Проволоки
Шрифт:
– Чё гремишь? Бессмертный?
– О, доброе утро, блять.
Оба друга будто бы глядели в зеркало: измученные жизнью, усталые взгляды, мешки под глазами из-за частого недосыпа. Что? Каникулы начались, похмелье продолжается. Сели за стол, даже не разговаривая и просто попивая чай, закусывая пачкой анальгина и мезима.
Олеся тоже еле проснулась и нашла в себе силы встать, но чувствовала себя намного бодрее, чем парни. Конечно, она же не бухала столько. Не курила, под кайфом не бывала. На ней были чёрные штаны, светло-розовая, практически йогуртного цвета футболка. Одну туфель
– Привет, мальчики, -сонно подтянулась та, улыбаясь и садясь за стол. Сами юноши практически не ели ничего, только пили. Да и Олесе не очень хотелось занимать чем-то свой рот, поэтому она лишь отхлёбывала горячий чёрный чай из любимой кружки своего парня и вопросительно разглядывала стены вокруг себя.
– Кто-нибудь помнит, что вчера было?
– спросил Костя, держа как можно дольше прямую спину и не пытаясь горбиться. Потому что осанка для него была прежде всего, а так – минус десять сантиметров роста. Он мутным взглядом прошёлся по друзьям.
– Я прекрасно всё помню, -поставила на стол чашку девушка, не пытаясь поднимать своих глаз. Будто оставаясь белой вороной среди остальных.
Юноши переглянулись: было действительно что-то такое, что могло либо обидеть её, либо сильно удивить. А может, и то и другое. Вряд ли сейчас расскажет. Нужно пытать!
– Например?
– Ну, вчера Катюха лицом в оливье упала, -девушка с интересом разглядывает свой маникюр, специальный сделанный под Новый Год. Можно уже отковыривать лак, праздник прошёл.
– А ещё что?
– теперь уже одновременно спросили юноши, чувствуя, как постепенно сознание нормализовывается, и взгляд становится не таким мутным.
Олеся продержала в воздухе ещё пару секунд небольшую паузу, а после потянулась в задний карман чёрных брюк и вытащила пробку от глинтвейна, громко, практически стукнув ею по столу.
– Вот.
– Что это?
– покосился Рома на пробку, а потом на пристуствующих. Девушка молчала, но была ни грустной, ни весёлой. Просто она прекрасно осознавала, что это всё делается как в шутку, несерьёзно.
– Чувааак...-Костя промычал, откидывая слегка голову назад. Он вспомнил, что означала эта пробка и как она была связана с этими двоими. Рома ничего не помнил, лишь смутно восстанавливал всплывающие картины в памяти, -ты предложил ей...Ну замуж.
Девушка покраснела, неужели Костя на тот момент был не такой обдолбанный? Ей с одной стороны было приятно, а с другой неловко, что так получается. И теперь обе стороны это осознали. Роман убрал свои волосы в правый бок, нервно кусая нижнюю губу. Он и правда не думал, что способен даже на такую тупость, когда выпьет.
– А вот и поженимся!
– Чё?
– девушка чуть не поперхнулась чаем.
– Да-да, только подрасти.
– А я думал всегда, что ты сдохнешь холостяком, -улыбается Костя, упираясь головой о свою тёплую ладонь. Хочется обратно спать. Было так тепло, хорошо, правда, не снилось ничего, зато спокойно так,
Так, молодые люди ещё о многом разговаривали, чаще это делали Костя и Олеся, первый щёлкал пальцами и припоминал почти все вчерашние события, а девушка поддакивала или наоборот. Роман просто сидел, держась за голову и осознавая, что он ничего не осознаёт. Пришло время для уборки. Начали с той комнаты, где и был эпицентр всей вечеринки. Сначала мальчики собрали какой-то оставшийся мусор, накопившийся на столе, под ним. Складывали в отдельные мусорные пакеты. А Олеся тем временем решила загенералить, так как после праздников в ней всегда просыпалась женская(тёмная) сторона.
– Мы тогда тебя оставим?
– Конечно.
Олеся ловко управлялась со шваброй, иногда останавливаясь и не работая – наслаждаясь запахами вчерашних мандаринов. Аромат ещё не успел выветрится, не так быстро, как алкоголь. Пусть у девушки, как и Кости, была аллергия на цитрусы, но не такая сильная ведь. Нюхать и удовлетворяться можно было. Если осторожно.
– Ага, у меня первые две недели уйдёт только на переосмысление того, что начались каникулы, -Виленский собирал по пути одеяла, подушки, что каким-то образом оказались ночевать на полу. Видимо, после самой тусы молодые люди ещё долго развлекались втроём. Хотя, судя по тому, что Олеся с Костей заснули, читая сказку, можно предположить, что весело было только Роме. В ванной не каждый день поспишь.
– Да ладно, зато хоть отоспимся, -возразил Костя, не убирая улыбки с лица, которая не стирается почти около получаса. Он помогал другу, только застилал его постель, до которой Рома так и не дошёл. Открыли окно. До сих пор пахло какими-то резкими запахами экзотических алкогольных напитков. Лайм, шоколад, спирт. Брр! Всё вместе.
– Знаешь, я не думал, что я так поступлю, -тихо, чтобы не расстраивать разговором свою девушку, произнёс русоволосый. Костя сразу понял, что он имеет ввиду, и что до сих пор волнует его.
– А ты типа на будущее!
– сразу же додумал тот. Действительно, сделав заранее предложение, можно удержать свою половину и подарить надежду на дальнейшую совместную жизнь. Правда, протянутся ли отношения до этой поры?
– Засунь свой оптимизм себе в, -сделал паузу Рома, снижая на несколько тонов свой голос, -задницу. И засмеялся, потому что засмеялся его друг. Просто один видел стороны в более реальном мире, а тот наоборот.
Юноши обратно перетащили большой коричневый шкаф туда, где он изначально стоял. До и после приезда всё оставалось нетронутым, на своих местах. Вот это впечатление нужно будет создать.
– Я хочу жениться, но это только один мой процент. Ты меня видел?!
– Ну придурок придурком, что тебе не нравится?
– упёрся Костя спиной о шкаф, складывая руки на груди и уже подавив улыбку сквозь лёгкую усталость. Хотя, прекрасно понимал, что уставать сейчас нельзя, ибо только проснулся, нужно вести себя бодро.
– Нет, я в другом смысле!
– задумчиво перевёл взгляд Рома, мазоля им правый нижний угол. Щёлкает раз за разом пальцы и только потом осознаёт, что сказал его друг минутой ранее, -Чё?!