Чтение онлайн

– Совершенно с тобой согласен. Вот именно поэтому тебе и придется навестить Сапожкова. Заявишься от имени доктора, который, дескать, угодил в больницу, но напоследок просветил тебя, где можно разжиться стремным лекарством.

Вот так, за что боролся, на то и напоролся - вернее, попался на иголку, словно коллекционная бабочка. Боря постарался себя затуманить, хватив из милицейской бутылки, но страшное слово «придется» надвигалось неумолимо, как бульдозер.

– Ну нет, начальник. Я вам так просто не дамся. Что это вы собрались из меня какого-то Штирлица делать.

– Борис, ты сам полетел неизведанным маршрутом. Потому мы будем

тебе говорить, где бомбить, а где садиться.

Фалалеевский голос угрожающе металлизировался: мол, мы тебе, а ты нам. Не то мы тебя, трам тарарам, об колено пополам…

– Вот именно, - будто прочитал сокровенные мысли белобрысый Илья.
– Мы это можем…

На следующий день Борис точно в означенное время - первый раз в жизни не опоздал - вышел из уютного подземелья на станции «Московские ворота» и поднял воротник. Он не знал прикрывающих оперативников в лицо, но верил, что они рядом - ничего другого ему не оставалось. Борис зубрил маршрут целый час и в бумажку теперь почти не заглядывал. От метро налево, через квартал опять налево. В итоге Лямин вступил на территорию, облепленную приземистыми загаженными строениями. Аптечный склад распластался в дальнем ее углу. Вот, похоже, вход в конторку - утоплен в землю на десять ступенек.

Дверь отворилась на стук и, едва впустив Бориса, сразу закрылась, грубо щелкнул массивный замок. Пронеслись вихрем ассоциации с мышеловкой и клеткой. Разведчику тут подумалось, успели ли заметить сопровождающие, куда он вступил. Но уже не выберешься наружу, не помашешь ручкой «а я тута». Дверь затворил и запер квадратный парень в неизбежном спортивном костюме со значком октябренка поверх холма грудной мускулатуры.

– Встреча назначена?
– потыкав меня недобрым взглядом, спросил стокилограммовый «октябренок».

– Нет, я сам хотел увидеться с…

– Тихо, разберемся…

Мы прошли промозглым коридорчиком и остановились около какой-то невзрачной двери. Я замер под пристальным взором другого парня, тоже квадратного, только из нацкадров, пока первый что-то там узнавал. Наконец второй закончил смотреть, а «октябренок», положив руку на мою шею, втолкнул меня в комнату. В отличие от коридора и здания здесь царил уют. На стенах копии (в масле) «Ивана Грозного, убивающего своего сына» и «Утра стрелецкой казни», старые пухлые кресла, мебель «ретро». Там была красивая, но несколько пожухлая дама в старомодном платье, которая поливала цветы. Но я вместе с провожатым отправился в смежную комнату, которая оказалась кабинетом. Весьма приличный офис а-ля логовище какого-нибудь матерого гебешника эпохи расцвета империи. Стены из дуба, стол «революционный», большой, крытый красным, так и чувствуешь, что в нем зреет компромат на тебя. А за столом товарищ в строго выдержанном костюме. Я полсекунды соображал, на кого похож столоначальник - ага, на полуживого покойника Лопатина из глюка. Но все же это - Сапожков.

– А, писатель… Да ты не пялься на меня так, гляделки выпадут. Лучше скажи, господин хороший, зачем пожаловал?
– начал владелец кабинета.

– Мне требуется тот самый препарат, который доктор Лапеко получал у вас. Доктор исчез куда-то, а я недолеченный остался.

– Добавки захотел, - сомнительным тоном произнес Сапожков и перешел к делу.
– Откуда про нас узнал?

– Когда я последний раз с доктором общался, он намекал, что ему надо сгонять куда-то на Московский

проспект за новой порцией. А я в курсе, где склады тут находятся. Пришел сюда, потыкался немного и догадался, где ваша дверь… Лекарство со звучным именем «сцеволин».

– Не волнуйся, мы тебя долечим.
– Сапожков хлопает в ладоши, и входят двое квадратных парней. Один резко хватает меня за шкирку, второй выкручивает руки. Следом появляется пожухлая дама, расстегивает мне штаны - эх, не сейчас, не сейчас - и наносит удар иглой в мякоть. Когда хвататели-держатели меня отпустили, я в полном расслаблении повалился на пол - и даже не слишком жутко было. Слабость уже протекла по позвоночнику, распространилась вихревым движением по всему телу, а ноги отниматься начали.

– Это что ж вы тут меня убивать собрались, в своем красном уголке?

– Как тебе не стыдно такие слова говорить, а еще писатель, - укорил меня Сапожков.
– Знаем ведь, что «хвост» за тобой тянется. Сейчас тебя отсюда увезут и просто оставят одного… Или наш гость предпочтет горячую обработку? Я скажу ребятам, чтоб проявляли гуманизм, с ног сняли башмаки и руки не сжимали в кулаки.

– Хоть скажите напоследок принцип действия сцеволина? Обычная химия, алкалоиды, транквилизаторы никогда так не подействует на мозги.

– Это и не обычная химия. Маринка, ты у нас кандидат наук, скажи напоследок, раз уж молодой человек любопытствует.

– Сцеволин - синтетический аналог вещества, содержащегося в одном южноамериканском растении. Это химический ключ, возбуждающий спящие фрагменты генного аппарата у некоторых клеток мозга, отчего они начинают производить то, что называется тельцами Шеффера.

– А тельца Шеффера - что-то вроде антенн или даже энергообменников?
– несмотря на жуть стало интересно.
– Тот, кто ими разжился, начинает передавать или принимать информацию и энергию. Тельца взаимодействуют с астралом?

– По-моему, ты вполне уже подкован. Надеюсь, Марина тебя удовлетворила. А теперь до свидания, - закруглил научный диалог Сапожков.

Тут ребятки взяли меня за руки (хорошо хоть не за ноги) и потащили, вначале через дверь - не ту, через которую входил, - потом по гулкому складскому помещению, высекая искры моими башмаками. В углу спустились со мной в люк. Попали мы не в канализацию, а в коридорчик. Миновали его в темпе, в глаза ненадолго ударил белый свет, а потом я стал валяться в темном пыльном нутре у скачущего на ухабах грузовика. Когда меня оттуда вытрусили, на дворе уже господствовал простуженный осенний вечер, а расслабление мое давно превратилось в вялость.

Вокруг новостройка-долгостройка, раздвигают темень лишь корпуса скелетного вида. Полное отсутствие следов человечьей активности. Квадратные ребята подняли меня на девятый этаж, запустили в какую-то квартиру далекого будущего, не забыли угостить непонятной инъекцией и заперли дверь с той стороны. Да, дверь тут имелась, мощная и запертая. Попытки повоздействовать на нее своими слабыми силами оказались неудачными. Оставалось только одно - поозираться. Все, что находилось в распоряжении, - это кубик комнаты и гробик кухни. Окна без стекол. Холодец стоит жуткий. Никаких дополнительных ходов и выходов. Зато грязи сколько надо - пустые бутылки, консервные банки - одна даже недоеденная - и газетное рванье-вранье. Всех удобств только тюфячок у стены. Итак, обустроено место под обиталище бомжа. Довольно странного бомжа, потому что вместо люстры висит петля.