Приручить королевича
Шрифт:
— Почему вы не выгнали этого певца, если Неж его так не любит? — шепотом удивилась Варя.
— Почему не любит? Очень любит! Закидывать его во время арий чем-нибудь ярким и липким. У братца театр вроде тира — обожает приходить сюда, когда сильно разозлится. А наш прима-тенор — он хоть и дурак, но поет изумительно! Жаль, сегодня не послушали. Особенно, паршивец, хорош, когда исполняет трагические партии — ни одной фальшивой ноты, несмотря на обстрел! Но ты успеешь оценить — Снежка грозился, что выпишет его петь к вам на свадьбу.
Выяснилось, что оперный театр всегда принадлежал королевской семье, ведя происхождение
В антракте Милонег и Зорька сбегали в буфет — от тыкво-яблок всем дружно захотелось пить — и кроме кувшина с лимонадом прихватили оттуда смущенную младшую буфетчицу с тележкой, полной разных вкусностей. Краса немедленно разворчалась, что, раз она владеет театром, то совсем не обязательно грабить буфет, где вся еда идет втридорога против рыночных цен.
— Не ворчи, запишешь на наш счет, — рассмеялись два немолодых джентльмена, заглянувших в ложу вместо убежавшей служанки. Судя по тому, как на ходу они снимали шарфы и плащи, и как суетились за их спинами слуги, охранники и секретари, правящие дядюшки только-только прибыли, с трудом оторвавшись от дел.
— Вы опоздали, спектакль давно идет, — заявила Яснолика. Но расцеловать себя в обе щеки позволила без брюзжания.
Оставив свиту за дверью, регент и канцлер скромно пристроились в уголке, предоставив лучшие места гостям, хотя Зим порывался уступить хозяевам свое кресло.
— Ах, сиди спокойно! — отмахнулся на него дядюшка-канцлер с улыбкой. — Снежен, ты же обожаешь оперу — вот и наслаждайся! Это королевская ложа, тут с любого места прекрасно видна сцена.
Обернувшись же к Варе, которая с самого начала села не рядом с женихом, а с краю в тени бархатной портьеры, канцлер по секрету насплетничал тихонько:
— Не знаю, успели ли вы заметить, сударыня, но ваш жених весьма трепетная натура, пусть с первого взгляда по виду и не скажешь.
— Угу, нежен, как снежинка, — поддакнула Краса едва слышно.
— Смотрите, — не повел на племянницу ухом канцлер, продолжал доверительно шушукаться с новой знакомой, — вот сейчас начнется великолепный дуэт… вот! Слышите? А теперь взгляните на Зимослава. Видите? Он совершенно выпал из бытия, настолько увлечен мелодией и сюжетом.
— И правда, — хихикнула Варя. На мгновение залюбовалась одухотворенным профилем. — Так переживает! А я, признаться, с трудом понимаю, о чем речь в пьесе. Да еще, когда поют, совершенно невозможно разобрать слов. Всё-таки я предпочитаю сначала прочитать книгу, по которой поставлен спектакль, иначе чувствую себя очень глупо.
— Я просто слушаю приятную музыку в сносном исполнении, — по-своему поддержал ее регент. — Иногда, очень редко, можно полюбоваться декорациями и костюмами.
— Чем вам не нравятся декорации? — зашипела на дядюшек Краса. — Я лично слежу за оформлением каждой постановки!
— Вот поэтому, — успокаивающе погладил племянницу по руке канцлер, — мы при каждом визите стараемся водить нашего дорогого Зимослава на спектакли. Бедняжка так погружен в дела, что в родном Грозовградске никогда
— Он министерство культуры отдал под начало ее величеству Храниславе, — пояснила Варя.
— Не могу сказать, что он зря это сделал, Буря отлично справляется со своими задачами, — пожал плечами регент, — но себя развлечениями и отдыхом Снежен обделяет напрасно. В его возрасте такая аскеза особенно плохо влияет на характер. Вы, сударыня, как будущая супруга, обязаны взять эту проблему себе на заметку.
Варя проблеяла, что приложит все усилия и не позволит жениху зачахнуть от трудоголизма.
— Ты им лучше расскажи, — перебила ее, вспомнив недавний разговор, Краса, — про то, как в твоем мире мужики себе детей без жен рожают!
Вопль этот, пусть и был выдан шепотом, но получился шокирующе громким. Варе показалось, что королевну услышала половина театра. Чара с Зорькой стыдливо потупились, Мстислада, напротив, любопытно навострила ушки. А Неж и Снежен и не подумали отвлекаться от бушующих на сцене страстей.
В общем, пока под душераздирающие арии кто-то кого-то резал стилетом под лунами, нарисованными на холсте декораций, дядюшки заинтригованно выжимали из Вари всё, что ей было известно хотя бы понаслышке об искусственном оплодотворении, о двойной спирали и всяких загадочных митохондриях. Под занавес, взмокшая от усердия, с гудящей головой, она окончательно укрепилась в подозрениях, что, во-первых, выдала сплошную дезинформацию, а во-вторых — что милые дядюшки в свободное от управления королевством время балуются нейролингвистическими пытками и допросами под гипнозом. Очнувшийся от музыкальных грез Зим чрезвычайно удивился усталому виду невесты, робко запросившейся домой.
Перед прощанием Зимослав предупредил дядюшек, чтобы бдительно следили за охраной Ограждающего кристалла. Те же заверили его, что волноваться абсолютно не о чем — камень, привезенный Кудеяром Смуром, они берегут пуще зеницы ока.
Глава 22
Бал во дворце Твердивера удался. В детстве, читая сказки, Варя воображала балы во всей красе — но любая фантазия меркла по сравнению с нынешним вечером. Всё, как положено: наряды, блеск, веселье, вкусные угощения. Огромные великолепные залы в обилии украшены букетами благоуханных цветов, огнями люстр и волшебных фейерверков, рассыпающихся яркими звездными калейдоскопами прямо под золочеными потолками. Музыка не прекращалась ни на миг, задорно звала танцевать. Улыбчивые лакеи ловко лавировали в толпе, разнося на широких подносах полсотни бокалов с разными винами. Кавалеры соревновались в галантности, дамы — в роскоши сверкающих драгоценностей.
То ли Варя начала привыкать к королевскому обществу, то ли всеобщая праздничная атмосфера влилась в кровь, опьянив легкой эйфорией. То ли сказался магнетизм двух лун, нынче сияющих на небе в плотной связке «восьмеркой». Главное — ей всё сегодня нравилось! Даже не слишком удобное платье с тугим корсетом и куполом широченной пышной юбки, в которое ее переодели служанки в покоях Мстислады. Даже не раздражал Радмил, усердно подсовывающий ей и Зорьке сладкие десерты: суфле на серебряной тарелочке, затем мусс в крошечной хрустальной креманке, потом не разбери что еще — и так до бесконечности, пока Варю не позвал танцевать Милонег.