Чтение онлайн

Правда как только она вышла, все вытянулись по струнке смирно, посуровели, а в глазах затаился страх и что-то еще. Переживают, что она их сдаст. Не дождутся! Играть за одну команду с этим чудовищем она не собиралась. Никогда!

Дан подскочил к ней первым, привычным движением открыл дверь машины и… конечно же не стал помогать. Понял что бесполезно, где-то после пятой попытки, настырный какой. Правда от одной свой дурацкой привычки так и не избавился — пихать ей везде конфеты. Вот и сейчас в руку опустилась маленькая шуршащая обертка. Он что ее за ребенка держит? А ничего

что она с его босом трахается?

Девушка бросила на мужчину раздосадованный взгляд, но тот лишь мягко улыбнулся в ответ. И сердиться на него дальше стало очень сложно. Она пихнула конфету в карман и пристегнулась. Даже не называя адреса, все итак понимали, куда ехать. В таком настроении она ездила только в одно место — загородный дом Лютого из «Поднебесной».

Огромное баснословно дорогое строение приветливо сияло в лучах полуденного солнца. И хотя она предпочла бы никогда в жизни больше сюда не возвращаться, сейчас невольно залюбовалась открывшейся красотой. Поистине сказочное место, притаившееся среди леса, сосен и бескрайнего голубого неба. Она тряхнула головой, чтобы прогнать появившееся наваждение и уверенной походкой двинулась к дому. Никакая красота не перекроет бесчинств, которые здесь творятся.

Влетела в кабинет, испытывая легкое дежавю, и швырнула на стол пухлую пачку документов. Та угодило ровно поверх аккуратной стопки бумаг, которую как раз в этот момент разбирал предприниматель. Она понимала, что поступает глупо и не сдержанно, но внутри все клокотало и чувство справедливости рвалось наружу.

— Что это? — спросил мужчина, медленно поднимая на нее свои темные глаза.

Казалось с последнего раза как они виделись, те стали еще чернее. Но давать задний ход было поздно.

— Это я хотела спросить! — произнесла уверенно. — Что все это значит?

Мужчина пробежался взглядом по пачке документов, словно видел их впервые, потом удовлетворенно хмыкнул и вновь посмотрел на нее. Захотелось развернуться и бежать без оглядки. Плевать, что вокруг лес и непроходимые дебри. Лишь бы подальше от живущего в этом замке чудовища. Но вместо этого она выпрямила спину и сделала шаг вперед.

— Разве не замечательно, что в мире остались добрые люди, способные совершать безвозмездные поступки, — проговорил он, продолжая сидеть в кресле.

И ее это вполне устраивало. Говорить с ним так было гораздо легче.

— Это ведь сделал ты!

— Не понимаю о чем речь? — мужчина скривил удивленную гримасу. — У тебя есть доказательства?

— Потому что больше некому!

— Мир не без добрых людей, — философски заметил он.

Девушка выдохнула стараясь оставаться спокойной.

— Хорошо. Допустим. А моя работа? Это ведь твоих рук дело!

Марат скривился, словно проглотил горькую пилюлю, потом полез в один из ящиков стола, пошурудил там рукой и на стол перед ней легла пластиковая, блестящая карточка.

— Тебе не нужно работать. Я дам тебе все что ты хочешь. Здесь неограниченный лимит!

Он смотрел на нее так, будто ждал, что вот сейчас она запрыгает от радости, упадет к нему на шею, а может даже сама встанет в позу и раздвинет ноги. Последнее верно скорее всего. Ведь

Марат был не таким мужчиной, которому близка романтика. А она смотрела на кусок блестящего пластика, как на ядовитую змею, свернувшуюся клубком на столе, и готовую вот-вот впиться в ее руку, впрыснув порцию отравы, избавиться от которой будет уже невозможно.

— Ну ты и ублюдок! — бросила она, продолжая зло разглядывать мужчину. — Подавись своими деньгами! Я их никогда не возьму!

И понимая, что больше не протянет в этом душном помещении ни минуты, пробкой вылетела на улицу. Думала сейчас ее догонят, схватят на лестнице и грубо преподадут урок хороших манер, возможно разложив прямо там, на перилах на виду у всей охраны. Чтоб как говорится неповадно больше было. Но за ее спиной не слышалось никаких шагов. Разгоряченной фурией она вылетела на улицу, обогнула подготовленную машину и со всей силы пнула железные ворота.

— Открывайте! — крикнула непонятно кому, чувствуя как обида затапливает все изнутри и грозиться прорваться горькими слезами. — Открывайте, черт вас раздери!

Ее голос был похож на голос раненого зверя. Рядом по щелчку пальцев оказался Дан. Мужчина выглядел немного потерянным и явно не понимал, что делать. Она еще раз со всей силы пнула ворота. Тупая боль пронзила ступню. Плевать. Она готова переломать себе все конечности, лишь бы отсюда выбраться.

— Откройте! — ровный голос владельца баснословно дорого особняка положил конец разыгравшемуся во дворе спектаклю.

Огромные железные ворота медленно поехали в сторону, и она выскочила из них как ошпаренная. Конечно же никто не оставил ее одну. Несуразный своими размерами и формами внедорожник ехал рядом на запредельной улиточной скорости, стараясь оставаться позади и не отсвечивать. А вот Дан как преданный рыцарь шагал рядом и отставать не собирался. Хорошо хоть конфеты больше не пихал.

Она чувствовала, как по щекам катятся слезы. Вытирала их рукавом, но они появлялись вновь. Предательское сердце сжималось в судорогах. А чего она еще ждала от этого куска бесчувственного камня? Он ведь все привык покупать в этом мире. Вот и ее решил купить. Только одного не учел. Она продаваться не собиралась. А деньги за лечение брата вернет! Заработает и вернет!

Остановившись на этой мысли Анюта выдохнула, втянула аромат осеннего леса и поняла, что жизнь все еще сияет красками. Она слишком молода, чтобы впадать в слепое уныние, и слишком любит жизнь, чтобы отказаться от борьбы. Она отработает эти шесть месяцев, как они и договаривались, а потом найдет способ выбраться на свободу. И мнение предпринимателя на этот счет ее ни капли не волнует!

Марату казалось, что он бьется в наглухо замурованную стену. Он делал шаг вперед, а девчонка тут же отпрыгивала назад. Какой-то бессмысленный и беспощадный танец. Мужчина не любил играть в игры, правил которых не понимал. Но и пути обратно для него больше не существовало. Как и будущего без маленького, вредного ангела, который так стремительно ворвался в его жизнь и перевернул в ней все с ног на голову.