Чтение онлайн

Один такой суровый стражник-с-пальчик прилетел разбираться с гостями. Голосок у мужика оказался тоненький, комариный, но Варя сдерживалась изо всех сил и не заржала-таки. Зимослав же вон, общается с представителем суверенного народца вежливо и корректно! И ей пора учиться держать лицо, всё-таки будущая королева.

На справедливый запрос «зачем явились?» Зим ответил обстоятельно: заказывал-де у местных мастеров обручальный браслет для невесты. И хотя срок еще не вышел — договаривались, что работу доставят в Грозовградск к первому дню зимы — но нельзя ли узнать,

вдруг заказ уже выполнен? Очень уж славно вышло бы подарить браслет избраннице не на помолвку, как планировалось, а на сговор в Ночь Двух Лун, когда по традиции все порядочные парочки друг друга одаривают символами вечной любви.

Покосившись на приготовленную оплату, стражник понятливо кивнул и проворчал: можно, мол, отчего ж не спросить-то. А ежели не готово, то привезут чего-нибудь подходящее из запасов — нельзя же красную девицу без подарка на праздник оставлять!

Зим искренне поблагодарил за участие — и не удержался, смущенно глянул на Варю. А та сделала вид, будто нет ее тут и вовсе не у нее щеки рассветным румянцем пылают.

Пока ожидали ответа от мастеров, выпытала: оказалось, заказ Зим сделал через сестру — Зорька в письме попросила Красу об одолжении, и та охотно помогла — послала Нежку с поручением.

— Получается, ты понятия не имеешь, что мне подаришь, — вывела Варя, развеселясь.

Будущий муж виновато потупился, пробурчал:

— Браслет. Кузнечики славятся мастерством и тонким вкусом. У них любое изделие — произведение искусства.

И поспешно свернул на рассуждения, что в незапамятные времена люди так же жили дружно и с белогорскими племенами: проводили взаимовыгодный товарообмен, походами друг друга не донимали, на чужие земли не зарились…

— Пока легендарный император не свистнул у соседей огромный кристалл, — подхватила Варя.

Зимослав пожал плечами:

— Летописи уверяют, что раздор случился еще раньше. Император взял Камень в качестве трофея, но пошел в горы не за ним — а потому что белогорская правительница натравила на объединенные королевства драконов, коих призвала из иного мира. Ты помнишь Чарушу в образе ящера? Рядом с настоящим драконом она выглядела бы, как птенец врана рядом с матерым белокрасом.

— Ого! — оценила Варя.

— Такие вот гости наведывались к нам в мир в те времена, когда Камень был не разбит и хранился в Белых Горах, — вздохнул Зим как-то уж слишком озабоченно для обсуждения старинной легенды. — Разумные, наделенные огромной магической мощью, очень прожорливые существа, для которых люди значили меньше, чем для нас муравьи под ногами.

— И? — поддакнула Варя.

Он встрепенулся:

— Что?

— Это я спрашиваю: и что? О чем ты думаешь?

— О том, — признался Зим, — что война черных магов по некоторым сведениям разгорелся с легкой руки белогорской правительницы.

— То есть ту мясорубку устроили для того, чтобы одна из трех частей того гигантского кристалла снова оказалась в Белых Горах? — сообразила Варя. И от этого вывода у нее тоже невольно пробежали мурашки по загривку.

— Есть такая вероятность, — не стал отрицать

он.

— А королева белогорцев, она вообще какая? И почему именно королева? Она что у них, бессмертная, что ли? При императоре была правительница, при Грозоврате, сейчас тоже.

Зим снова уныло пожал плечами:

— Я знаю только то, что рассказывал дед. По его словам, она больше оракул, чем правительница. Белогорцы ведь поделены на племена и семьи, все живут по своим законам, у каждого племени есть свой вождь. Но объединяются они по зову королевы. И свято верят ее предсказаниям, считая посланиями их темных богов.

— Это понятно! А на вид она какая? Зореслава уверяла, будто белогорцы очень красивые, а мне вот не верится.

— У них белая, как снег, кожа и большие глаза яркого цвета. Они живут в подземельях, хорошо видят в темноте…

— И поэтому большие глаза, — поддакнула Варя. — Таращили поколениями, пока не закрепилось наследственно. Что еще?

— Еще… Высокие, тонкие, гибкие. Дед говорил, что у королевы волосы до пят, белые и легкие, как паутина. Изящные длинные пальцы, унизанные драгоценностями. Красивый звучный голос. Желтые глаза с густыми ресницами. Она носит тяжелую корону со сверкающими камнями. И всегда ее лицо — да и вся фигура — окутана полупрозрачной вуалью. Никто из ее подданных не смеет прикоснуться к королеве, она для них священна — наместница богов на земле. Дед уверял, что та правительница, с которой он пытался заключить мир, сама обладала огромной магической силой.

— А почему у него не вышло? Уж он точно сделал всё возможное.

— Шаманы из ее ближайшего окружения не хотели мира. Они объявили, будто дед наслал на королеву чары подчинения.

— Ну, всё понятно — объявили ей импичмент, отягощенный харасментом! — возмутилась Варя. — Раз баба у власти, значит, будут клевать со всех сторон! Тем более Грозоврат по молодости наверняка был красавчик не хуже, чем, хм, твой папа. Потому в оговор все сразу поверили и заперли королеву в глубоком подполе, пока не одумалась. Так?

— Вероятно, — улыбнулся Снежен.

— О, кстати о королевах! Что слышно из летней резиденции ее величества твоей матушки? Какие новости?

Варя думала сменить тему, чтобы Зим перестал хмуриться, а он помрачнел еще больше.

— Не всех твоих злопыхателей вывели на чистую воду? — насторожилась она. — Ты ведь ради этого тут и прохлаждаешься, разве нет?

— Не в этом дело, — вздохнул он. Решил, что будущей жене можно рассказать: — Наконец-то выяснилось, куда матушка ходит тайком по ночам.

— Неужто на собрания секты дьяволопоклонников? — ахнула она, предполагая остроумно пошутить. Однако Зим потребовал расшифровки, и в итоге кивнул:

— Почти угадала. Придворные дамы привечают некую гадалку — мутную во всех отношениях особу.

— И бравый Будигор выследил почтенных фрейлин? — хихикнула Варя.

— Нет, маменька сама пришла с повинной к нашему первому министру.

— К своему любовнику?

Зимослав поморщился на формулировку, но кивнул. Продолжил с кривоватой усмешкой: