в каждую клеточку, смешивались с потоком крови в неведомой ранее ласке. Теодор надавил на мышцы шеи, немного оттягивая голову вверх. Мира поклялась бы – это самое невероятное, что с ней делали. Вибрирующий выдох вырвался из её горла.

Она приоткрыла глаза. Мужской сосок оказался прямо в поле зрения. Мира слегка потянулась к нему. Даже сквозь цитрусовый аромат масла

был слышен вкусный запах чужой кожи. Теодор быстро заметил на себе внимание.

– Ты приятно пахнешь, – оправдалась Мира.

Он улыбнулся.

– Как и ты, – но сразу же добавил: – Ещё минута. Ты двигалась.

Со стороны казалось, Теодор не прикладывал особых усилий. Он просто водил руками по телу, склонялся над ним. Но Мира напрягалась, всё больше покрылась испариной. Будто это она занята делом, а не лежит на кушетке.

– Ты не просила о дополнительной встрече на этой неделе.

– Да. Я ведь сказала, почему.

Теодор промолчал. Какое-то время Мира слышала лишь стук своего сердца.

– Как ощущения?

– Мх. Где ты этому научился?

– Вообще-то, услуги, что я оказываю, зарегистрированы как «массажные».

– Ты регистрировал свои услуги?

– А ты думала, я не плачу налоги?

Мира прыснула. Зарождающаяся между ними близость была такой настоящей. Как между двумя обычными людьми, которые нравятся друг другу.

– Что ты чувствуешь, скажи мне?

Мира облизнула горячие губы.

– Расслабленность. Покорность.

Желание.

– И уязвимость.

– Уязвимость? Погоди, это я ещё не начал задавать каверзные вопросы.

Мира не восприняла угрозу всерьёз. Но Теодор почти сразу же попросил:

– Расскажи что-нибудь о себе.

– Что?

– Мы малознакомы. Всё подойдёт.

Будто ему мало физического обнажения. Подавай ещё и душевное.

Мире хотелось что-нибудь рассказать. Но она не знала, что. Что такого рассказать, чтобы понравиться.

Теодор вновь занялся её плечами. Большие пальцы делали беспрерывные круговые движения, пока остальные нажимали на чувствительные точки. Мира не вытерпела и выгнулась.

– Штраф.

Кажется, она стала понимать суть испытания.

– Чем ты занимаешься? – спросил Теодор, когда она успокоилась. Сквозь прикрытые веки Мира всматривалась в его сосредоточенное, но мягкое лицо.

– Я студентка факультета журналистики. Подрабатываю в журнале.

– Что-то пишешь?

– Да, статьи.

– Что за журнал?

– О литературе, театре, музыке.

– Не хочешь говорить?

– Оу, нет. «Артазарт». Просто решила сразу пояснить, что за журнал. Не все читают тематическую прессу.

Руки на ней на мгновение замерли.

– Ты пишешь статьи для «Артазарт»?

– Да. А что?

– Ничего. Ты пошевелилась. Штраф.

Пальцы проделали путь между грудью, вниз к пупку, разошлись на бедренных косточках и скользнули к ногам. Мира снова задумалась о надёжности своего гигиенического средства. Оно обязано справиться с нагрузкой, иначе плохо дело. Ведь Мира определённо начала возбуждаться.

– Расскажи о своих родителях. Или друзьях.

Мире понравился этот вопрос. Такие сближают, а значит, Теодору хочется узнать её.