Чтение онлайн

Он медленно поднял руку и двумя пальцами приподнял ее лицо за подбородок.

– Прости меня, Кристен. Этот сакс уже однажды выпорол тебя. Я боялся…

– …что он снова это сделает?
– слабо улыбнувшись, спросила она.
– Я тоже так думала, но ошиблась.

– Он все еще может наказать тебя? Девушка вспомнила прошлую ночь. Ройс доставил ей удовольствие, позволив вдоволь поплавать в озере. Он разрешил ей навестить друзей, подарив ей тем самым еще большую радость. И он занимался с нелюбовью при луне…

Она с уверенностью покачала головой, отвечая на вопрос Торольфа.

– Нет,

он уже забыл об этом.

Торольф запрокинул голову и расхохотался.

– Клянусь Тором, это приятная новость!

Он притянул Кристен к себе и с такой силой стиснул ее в объятиях, что у нее хрустнули кости.

– Кто это, и что он забыл?
– поинтересовался Оутер.

Все снова сгрудились вокруг Кристен. Она хотела было соврать, так как они не могли знать, о чем она говорила с Торольфом. Но она не могла лгать им. Однако рассказать о своей попытке бежать и объяснить, почему ее за это не наказали, оказалось не так-то просто, потому что ей пришлось опускать некоторые детали и перепрыгивать с одного на другое, прежде чем ей начнут задавать вопросы. Но она постаралась побыстрее перевести разговор на другую тему и вскоре уже оживленно рассказывала им все, что знала об Уиндхерсте и Уэссексе, и, хотя это было немного, все же больше, чем было известно им. Она объяснила им, где можно найти лошадей и где, по всей вероятности, сейчас находится армия датчан, которая, к сожалению, располагалась далеко на севере. Она также сообщила им о том, что на востоке живут кельты, которые враждуют с саксами, поэтому они могут помочь викингам, если те надумают бежать не на север, а к ним. По крайней мере, это давало пленникам возможность выбора.

Мысль о побеге не оставляла их. Кристен пришлось выслушивать многочисленные жалобы на чрезмерную осторожность саксов. Когда она, с улыбкой проведя ладонью по бугрившимся мышцам на плечах некоторых из стоявших рядом мужчин, заметила, что все они выглядят вполне поправившимися и окрепшими, Бьярни рассмеялся и продемонстрировал свою новоприобретенную силу, подхватив ее на руки и подняв высоко в воздух. Когда он опустил ее на землю, Кристен сердито посмотрела на него, но чувствовалось, что он не испытывает ни малейшего раскаяния.

– По крайней мере, теперь вам ничто не мешает бежать, - сказала она.

– Да, поднятие тяжестей пошло нам на пользу, - ответил Одел.
– Когда я вернусь домой, ходить в поле за плугом покажется мне детской забавой.

– Эти стены не смогли бы остановить нас, Кристен, - серьезно проговорил Оутер.
– Но какой смысл ломать их, если у нас нет топора для того, чтобы разрубить эти цепи?

– За все это время я не видела ни одного топора, - задумчиво произнесла Кристен.
– В доме есть всякое другое оружие, кроме этого. Меня не удивит, Оутер, если все топоры где-то прячут и запирают на ключ, потому что саксонский лорд очень предусмотрителен на этот счет.

– В таком случае, нам нужен ключ от кандалов и от двери.

– А вы знаете, у кого хранятся все ключи?
– спросила она.

– У Лаймана, того самого, который руководит постройкой стены.

Кристен помнила его, но не видела с тех пор, как ее разлучили с друзьями.

– Он не появляется в доме. Должно быть, он живет не

в поместье.

Она видела, как они восприняли это известие. Их разочарование болью отозвалось в ее сердце. Господи, как это все несправедливо!

Оутер потрепал ее по подбородку.

– Ну же, кузина, не вешай носа! Мы что-нибудь придумаем. Они начинают привыкать к нам, и их бдительность понемножку ослабевает. Рано или поздно кто-нибудь из них совершит оплошность, и мы ею воспользуемся!

– Ко мне они тоже понемногу привыкают, но все равно не доверяют.
– Кристен нахмурилась.
– Сегодня мне в первый раз разрешили выйти из дому.

– А вот та девушка, Эдри, за которой приударяет Бьярни. Как ты думаешь, ее можно будет уговорить помочь нам, если ему удастся добиться ее расположения?

У Кристен расширились глаза, а потом она расхохоталась.

– Господи, вы ничего не упустите! Но теперь, когда вы упомянули об этом, я припоминаю, что она казалась разочарованной, когда ей сказали, что сегодня не она понесет вам ужин.
– Она окинула Бьярни критическим взглядом.
– Как ты ухитряешься ухаживать за девушкой, если даже не можешь говорить на ее языке?

– Торольф подсказывает мне нужные слова, - с лукавой улыбкой ответил Бьярни.

– Ах, вот как!
– Кристен тоже улыбнулась.

– А этой девушке позволяют выходить из дому?
– спросил Оутер.

– Да, насколько мне известно. Но я очень мало знаю об Эдри, поэтому не могу сказать, согласится ли она помогать вам - даже ради Бьярни. Слуги все еще меня боятся и почти не разговаривают со мной, за исключением Иды, но она слепо предана своему господину. Но я попытаюсь поговорить с Эдри и выяснить, какие чувства она питает к Бьярни. По крайней мере, я расскажу ей, какой он славный и надежный парень, отличающийся редким постоянством.

Кристен произнесла эти слова с улыбкой, так как всем было известно, что молодой викинг был неисправимым ловеласом. Но среди пленников он был самым красивым. И если кто и мог заставить девушку потерять голову и предать своих соплеменников, то только Бьярни.

Пленники принялись расспрашивать Кристен о молодых дворянах, которые на днях приходили посмотреть на них. Они были очень удивлены, узнав, что один из них - король саксов и что сейчас он гостит в Уиндхерсте. Ей пришлось подробно описать его, потому что в его лице они получили бы ценного заложника, если бы он когда-нибудь приблизился к ним настолько, чтобы им удалось схватить его. Если бы король Уэссекса оказался у них в руках, они могли бы потребовать вернуть им свободу, да и ей тоже. Это было бы нетрудно.

И хотя Кристен с готовностью рассказала им все, что могла, в глубине души она сомневалась, что ее сакс когда-либо позволит королю подойти слишком близко к пленникам. Он мог беспечно относиться к своей собственной безопасности, но никогда не стал бы рисковать там, где дело касалось его короля.

Наконец Кристен напомнила им, что ужин остывает, и пленники стали доставать грубо вырезанные из дерева миски, из которых они обычно ели и которые щедро приправляли их трапезу щепками. Один только Торольф не последовал их примеру. Он усадил Кристен на пол у стены, рядом с собой, и взял ее за руку.