Чтение онлайн

— Это неправда. Я думал, ты не придешь. Думал, ты одурачила меня. Я был зол, и это не больше, чем порыв, потому что ты значишь для меня гораздо больше… — на выдохе произнес я, когда Джо продолжала смотреть на меня стеклянными глазами. Казалось, она не понимала значения моих слов, смена букв которых превращала их в банальное, приторно сладкое и скудное «Я люблю тебя», которое я не решался произнести, хоть и имел это в виду. Вдруг слезы хлынули вниз по её щекам, когда выражение лица оставалось непроницаемым. Она была подобна кровоточащей статуе, позволяя соленому дождю омывать щеки, касаясь невесомо губ. Казалось, Джо и сама не заметила, как начала плакать,

пока горько не улыбнулась, прикоснувшись тыльной стороной ладони к лицу, умывая его слезами.

— Прости, это глупо. Я чувствую себя такой глупой, — девушка запрокинула голову назад. Я поднялся с места и в два шага приблизился к ней. Обнял её, прижав к себе. Благо тому, что она не сопротивлялась, сдавшись передо мной. И я почувствовал влагу сквозь толстовку, и как её тонкие руки неуверенно обхватили меня.

— Прости, я не хотел тебя ранить.

И она сорвалась. Её руки сжались в кулаки, оттягивая ткань моей толстовки. Всё её тело сотрясалось, когда я гладил девушку по спине с жутким осознанием того, что это я довел её до этого состояния. И, наверное, Джо не была так уж безразлична ко мне, как я мог полагать, если я заставлял испытывать её подобное.

— Рей умер, — я едва сумел расслышать произнесенное девушкой, когда она по-прежнему была прижата лицом к моему животу. И я опустился на корточки перед ней, заставив посмотреть мне в глаза и повторить это ещё раз. — Рей умер.

Похоже, дело было не только во мне. Наверное, по большей мере, не во мне. Или именно смерть любимой собаки добила её окончательно? Дело было во многом.

И я поднялся с места, чтобы поставить чайник, а затем сел рядом с Джо, взяв обе её руки в свои. Мы сидели молча, слушая завывание ветра на улице, прерываемое редким шмыганьем носа девушки. Её голова покоилась на моем плече, и мы оставили всё в прошлом, словно вся эта история случилась не с нами. И мне стало намного спокойнее.

— Ты давно виделась с Райаном? — ненароком спросил я, осознавая в ту же секунду, как же неуместно это должно было звучать.

— Фредерик, пожалуйста, не начинай, — протянула девушка и поднялась с места, чтобы сделать нам чай. Я молча наблюдал за ней, выжидая ответа. — Я видела его позавчера. Скорее всего, он меня не заметил, потому что прошел мимо, не обронив и слова, даже когда я кивнула ему при встрече, — Джо пожала плечами, мол ничего особенного в этом не было. Как по мне, это было странно, хотя, наверное, так даже было лучше. Не было поводов беспокоиться, но меня не покидало беспокойство, граничащее с манией. Я решил оставить это на потом.

Предложил посмотреть Джо фильм, что мог бы отвлечь нас, дать передохнуть от драмы, которой мы невольно поддались, потеряв в ней себя. Заметила ли это сама девушка, но она будто отодвинулась от меня, прижавшись к противоположной стороне дивана. Джо ни разу не отвлеклась, не пошутила, не засмеялась, будучи всецело сосредоточенной на фильме, что обозначало лишь то, что слезы не помогли избавиться от горечи всецело, а потому всё, что мне оставалось это ждать, когда всё вернется на круги своя. Подозревал, что это случится не так скоро, как мне хотелось бы.

— Всё ведь в порядке, правда? — спросил я перед самим уходом. Неожиданная встреча с родителями девушки не выдавалась хорошей идеей. Я не подозревал, как много они знали, а потому подозревал, что те могли ненавидеть меня, ведь, по правде говоря, для их дочери я был не лучшим другом, невзирая на её собственные убеждения в этом. Те несколько раз, что мне приходилось видаться с ними, мы оставались

предельно вежливыми, из-за чего мне не удалось узнать, какими на самом деле были они — такие же, как мои родители, или лучше?

— Что ты имеешь в виду? — Джо спиной оперлась о стену, обняв себя обеими руками. Вид у неё был сонный. Казалось, ещё немного и она свалиться на месте ото сна. И если бы единственным, что могло бы её разбудить был мой поцелуй, я был бы не против, но, кажется, ей нужен был всего лишь небольшой отдых.

— Я имею в виду нас. Ты ведь больше не обижаешься на меня? — как идиот, я уже стоял в куртке и обуви, готовый в любую секунду быть прогнанным за двери.

— Всё в порядке. Конечно, всё в порядке, — девушка опустила глаза вниз и стала нервно пожевывать губы, чего ранее я за ней не замечал. — Если только ты не устал от меня, — обронила она, окончательно разубедив в том, что мы решили эту проблему раз и навсегда. Я не сдвинулся с места ни на шаг. Мои слова и действия не имели смысла. Собственная беспомощность угнетала. Разбитое сердце Джо своими осколками ранило моё. И, наверное, никогда прежде мне так сильно не хотелось получить обратно холодное безразличие, в лабиринте которого я застрял на долгое время, сдался перед возможностью выбраться из него, прежде чем пошел на свет её голубых небесных глаз.

— Скажи, что я могу сделать? — обреченно спросил я, сделав шаг навстречу девушке. Она вытянула перед собой руку, останавливая меня, не подпуская к себе, будто окажись я ближе, мог бы ранить её ещё сильнее. — Джозефина, — голос пропускал нотки злости, смешанные с усталостью, что свалась внезапно на плечи. Джо утомляла своей неприступностью.

— Ничего. Правда, ничего. Я обязательно оправлюсь после… После смерти Рея. Он был мне так дорог, и… С этим тяжело смириться, но я буду в порядке. Тебе не о чем беспокоиться, — улыбка девушки совсем не убеждала в этом, но у меня не оставалось выбора. Я ушел, дав Джо больше пространства и времени, что было губительным для меня самого. Казалось, я должен был действовать. Нужно было делать хоть что-то, чтобы всё исправить, но бездействие было эффективнее, а потому мои руки были связаны. И я сдался этому, убеждая себя в том, что я хотя бы попытался сделать что-либо, хоть это и не помогло.

***

Я оставил затею с побегом до лучших времен. Поставить жизнь на паузу в то время, когда в ней было слишком много необузданного хаоса, казалось, хорошей идеей, но фактически не осуществимой. Помимо Джо меня от этого остановил здравый рассудок, который проснулся почти сразу, как я задумался о том, за какие деньги думал жить, где и как. Я был семнадцатилетним школьником, без связей с внешним миром и опыта работы, которую проваливал ненароком в течение всего позапрошлого лета. Что вообще заставило меня подумать, что я смог бы выжить в большом мире, обманув привычный черед жизни, уготованный мне заранее. Им прошла Элла, им намеревалась пройти Джо, так чем я был лучше их?

С этой дороги свернул Рик. После окончания школы парень никуда не поступил, оставив даже попытки. Я не подозревал, чем он занимался по жизни, ведь казалось, что только тем, что гулял по городу, муштруя своих «друзей», которые явно не планировали продолжать его путь. Родители навряд ли помогали парню, ведь о семье Дадли в Хантигтоне были наслышаны. Его отец сидел в тюрьме за торговлю наркотиками, поговаривали, что мать промышляла проституцией. Меня это не касалось, а потому я нейтрально относился к слухам, выстроив отношения с Риком исключительно на личной неприязни.