Чтение онлайн

Варя осторожно поддакнула:

— Я кое-что слышала о… о том, что случилось с вашими родителями. Это ужасно. Не представляю…

— Никто не сможет представить, не сможет понять, что это было такое, — необидно отмахнулась Яснолика.

— Мне жаль. Это ужасно, — повторила Варя.

— Вообще-то я не для того пила настойку, чтобы говорить о прошлом. — Краса разгладила ладонью юбку на коленях. — Но у этого рецепта свои правила.

— Теперь из-за брата вы живете здесь, а не в столице?

— Нет,

я не настолько любящая сестра. Конечно, при дворе ему пришлось бы нелегко. Представляю, как бы фрейлины играли им в мячик, перебрасывая из постели в постель… Но уверена, он бы приспособился. Мы здесь живем, потому что я могу себе позволить тишину и спокойствие. И полнейшее безделие. Ведь это такая роскошь — жить в свое удовольствие, согласись?

— Ну… что-то в этом определенно есть, особая романтика, — обтекаемо высказалась Варя. — Но не одиноко?

Яснолика улыбнулась:

— Ты прямо как наши дядюшки!

— Те, которые регенты? — вспомнила Варя разговоры со Златом и Зореславой.

— Они самые, другой родни у нас не осталось. Дядюшки тоже вечно беспокоятся, как бы мы тут не заскучали. В прошлом году прислали к нам ораву придворных живописцев! Благо, самые шумные сбежали, не выдержав недели. Самые разумные и талантливые остались на всё лето. А последнего осенью еле выгнала — очень уж ему понравились здешние пейзажи, аж на чердаке от меня прятался.

— И что ты делала с ними без прачек и кухарок? — ужаснулась Варя.

— Прислугу из дворца вместе с ними привезли, — фыркнула Краса. — Я же всё-таки наследница трона, хоть, как ты выразилась, и эксцентричная.

— Наследница… Я, конечно, понимаю, что управлять страной то еще удовольствие. Но не боишься, что, пока вы тут прохлаждаетесь, твои дядюшки захотят передать власть своим детям, а не вам, племянникам?

Краса выгнула бровь в неподдельном изумлении:

— Как это?

— Ну, у них же у каждого есть жена, у жён свои амбиции… — предположила Варя.

— Какие жены? — расхохоталась Яснолика, так что эхо пошло гулять над озером. — Какие дети? У них тоже никого кроме нас нет! Они жизнями рисковали, вместе с Росаной и ее покойным мужем, когда нас из горящего дворца вытаскивали, ночью из захваченного города выводили. Стоит мне заикнуться — тут же с радостью вернут мне трон и власть. Регент — брат нашей матери, канцлер — его муж. Они верны друг другу, как белокрасы!

— Ох… А-а? Хм… — Не сумев выразить гамму чувств от радикально развеянного заблуждения, Варя взяла паузу, чтобы допить свой сидр. Уточнила: — А в вашем мире мужские пары даже с магией не рожают себе детей?

— А в вашем? — парировала Краса.

— В нашем им генная инженерия, то есть лекари и алхимики помогают. И женщин для вынашивания нанимают, как кормилиц.

— Надо бы нашим подсказать, пусть себе наследника сделают — вот счастья-то

будет! — недоверчиво рассмеялась Яснолика. — А то мне рожать самой неохота. Да и не от кого.

— Правильно — если в лесу жить! — заворчала Варя, а сама вспомнила, как ее тоже родня попрекала, что ходит незамужняя.

— Если судьбой суждено, любовь и в пустыне тебя отыщет, — усмехнулась Краса.

— От судьбы хоть на печке прячься, хоть за печкой! — в тон подхватила Варя.

И прыснули смешками, поглядели друг на дружку внимательно искоса.

Между тем закатные цвета незаметно вылиняли. Ажурные кроны деревьев скрадывали вечернее сияние Кольца, позволяя сумеречным теням раскрашивать берега озера в фиолетовые тона.

Трава за спиной зашуршала.

— Нежка, бессовестный, подслушивал? Как тебе не сты… Ого! Белый-белый? И ни пятнышка?..

Невзирая на сумеречные тени, высунувшаяся из травы остроносая мордочка почти что светилась белоснежным мехом. Уши-локаторы навострились на королевну, готовые внимать восхищенным возгласам.

— Финик? — изумилась явлению и Варя, но по другой причине. — Как ты здесь очутился?!

— Твой крольчонок? — поняла Краса. Поманила зверька, и тот охотно подошел, обнюхал ее пальцы — дернул хвостищем, поглядел в глаза с недоумением, что ему вкусностей не предложили. На что королевна рассмеялась и отломила щедрый кусок хрустящей вафли. — За тобой пришел, значит.

— Да как?! Я его в Жуковом Улье оставила, потом мы с Зимом порталом в Белозорье махнули, а оттуда сюда. Он точно никак не мог за мной увязаться!

Похрустев вафлей, белко-песец запрыгнул к умилившейся королевне на колени, притулился к ней и, жмурясь, потерся ушастой головой — будто скучал и давно-давно не видался. Та принялась его гладить, чесать под подбородочком. Только улыбка сделалась задумчивой:

— Дядя Кудеяр подозревал, что его белый кролик умел нырять через пространство. Звали его кролика Фикус, если правильно помню.

Белко-песец снова оглянулся на нее и звонко тявкнул.

У Вари мурашки пробежали по спине, вовсе не вечерней прохладой вызванные:

— Мне уже рассказывали про того кролика. Неужели?.. Фикус?

Финик обернулся к Варе и тоже тявкнул, будто спрашивая, зачем зовет.

— Так ты не Финик, а Фикус? — опешила Варя. — Правда, что ли? Как так может быть?

— Может, — сказала Яснолика. — Я, конечно, не ручаюсь, всё-таки немало лет прошло. Но по его возрасту и окрасу, и повадкам — один в один.

— Почему же Зимослав его не узнал? — еще больше запуталась Варя.

— Почему ты считаешь, что не узнал? — пожала Краса плечами. — Наверняка узнал. Но признать, что это именно питомец его отца — совсем другое дело. Если поспешишь с выводами, а потом поймешь, что ошибся, будет очень больно.