Чтение онлайн

– Так что случилось? – спрашивает она снова.

– На диете.

Но она не любит меня. Она будет счастлива без меня. И я не должен мешать этому. Не должен запрещать ей жить без меня – жить своей собственной жизнью...

– А вообще?

Я резко останавливаюсь. Все начинает раздражать непомерно.

– Прости. Я сегодня расклеился немного. Мне нужно выспаться.

– Ок. Что ты паникуешь? Подвези меня домой – и свободен. За рулем не усни

только.

– Я не паникую.

– Ты именно паникуешь. И дурно выглядишь. У тебя под глазами – черные круги. Я не стану разбираться, где и что болит. У меня и так полно разбирательств. Но тебе нужно успокоиться.

Она это говорит четко и мерно, но в глубине ее голоса я чувствую обиду. Я сам такой, поэтому замечаю подобные нюансы.

– Мне тяжело, Наташа. Стыдно признаться – я не очень сильный человек. Иногда... некоторые ситуации выламывают меня надолго.

Она кивает, оценив мою откровенность.

– Я понимаю, что ты хочешь сказать. Ты... не можешь быть толстокожим, это видно. Но то дело, которое ты для себя выбрал, и тот путь, которым ты идешь, требуют в определенной степени душевной атрофии...

– Я не выбирал...

Останавливаюсь у ее дома, и она выходит, не прощаясь. А я еще с четверть часа сижу за рулем без движения. Впервые так тускло в Москве и так неуютно.

Если любовь – выдумка, отчего тогда мне так плохо? Отчего мне так плохо без Лары? Отчего так плохо Ирине без Генки? Отчего так плохо Эдите без Сотника? Если любовь – выдумка, почему разные люди страдают от нее совершенно одинаково? Что за ерунда такая?

Мне стыдно за сегодняшнюю ночь – за свое малодушие, за свои мысли о самоубийстве. Стыдно за сегодняшний день – за мутное сознание, за позерство перед Генкой, за черствость с Леди Х. Мне стыдно за себя. И оставаться наедине с самим собой – нет сил, но видеть людей еще более противно.

Черная депрессия уже тянет ко мне свои крючковатые пальцы.

Словно в бреду я набираю номер телефона Лары и начинаю что-то говорить в трубку. Мобила отвечает сообщением, что абонент находится вне зоны доступа – Лара не доступна для меня, она изменила номер телефона, она не хочет, чтобы я звонил ей.

Я заставляю себя тронуться с места. Возвращаюсь домой и валюсь в постель... Она спала здесь. Она принадлежала мне. Она разрешила мне верить, что так будет всегда... Зачем она сделала это?

Я вскакиваю и несусь на ее прежнюю квартиру. Мимо светофоров, мимо консьержки, мимо женщины в неизменном халате...

– Где Лариса?

– Она же ушла, – отвечает одна

из девчонок. – С тобой.

– И не возвращалась?

– Нет.

– А где живет бабка, за которой она ухаживает?

– Недалеко где-то...

– Где?

– А кто его знает...

Все начинают усиленно вспоминать, пока, наконец, хозяйка квартиры не приносит мне бумажку с адресом.

– Я места работы всегда записываю – на всякий случай.

Я благодарю едва ли не со слезами. Смотрят на меня странно... Утра дождаться я не в состоянии – несусь по адресу, звоню в дверь, мне открывает совершенно незнакомая девушка.

– Мне нужна Лариса. Она придет утром?

– Нет. Она уволилась. Сказала, что выходит замуж и уволилась. Тише... не разбудите бабушку.

– А живет где, не знаешь?

– Нет. Мы не особо общались. Она где-то с девчонками живет.., – мотает головой. – А вам зачем?

– Я ее потерял.

– Потеряли? Так может она домой уехала? В Молдавию?

– Может...

– Скорее всего...

Скорее всего... Это была глупая попытка. Новый поиск – после всех обещаний, данных самому себе, – не искать.

Отчего же так непросто все получилось? Или я заколдованный какой-то? Заговоренный от счастья? Снова за аффиримации и Луизу Л. Хэй? Или на Хэй?

Ладно, проехали.

1. КРАСНОЕ ПЛАТЬЕ

Мы сидим с Ириной в «шикарном» ресторане, и на ней – красное платье. Впрочем, ресторан более известен не «шиком», а тем что здесь, по обыкновению, собираются авторитеты полукриминального мира, здесь играют «Мурку» не на заказ, а по зову сердца, и мы здесь – на задании.

Уже нет того криминала, который пугал своей разухабистостью в девяностые, но ресторан есть, и есть довольно широкий круг его завсегдатаев.

Задание – на скорость. Кому-то очень понадобилось задержать в Москве на сегодняшнюю ночь Максима Петровича Еременко, генерального директора столичного машиностроительного концерна, не дать ему вылететь на Урал и тем самым сорвать заключение какой-то сделки. А завтра этому Максиму Петровичу предоставят совершенно другую информацию, и необходимость в ее заключении отпадет сама собой. Потом появится другая компания и замаячит перед его глазами с другим партнерским предложением. И кто-то сорвет на этом солидный куш... Генка взял этот заказ без колебаний.