Чтение онлайн

Да? А домой тебя он провожает просто так? А пакеты за тобой носит? — наступала Борзова.

Он мне с редакцией помогал, я роман деда носила.

Знаем мы таких романистов, повидали на своем веку. Это он к тебе пристает? Или ты ему на шею вешаешься?

Никто никому не вешается. Перестаньте! — Лена не выдержала и, подойдя к двери, стала дергать ручку пытаясь открыть ее. — Выпустите меня!

Терминатор медленно повернула ключ в замке и прошипела над самым ухом у Лены:

—

Зря ты так, девочка. Я ведь могу тебе по­мочь...

В спортзал Лена вернулась в растрепанных чувствах и начала нервно метаться в поисках рюкзака.

— Ленка, ты чего? — спросила Наташа одно­классницу. — Что случилось? Терминатор довела?

Кулемина швырнула рюкзак на пол и сбивчиво заговорила:

— Она такое наговорила! Это же все вранье.

Что у нас с Виктором Михайловичем роман, что

я ему на шею вешаюсь, а он ко мне пристает! — Лена издала звук, отдаленно напоминающий рык разъяренного зверя.

Терминатор из ума выжила, — развела рука­ми Лера.

Это беспредел, — ахнул Степнов и, сорвав­шись с места, выбежал из зала.

Рассказов подошел к девчонкам и, успокаивая Лену, твердо сказал:

— Елена, ты не беспокойся, мы со всем разбе­ремся.

В это время в кабинете директора Борзова уже излагала Шреку свою версию происходящего:

Я просто так на людей наговаривать не стану. Если вы мне не верите, спросите у Ирины Ренатовны, она вам расскажет, как Степнов все время к Кулеминой пристает. А Светочка-библиотекарь вообще с этой девочкой в одном доме живет и говорит, что они постоянно ходят вместе как шерочка с машерочкой...

Лена — девочка спортивная. Она с Виктором Михайловичем на соревнования ездит, группой музыкальной он у них с историком руководит, — аргументировал Савченко.

В кабинет вошли Каримова и Светочка, обе взволнованные и недоумевающие.

— Зачем же вы так, Людмила Федоровна? — накинулась на Борзову химичка. — Я вам по сек­рету сказала, а вы всей школе раструбили.

– Хорошенький секрет! — возмутилась Терми­натор. — Учитель с ученицей черт-те чем занима­ется, а мы молчать должны. Ну ладно, Светлана Михайловна влюблена в физрука, хотя тоже не дело заводить романы в школе, но она все-таки взрослый человек! А он с ученицей шашни во­дит...

Что это вы такое говорите? — пролепетала Светочка, испуганно глядя на Савченко. — Какой роман? Да он даже в мою сторону не смотрит.

Вот только не надо!.. Мне Ирина Ренатовна все про ваши чувства рассказала, — сдала хи­мичку Борзова.

Ничего такого я не рассказывала, — заявила Каримова.

Ладно, Людмила Федоровна, разберемся, — успокоил Терминатора директор. — Но это дело деликатное, тут нахрапом нельзя.

В эту минуту в кабинет ворвался Степнов и со всей злости стукнул кулаком по косяку двери.

Что же это такое? — закричал он, глядя на Борзову. — Что за террор

вы устроили? Что за сплетни? Как вы можете, вы же педагог!

Вот именно, что педагог! — на повышенных тонах ответила алгебраичка. — А вы у нас кто? За ученицами бегаете — позор!

— Почему вы врете? У вас есть доказатель­ства? — взревел физрук.

Вот свидетели, — заявила Терминатор, по­казывая на Светочку и Каримову, прижавшихся в углу. — Они видели, как вы на каждом углу к Кулеминой пристаете.

А вы... — Виктор Михайлович с укором по­смотрел на Свету. — Как вы могли?

Он взял лист бумаги и ручку. Быстро написал заявление об уходе и сунул в руки Савченко.

Не горячитесь, Виктор Михайлович, за­берите свое заявление, — испуганно сказал директор.

Эх, Николай Павлович, — вздохнул физ­рук, — вы же мужчина, а туда же — сплетнича­ете с этим бабьем. А вам, Людмила Федоровна, давно на пенсию пора. Будет время походить по врачам, голову поправить.

Нахал! — выдохнула Борзова.

Степнов развернулся и вышел из кабинета, громко хлопнув дверью. В холле его догнала Све­точка.

Простите меня, Виктор Михайлович, — ска­зала она, еле сдерживая слезы, — я правда не виновата. Это глупая сплетня, я ничего такого не говорила.

Мне жаль, Света, что все так произошло, — грустно сказал Степнов. — И я честно не ожидал, вы мне казались очень хорошей.

Савченко в своем кабинете с отчаянием дер­жался за голову. Все вы со своими догадками... А школа может такого преподавателя лишиться! Я жалею, что в очередной раз поддался на ваши науськивания, Людмила Федоровна. Советую вам попросить прощения у Виктора Михайловича и Лены Куле-миной.

За что? — изумилась Борзова.

— Мне кажется, вам действительно пора на

пенсию, будет время подумать.

Новую песню назвали «Зима». «Ранетки» как раз разучивали ее, когда в зал вошел Антон.

Классные стихи, откуда взяли? — спросил он.

Анькины, — ответила Наташа.

Ань, супер, тебе писать надо! — восхищенно сказал Антон. — Я думал, ты, как все девочки, в тетрадку, а у тебя все по-взрослому

Конечно, — ревниво сказала Наташа, заме­тив, как Маркин смотрит на Аню, — музыка моя всем по фигу, главное стихи.

Наглая какая — на комплимент напраши­вается, — засмеялась Лера. — Классная у тебя музыка, классная.

Может, рванем все вместе на тренировку? — предложил Антон. — Только сначала заскочим в спортивный магазин. Я Гуцулу уже звонил, он сразу туда подтянется.

Ребята высыпали во двор, где уже тусовались освободившиеся от уроков ученики. К ним по­дошли Степнов и Рассказов.

Я звонил в «Семафор», договорился о встре­че, — сказал историк Лене. — Надо же с твоим романом разобраться,