Чтение онлайн

«С тобой или без тебя, я сделаю это»

«Прости»

Написал я Джо посреди ночи, мучаясь от сомнений, стоило ли бросать её вместе со всеми, кого я намеревался оставить. Насколько бы она облегчила мне задачу, если бы согласилась уйти со мной. Она подожгла меня, оставив испепеляться в пожаре желания, представляющегося, как реальность, образ которой застыл в голове. И я не мог избавиться от этого. В моих мыслях мы были вместе, как и должно было быть.

«Поговорим об этом завтра»

***

В день всех влюбленных все, словно сошли с ума. Девушки суетливо расхаживали по школе в ожидании открыток, что свели бы их с половинками, которым они сами обнадеживающе

отправили письменные признания. Я был убежден, что ответ получили бы исключительно те, которые уже были в узах отношений, остальным же стоило лишь мечтать о долгожданном соединении, потому что мы, парни, были не слишком уж и чуткими к намекам и знакам, что посылали девушки, сообщая косвенно о том, что мы им нравились. Я отправил открытку Дженне, чтобы ей не было слишком грустно в этот день. Написал ей дружеское до мозга костей послание. Мне же пришло целых три открытки, и я понятия не имел, кому вообще мог нравиться. И всё же ни одна из них не принадлежала Дженне, чего и не стоило ожидать. Я был бы весьма не против, если бы одну прислала Джо, но радовался и тому, что мы вместе шли на танцы.

Вернулся домой после второго урока, не в силах дольше там оставаться. Бросил открытки в ящик стола и забыл даже думать о том, что я нравился, по меньшей мере, трем людям, которые помимо всего обратили на меня внимание, что само по себе было странным. Дома никого не было, и я принялся писать матери прощальное письмо, что планировал оставить на кухонном столе через неделю, когда решил бы вопрос с билетами, местом проживания и более детальным планом на будущее, что не успел пока сложить.

Я никак не мог подобрать слов. Они никак не строились в голове. Перебирая их несвязные сочетания, я вырывал из тетради страница за страницей, комкая их все к чертям. Это начинало раздражать, поэтому я оставил это дело на потом.

Пока до бала оставалось много времени, я занимался ерундой, вроде того, что ел, смотрел сериал, немного спал, слушал музыку, представлял, как мы с Джо снова танцевали. Я не намеревался принаряжаться, ведь это были всего лишь очередные школьные танцы, которым едва ли кто-то придавал много значения. Намеревался надеть джинсы и джемпер, но по настойчивой просьбе матери (что скорее напоминало приказ) в итоге облачился в костюм, в котором чувствовал себя окончательным идиотом. Я чувствовал себя не в своей тарелке. Мне было не комфортно. Казалось, что теперь-то все точно будут пялиться только на меня, обращать внимание и насмехаться, мол «Как по-дурацки он выглядит. Думает, будто кому-то не плевать».

Мы с Джо договорились встретиться возле школы. Я ждал. Как дурак, поглядывая на часы каждые пять минут, когда она опаздывала больше, чем на полчаса. Несколько девчонок, искоса глядели на меня, перешептываясь между собой, и мне не хотелось ломать голову над тем, что это значило. Я всего лишь напряженно топтался на месте, ощущая, как от холода немели конечности, а Джо всё не появлялась, заставляя меня чувствовать себя обманутым. Как на зло, я забыл телефон дома и не мог хотя бы позвонить девушке, чтобы выяснить, в чем было дело.

В конце концов, холод затолкал меня внутрь. Где-то издали спортзала звучала попсовая музыка, что я на дух не переносил, поэтому оставив верхнюю одежду в гардеробе, первым делом я поспешил в туалет, где мог спокойно покурить, чтобы немного успокоить нервы и найти Джо оправдание, на которое и сама девушка не поскупилась бы, навешав мне, как можно больше лапши на уши, во что я с идиотской улыбкой на лице поверил бы.

— Филлипсон. Надо же, и ты здесь, — в туалете меня встретил никто другой, как Майлз Ричман, явно довольный тем,

что занимался сексом с моей девушкой за моей же спиной. Наверняка он к тому же считал меня идиотом, которому так и не было обо всем известно, и я, должен признать, неплохо держался, подыгрывая ему в этом. — А вырядился то как, — он присвистнул, будто я был одной из тех девиц, которым всего-то стоило надеть юбку, чтобы его извращенное воображение сумело разыграться. Сам парень был одет не лучше, и я едва сдерживался, чтобы смолчать. Почему-то вдруг задался вопросом, не был ли он на свидании с Дженной. Уверен, он называл её настоящим именем.

— Отстань от него, Ричман, — подал голос парень, лицо которого смутно было знакомо мне. Скорее всего, это был один из парней Рика, но и в этом я не был уверен. — Будешь? — он протянул мне косяк, от которого я не отказался. Чем я рисковал? Вечер и без того был испорчен. Майлза же очевидно расстроило то, что меня удостоили той же привилегии, что и его.

Парни принялись обсуждать девушек, когда я стоял в стороне, выдыхая в открытое окно дым и думая о Джо. Она обещала прийти. Я надеялся создать больше воспоминаний, прежде чем уехал бы, оставив её здесь, но для неё, похоже, это не имело того же большого значения, как для меня. Было ужасно неприятно и горько. Если бы у меня ещё был чёртов телефон.

Недолго поразмыслив, я решил вернуться домой. Это было лучшим из решений, ведь чёртов бал не имел и малейшего значения, когда там не было Джо. Прежде чем уйти, парень (в ходе разговора я услышал, как его назвали Сэнди) тайно передал мне таблетку, заверив в том, что очень скоро я почувствую себя лучше. Затем он подмигнул мне и ушел. Сунув её под язык, я стал дожидаться, когда это произойдет. А затем меня накрыло.

Дальнейшие мои действия разворачиваются в памяти фрагментально. Скорее всего, я и тогда не осознавал, что делал, но чувствовал себя при этом великолепно. Все заботы и тревоги испарились, исчезли, перестали на время существовать, избавив от своего тлена. Я чувствовал себя свободным и, что важнее всего, живым. Голова была ясной и чистой от назойливых мыслей. Джо, Дженна, любовь и расставание — всё было не важно. Был момент, и я проживал его, не испытывая сожалений за что-либо, чего не мог запомнить хоть на секунду, задержав время хоть бы в собственном сознании, что было мне не подвластно.

Я много танцевал. Кажется, даже целовался с Памелой Бриггз. А затем провел домой Фрэнсин Финч домой, перед самой дверью которой вывернул наизнанку желудок. Вернулся домой ближе к полночи. Зашел через окно и провалился в сон, не думая ни о Джо, ни о том, как она впервые бросила меня.

Проснуться меня заставил рвотный рефлекс. Я выскочил с кровати и побежал прямиком в ванную, где опустошил желудок. Голова раскалывалась, но радовало, что по этой же причине она не допускала каких-либо мыслей, что могли бы покоробить меня, вызвав стыд и сожаление относительно прошлого вечера. Я не помнил ни черта, и это больше пугало, чем радовало.

Не обнаружив дома никого, я прошел на кухню, где опустошил три стакана воды, после чего вернулся в свою комнату. На полу возле кровати валялась куртка. Я и не заметил, как по-прежнему оставался в обуви. Сбросив ботинки, упал лицом вниз на кровать, ощущая легкую боль в мышцах, что мне совсем не нравилось.

Взяв с тумбочки телефон, что был там всё время с тех пор, как я ушел, заметил больше десяти пропущенных звонков от Джо. Кроме того девушка оставила мне ещё и несколько сообщений, которые я открыл, не став медлить. Я ведь даже позабыл о том, что Джо не появилась на дурацком бале, из-за чего я и рискнул уйти в отрыв.