Чтение онлайн

"В Пайнвуд, - догадался полковник.
– Дать команду о запуске ракет и отправиться в "Ранние пташки".

– Куда он собирался звонить, Элен?

– Не знаю.

– Не лгите, Элен. Мне известно все. В Пайнвуд?

– Да... Кажется, да.

"Сволочи!
– мысленно выругался полковник.
– Выродки!"

– Что было дальше?

– Джек вызвал базу... и вдруг понес абракадабру.

– Что именно?

– Заявил, что отменяет свой предыдущий приказ и возлагает командование всеми операциями на полуострове на полковника Плэйтона.

–

И вы, конечно, решили, что он рехнулся!

– Но он действительно сошел с ума! Схватил со стола мраморный письменный прибор и запустил им в меня.

– Попал?
– не без злорадства поинтересовался Плэйтон.

– К счастью, нет. Боже мой, как он орал!

– И что же он орал?

– Что я искалечила ему жизнь, что он убьет меня, что я...

– Можете не продолжать, Элен.

– Он изрыгал такие оскорбления...

– Такие... что пришлось вызвать санитаров из психолечебницы?

– А что еще оставалось? Послушайте, Ричард, я всегда знала, что Розенблюм кретин и размазня. Но еще не поздно, Ричард. Если вы...

– Поздно, Элен. И слава богу, что поздно.

– Что же мне делать, Ричард?

– Отправляйтесь домой. И не высовывайте носа, пока за вами не приедут.

– Вы думаете, приедут?

– Непременно. Можете не сомневаться, Элен. Прощайте.

Он опустил трубку и задумался. Все, что он делал, начиная с той минуты, как покинул беседку, делалось скорее интуитивно, чем сознательно. Он чувствовал, как надо поступать, и действовал не рассуждая. Теперь, анализируя свои действия, Плэйтон пришел к неожиданному выводу: он поверил тому, что говорили Хейлигер и Стэнли, и толчком к этому послужил приказ Розенблюма, лишивший Плэйтона всех полномочий. Сам еще о том не догадываясь, он уже знал, что они правы.

Катастрофу, кажется, удалось предотвратить. Он еще не до конца сознавал, как и почему это произошло, но чувствовал, что непосредственная угроза термоядерного взрыва отодвинулась, но не исчезла полностью. Отсюда исходило его распоряжение о срочной эвакуации. И опять: он отдал это распоряжение, не задумываясь, и только потом вспомнил слова Крейна о пришельцах, которые заблокировали взрыв атомного реактора и ликвидируют его последствия. Но здесь начиналось явное противоречие: если последствия взрыва ликвидируются, то зачем эвакуировать людей с полуострова?

Чем больше думал об этом Плэйтон, тем отчетливее упирался лбом в стену. И по ту сторону стены явственно слышалось курлыканье журавлиной стаи.

В приемной послышались голоса, хлопнула дверь, и в кабинет вошли Стэнли и Маклейн.

– Крейн куда-то запропастился, - сообщил физик.
– А где Хейлигер?

Тревожное предчувствие кольнуло где-то под сердцем. Плэйтон торопливо выбрался из-за стола и шагнул в соседнюю комнату. Хейлигер лежал на спине, запрокинув голову. Глаза его были закрыты, губы плотно сжаты. Пальцы бессильно повисшей руки почти касались пола.

– Маклейн, - почему-то шепотом позвал Плэйтон.
– Маклейн!

– Да, полковник!

– Скорее! Нужна ваша помощь!
– крикнул

Плэйтон, хотя в душе был почти уверен, что ни в чьей помощи Хейлигер уже не нуждается.

Трое суток спустя они собрались в конце дня в том же кабинете: Стэнли, Маклейн и Плэйтон, но теперь уже не полковник, а генерал Национальных Вооруженных Сил. За окнами моросил обложной дождь, и затянутое серыми тучами осеннее небо стлалось над вершинами деревьев. По раскисшей улице с ревом проносились тяжело груженные самосвалы. В приемной щеголеватый майор едва успевал отвечать на телефонные звонки.

– Грегори!
– с порога окликнул Плэйтон.
– Меня нет. И не будет еще полчаса.

– Ясно, господин генерал.

Плэйтон плотно прикрыл дверь и, тяжело ступая, прошел на свое место. Маклейн и Стэнли примостились друг против друга за приставным столом.

Физик был как всегда элегантен и гладко выбрит, лишь заострившиеся скулы и тени под глазами выдавали усталость. Ему в эти дни доставалось, пожалуй, больше всех: Стэнли возглавлял специальную группу, которая при содействии экспертов из МАГАТЭ выясняла причины взрыва и руководила работами по ликвидации его последствий.

В то памятное утро полковник Плэйтон связался по прямому проводу с президентом и открыл ему глаза на истинное положение вещей, умолчав лишь о странном исчезновении Крейна и некоторых других загадочных явлениях, которые за отсутствием иных объяснений мысленно связывал с пребыванием в зоне пришельцев. Впрочем, потерявшиеся в Гринтауне дети вскоре нашлись, как и персонал поста номер восемьдесят семь. Солдаты в состоянии сильнейшего опьянения были обнаружены в лесу вертолетчиками, и Маклейну с коллегами пришлось изрядно попотеть, прежде чем удалось привести их в более или менее нормальное состояние. Однако и после этого ни один из солдат не мог объяснить, что произошло и как они, раздетые догола, очутились в лесной чаще.

Генерал Розенблюм, переведенный из психолечебницы в военный госпиталь, сутки вел себя спокойно, но затем неожиданно для всех выбросился из окна палаты, расположенной на девятом этаже лечебного корпуса.

Средства массовой информации сообщили о его смерти скупо, мало кто обратил на это событие внимание. Зато сенсацией стало назначение на пост министра обороны малоизвестного генерала Ричарда Плэйтона.

Даже сквозь плотно закрытую дверь в кабинет доносились беспрестанные звонки телефонных аппаратов. Майор явно не успевал на них отвечать.

– Друзья! "Еще три дня назад я бы их так не назвал, - отметил про себя Плэйтон.
– Три дня, а как много они изменили!" Я пригласил вас, чтобы проститься. Завтра я уезжаю в столицу.

– Я думал, вы улепетнете еще раньше, - усмехнулся Стэнли. Маклейн укоризненно взглянул на физика и покачал головой.
– Вы-то, док, чем недовольны? Признавайтесь лучше, куда подевали бутылку?

– Какую бутылку?
– удивился Маклейн.

– Полюбуйтесь на него!
– апеллировал к Плэйтону физик.
– Умыкнул бутылку виски, спрятал где-то, а теперь простачком прикидывается.