Чтение онлайн

Выбрасывая гусеницами комья грязи и лязгая сцепкой, машина, наконец, ныряет в туннель, образованный нависающими кустами. Проведя тягач еще пару сотен метров, Семен остановил "Комсомольца" и заглушил двигатель. Наступила тишина.

Требовалось срочно снять трубу воздуховода и установить на место вентилятор, так как температура воды в системе охлаждения начала угрожающе расти. В рубке тягача, как в бане, воздух стал горячим и душным — вода, попавшая внутрь машины во время форсирования реки, теперь испарялась с поверхности двигателя и коробки передач. Но сначала требовалось дождаться Андрея, который должен

был помочь открыть верхний люк.

Порядок действий был оговорен заранее, и Семен почти сразу услышал шлепающие шаги снаружи. Что-то лязгнуло по броне, машина качнулась на подвеске:

— Семка, давай, дергай стопор, я люк прижал.

Двумя руками Чекунов отжал рычаг запора. Люк откинулся, и сверху заглянуло озабоченное лицо Андрея:

— Семен, ты как? Все нормально? А то мы за тебя перетрусили сильно. Смотрим, тягач — раз, и скрылся под водой. Только труба торчит, да пузыри из выхлопной трубы бурлят…

А на Семена вдруг накатила такая безмерная усталость, что хотелось просто сидеть и смотреть в этот квадрат серого неба над головой, дышать этим холодным воздухом и ощущать на лице капли дождя. И пошел бы на хрен весь мир, сырая одежда, мокрые ботинки и лужа воды под ним, на коже сиденья….

Однако, также Чекунов знал, что если позволить себе расслабиться, то дальше заставить тело работать будет еще сложнее. А сделать нужно было многое. Ведь с пересечением реки был выполнен только первый этап плана. Теперь нужно было преодолеть шоссе Ядрица — Преображенское, не попавшись на глаза немецким патрулям.

Семен уцепился руками за закраину проема люка и попытался привстать:

— Андрюха, помоги вылезти, что-то я никак сам не могу.

Сильные руки друга выдернули Чекунова наверх, как морковку из грядки. Семен сполз по броне и утвердился на дороге. Землю ощутимо качало и пришлось упереться рукой в скос рубки.

— Андрей, не обращай на меня внимания, сейчас я оклемаюсь. Нужно быстрее снять трубу и поставить вентилятор. Инструмент взял?

Шилин молча достал из кармана шаровар пассатижи и пару гаечных ключей.

— Давай Андрюха, начинай. Я сейчас.

Семен оторвался от борта машины и двинулся к прицепу, предварительно обойдя установленный на дороге ДТ и прислоненный к нему вентилятор.

Конечно, можно было просто спросить Андрея, но сейчас Чекунову настоятельно требовалось своими глазами увидеть, что с ранеными все в порядке.

Брезентовый полог был поднят вверх, и Семен просто окликнул военфельдшера:

— Борис Алексеевич, как у вас дела?

Голос из глубины прицепа ответил:

— Все хорошо, Семен. Вот, правда, вещи залило, что на полу лежали. Вода почти до нижнего яруса нар дошла, но это все ерунда. Главное что реку преодолели. И мужики в порядке. Ты сам то как? Не нахлебался водички?

От этих слов Чекунову сразу стало лучше. С ранеными — нормально. Все, река форсирована удачно.

Из фургона высунулась Фира:

— Борис Алексеевич, да он сырой весь. Только шлем сухой и остался. Ты бы переоделся, Семен.

— Некогда мне. Сейчас дальше поедем. Впереди еще шоссе. — Чекунов махнул рукой Фире и хотел, было идти обратно к тягачу, но голос Анастасии Ивановны заставил его остановиться.

— Семен, подожди. Вот, возьми — рука санитарки протянула Чекунову планшет:

— Виктор Иванович

еще вчера сказал: это для тебя. Там летная карта и компас. А я в суматохе забыла тебе передать.

Семен принял потертую и закопченную кожаную планшетку. О такой удаче он даже не мечтал. Теперь есть возможность планировать дальнейший маршрут, а не идти в слепую. Но сначала — пересечь шоссе.

Взгляд со стороны, Андрей Шилин: "Как всегда, чем больше торопишься, тем медленнее получается. То проволоку никак не перекусишь, то капот двигателя за что-то зацепился. Теперь вот болт никак не хочет заворачиваться. Ну же, сволочь — давай, вставай на место".

Гаечный ключ лязгает по закатанным граням шляпки, руки обжигает горячий металл мотора. В полутьме моторного отсека Андрей пытается совместить отверстия на ступице шкива и шайбе вентилятора. Из-за неудобного положения мышцы сводит, но, наконец, упрямый болт закручен. Теперь опустить капот и можно двигаться. От прицепа подбегает Чекунов с надетым через плечо планшетом:

— Поставил?

— Все на месте.

— Тогда лезь в машину, на место стрелка и открывай верхний люк. Ставим пулемет в шаровую установку и двигаемся дальше.

— Семка, а может, я машину поведу?

Чекунов пинает ни в чем не повинную трубу воздуховода. Отвечает с непонятным ожесточением:

— Я сам…

— Семен, ты что, сдурел! — не выдерживает Андрей — зачем трубу пинаешь. Я же ее специально аккуратно снимал. В нашем хозяйстве все пригодится. Привяжу ее к переднему борту прицепа, мешать не будет. А вдруг — опять через реку идти? Тогда поставим на место. Где мы в лесу такую штуку найдем?

— Ладно, давай крепи железку. Нужно уходить как можно быстрей. Если немцы начнут подкрепление по шоссе в Преображенское перебрасывать — не выскочим…

Семен обошел вокруг тягача, пока Шилин бренчал железками, увязывая трубу. Нажал ногой на траки перед первым опорным катком, оценивая натяжку гусеницы. Качнул водило прицепа. Влез на рубку и открыл крышку второго люка. Привычные действия позволили успокоиться. Краткий просмотр карты отданной летчиком не прибавил радости Семену. Когда он выходил из окружения в первый раз, удивлялся, что пришлось идти сплошными болотами. Но думал, что командиры специально ведут глухими тропами, подальше от немцев. Однако, судя по карте, сейчас они находились в междуречье двух рек. Одна, подписанная на карте "Ореж", была той, которую они форсировали. Вторая — впадала в нее перед самым Преображенским. Эта река называлась "Сушна". И все пространство карты между синими жилками рек, было испещрено короткими штрихами, обозначающими болота. Семен вспомнил, что и пересекать шоссе возле Клетнино им пришлось из-за того, что уперлись в топь. А ведь теперь он идет не пешком…

Подбежал Андрей:

— Готово.

— Хорошо. Лезь в машину, я подам пулемет.

Шилин быстро пролез в люк, и Семен опустил ему ДТ с уже снятыми сошками. Оглянулся назад и дал отмашку Сивакову, что выглядывал из-под брезента. Вперед ногами, нырнул на свое место сам. Плюхнулся на водительское сиденье, по дороге захлопнув за собой крышку люка. Андрей уже установил пулемет, вытащив заглушку и, теперь странно ерзал по сиденью.

— Андрюха, ты чего?

Тот молча продолжал свое дело.