Проволоки
Шрифт:
– Привет, банда, -Костя следом прошёл за друзьями, которые, в свою очередь, прошли в главную комнату, откуда доносилась лёгкая мелодия западной гитары. На диване сидел Роман в полной темноте. Ну, почти. Свет гирлянд освещал его яркие глаза, волосы. Кстати, он уложил волосы как морская волна, кверху. Русые волосы прекрасно сочетались с полностью чёрным луком. Кажется, Костя заразил своего друга. Но тот просто оделся так на вечер. Тоже во всём чёрном, но под чёрным свитером была белая рубашка, выпирал воротник, а на нём что-то похожее на цепочку. Юноша сидел, расслабленно раздвинув ноги и откидывая голову на спинку дивана. Из его рта вырывался
Потихоньку приходили гости, кто-то приносил алкоголь, подарки, общие какие-то вещи для развлечений, такие как кальян или карты тору. Так, увлечься и посмеяться. Девушки сегодня были по особенному красивы, звонко смеялись из-за шуток юношей, смущались в ответ на их флирт. А кто-то пришёл как пара, они сидели в обнимку, тоже прикуривали или пили. Была нереальная атмосфера гармонии, новогоднего настроения. Мандарины и гирлянды дополняли сегодняшний вечер, придавали особую изюминку в декор квартиры.
Ещё не все. Где-то часов в десять снова зазвонили в звонок, Костя услышал и покинул гостиную, попутно хохоча с шуток приятелей. С кем-то он познакомился только сегодня, но увлечённо поддерживал и участвовал в беседах. Юноша включил свет в коридоре, не стал уже смотреть в глазок, ибо в подъезде было как всегда темно — толку не было. Открыл дверь, ловко дёргая за её ручку. Зашли Олеся с Владом. Они встретились по пути, болтали о вечере и каникулах. Под вечер Влад был уже серьёзней, не так, как с утра.
– Привет, детка, -поздоровался Костя, пожимая руку Олеси их собственным и необычным рукопожатием с добавлением каких-то эпичных «пщпщп» и «воу». Девушка была рада видеть своего друга, широко улыбалась и слышала, как развлекаются в гостиной, как доносится звонкий смех. Она проследовала туда же, где её встретили с радостными возгласами и короновали в жёны Романа. Юноша тут же поцеловал её в щёку, уже будучи под лёгким кайфом. Та была не против, но чувствовала себя рядом с ним скованно, неуверенно и смущённо.
– Вечер добрый, -хрипло произнёс Влад, закрывая дверь в квартиру. Он строго смотрел на своего приятеля, снимая пальто, а тот повесил его на законное место. Да они сговорились! И этот в чёрном. Все в чёрном.
– Здравствуйте, -улыбался девятиклассник, ещё подолгу обмениваясь взглядами с другом. Из комнат несло ароматом каких-то даже свечей, а не мандаринами. На кухне было вообще жарко, там готовилась курица в духовке. Юноша ловко потянулся к белому выключателю и лишил коридор освещения, -скучал по мне?
– Каждый день, -почти шепчет тот, заставляет выдавить из себя смущённую улыбку Кости, и они вместе уходят к остальным.
Все веселятся, в воздухе стоит запах разного по вкусу алкоголя, свежих мандаринов и дыма. Всё перемешалось, но никому это не мешало, даже наоборот, имело какой-то шарм. Роман нервно хохочет, то громко смеётся, смеются все. Некоторые сидят у друг друга на коленках, пара девушек танцует друг с другом, юноши кричат и аплодируют им, добавляют громкости. Громкость была чуть выше приличной, чтобы оправдать соседей, что тусы не было. Иначе снова начнётся полиция, разборки и пятнадцать суток.
– Ой, знаете, сегодня в парке тоже будут представления, пойдём?
– Да!
– А давайте, -в некоторых комнатах уже включили свет, чтобы было комфортней передвигаться по квартире, уйти в них, чтобы поговорить по телефону, отдохнуть от музыки, просто поговорить на тет-а-тет.
Прошёл ещё час, молодёжь уже была в ничто,
– Лесечка, солнце моё, хочешь оливку?
– Виленский улыбался, кладя голову на колени своей девушки. Как-то ложно ласково смотрел в её глаза, протягивал к её рту зелёную оливку, но та отмахивалась, частично боялась такого состояния юноши. Отсаживалась ближе к более трезвым.
Весь вечер, казалось, Рома только и делал, что шутил и кадрил Олесю. Его разум был затуманен, но ничтожные проценты ещё работали, отвечали за его речь, скорее. Он давно потерял ориентир, стал шататься, кое-как стоять на ногах. Впрочем, как и большинство остальных в квартире. Попутно с музыкой слышались звоны стеклянных фужеров, вилок и ножей. Вдруг русоволосый протащил из-за стола свою девушку в центр гостиной, крепко держа её за руку. Он опьянёно улыбался, приказывал сидеть всем тихо, проводя пальцем по своим губам.
– Я хочу сделать это, объявление!
– еле разборчиво пробормотал Роман, уже отпуская робкую и хрупкую руку своей Олеси. Приобнял нежно её за талию, прижимая к себе. Она не знала, не думала, чего можно ожидать от Романа. Вдруг он захочет лишить её чести? Да ни за что, пока он в таком состоянии! Пока не исполнится восемнадцать. А вдруг он захочет провести конкурс с её участием? Она сбежит из-за через чур большого внимания.
– Ахтунг всем!
– вмешивается Костя, тоже по пьяни хихикая и придерживаясь за стенку-шкаф, где стояло множество новогодних украшений: светящиеся снеговики, пушистые миниатюрные ёлочки и гладкая плазма.
– Короче, ммн, дорогая Олеся, -Роман садится на одно колено, еле удерживаясь на нём, чтобы не упасть вовсе на пол. Теперь поглаживает её ручку своими двумя, по большей части используя её как опору. Смотрит прямо в глаза, а она убирает золотистую прядь волос за ухо, непонятливо оглядываясь на остальных. Все такие разные. И улыбаются, попивают алкоголь, находясь в предвкушении, -выходи за меня это, замуж!
Русоволосый положил в ладонь девушки крышку от глинтвейна — временное кольцо. Девушка покраснела, то ли от стыда, то ли от смущения, она не понимала одно — зачем он делает это? Ведь на утро он даже не вспомнит, она понимает, что он только шутит, будучи в таком состоянии. Если бы она тоже так нажралась, может, и подыграла бы юноше. Но делать сейчас этого не стала, всё прекрасно осознавала, поэтому лишь угукнула, принимая «кольцо» и сжимая от обиды его в ладонях. Роман приподнялся, вовлекая в поцелуй свою принцессу. Все радостно заохали, стали считать, сколько они могут продержаться. Олеся понимала, насколько это глупо, но это был её парень, её любовь, казалось бы, всей жизни, и неловко не ответить. Поцелуй сам был со вкусом алкоголя и кексиков Олеси. Сидящие насчитали двадцать один раз. Позже девушка поторопилась сесть к Владиславу, который в это время без единого удивления и эмоций попивал апельсиновый сок.