Чтение онлайн

Пока Дима выуживал разномерные коробки, упакованные в красочную обёртку, незаметно подсунула ему купленные мной игрушки. Малышня, визжа, унеслась в гостиную распаковывать дары, а Димон смог, наконец, снять с себя наряд и похихикать в кулак, сгибаясь в пополам от рвущихся эмоций. Правда, стоило нам уединиться на кухне, вся весёлость с Димки сползла как вода.

— Люд, у меня к тебе серьёзный разговор, — потупил взор Димон, нервно теребя резинку смешного свитера с красными колпаками на чём-то вроде одутловатых снеговиков. — Я долго думал и… всё

понимаю. Конечно, сейчас не девятнадцатый век и нравы уже не так суровы. А ещё женщин, рожающих без мужей… Но здесь деревня, и сплетни всё равно пойдут… В общем, Люда, выходи за меня замуж. Вот.

— Ты серьёзно, Дим? — закашлялась, подавившись слюной, попавшей не в то горло.

— Знаю, звучит шокирующе, но не спеши отказывать, — затараторил Дима, сдвигая несчастный букет и хватая меня за руки. — Не секрет, что ты мне очень нравишься. И Ромку с Ларкой я люблю. И малыша полюблю.

— Только я тебя не люблю, Дима, — выдернула ладони и стиснула их в кулаки. — И не факт, что полюблю. Зачем…

— Я ничего от тебя не требую, — перебил он, оттягивая горловину. — Дружеский брак без супружеских притязаний. На людях будем изображать семью, а за забором ничего не изменится. Разве что в свидетельстве о рождение в строке «отец» будет моя фамилия.

— Нет, Дим, я так не могу, — отошла в сторону и занялась протиркой чистых поверхностей. — По мне лучше сплетни и косые взгляды, чем по-дружески навешивать на кого-либо обязательства и чужого ребёнка.

— Давай ты не будешь рубить с плеча, а возьмёшь паузу на обдумывание, — схватил другую тряпку Димон и присоединился к уборке. — Неделю. Две. Месяц.

— Не думаю, что чего-нибудь изменится за месяц, — подвела к финалу разговор, глянув на время. — Пора накрывать на стол и провожать старый год. Какая у нас развлекательная программа?

Программа оказалась замечательная. Проводив старый и встретив новый год, вся деревня от велика до мала высыпалась на улицу. Музыка гремела, фейерверки громыхали, собаки завывали и заливались лаем, народ пел, плясал и обменивался маленькими безделушками. На центральной площади, прям напротив магазинчика Марты выставили столы с разносолами, сладостями и продуктами брожения от Иваныча.

Детвора каталась с горки, валялась в снегу, таскала конфеты и упивалась газировкой, пока раскрасневшиеся взрослые горлопанили под песни девяностых.

— Никогда, наверное, не встречала так Новый год? — подскочила Марта и затянула меня в хоровод, отплясывающий ламбаду. — Вы, городские, протухли уже в своих каменных джунглях. Пожрёте салаты, запьёте кислятиной, посмотрите огонёк и спать. И так из года в год. Никакого веселья. Поэтому и соседей не знаете. Живёте в одном подъезде, а соль попросить не у кого.

В чём-то Марта была права. Именно так проходили последнее время мои праздники. Либо в тесном семейном кругу Корольковых, либо в гостях у друзей Эдика, не отличающихся от него в своей чопорности. Сейчас же я не замечала течения часов, лёгкого мороза и позабыла о токсикозе. А как в меня

залетали солёные огурчики и квашенный острый перчик… Димка даже подрезал по баночке соленей, пока никто не видел.

В общем, было здорово. Расходились под утро. Вернее, большинство расползалось, и не факт, что по своим хатам. Дети напоминали снеговиков, бабы и собаки охрипли от песнопений, мужики осипли от матерных частушек, петухи забились в углы на насестах.

— Отоспимся, отдохнём, а вечером по плану костры и хороводы вокруг них, — покачиваясь, вещал Димка, держа за руки вымотавшихся детей. Лариса, кажется, почти заснула на ходу, да и Ромик постоянно зевал и медленно моргал. — Мы всей деревней до Рождества гуляем.

Со смешными рассказами о прошлогодних гуляньях я не заметила, как мы добрались до дома. Собиралась проститься с Димой и скорее завалиться в кровать, но мой взгляд зацепился за свежие следы протектора, уходящие под ворота и за мерцание на стене от включённого света в кухне.

— Дим, мы же свет в доме и во дворе выключали? — на всякий случай поинтересовалась я, хотя точно помнила, как самолично прикрыла заслонку, шлёпнула по клавише и активировала в телефоне фонарь, подсвечивая замок на калитке.

— Могли и забыть, — нетрезво икнул Дима, окидывая рассеянным взглядом забор и ворота. — Я точно не выключал. Торопился детей вывести на улицу, пока они не вспотели.

Тоже уважительная причина. Я была озадачена уборкой салатов и нарезки в холодильник пока Дмитрий заботился о здоровье моих малышей.

— Это вряд ли, — задумчиво прошлась рукавицей по шарфу, пытаясь догадаться, кто надумал сделать мне сюрприз. Вариантов набиралось немного. Кроме Эдика больше некому изображать тайного Санту и пробираться в дом. Но ключей у бывшего не было. Если и завалялась старая связка, то замки были заменены в процессе обустройства.

На какие-то доли секунды в груди болезненно кольнуло. Может? Нет, не может! Он сейчас покоряет либо морские просторы, либо супружескую постель, готовясь стать родителем.

Воткнула ключ в замочную скважину, провернула, толкнула калитку и отшатнулась. Во дворе стоял монстр Руслана, бережно прикрывающий грязным боком мою пятёру.

— О-па-па, — булькнул за спиной Димон, вталкивая собой меня на участок. — Кажется незваные гости пожаловали.

— Проводишь? — трусливо схватила его за рукав и потащила за собой.

Умудрилась на маленьком пятачке, окружённом сугробами, обойти автомобиль по крутой дуге, не споткнувшись, поднялась по промёрзшим ступеням крыльца, уверенно опустила вниз ручку и шагнула в прогретое нутро дома.

— Дядя Рус! — прошмыгнул между мной и стеной Ромка, направляясь в кухню.

— Дядя Ус! — попыталась повторить манёвр брата Ларчик, но была поймана за капюшон Димой. — Ай! — возмутилась. — Мне к дяде Усу надо!

— Сначала раздеться, — осадила её, зло срывая с себя шарф и дёргая молнию.