Чтение онлайн

Потом, над гребнем высотки приподнялась фигура в рваном бушлате. Замерев на мгновение, неверными шагами двинулась к чадящей коробке бронемашины. Но не дошла. Из кустов выметнулся поджарый боец в грязной шинели. Толчком сбил на землю, рухнул сверху, придавил, не давая пошевелиться:

— Куда прешься, дура?! Смерти ищешь? — свистящим шепотом

прошипел боец прямо в ухо Фире. Та рванулась, с неизвестно откуда взявшейся силой:

— Пусти!!!

— Не ори! — грязной рукой боец вжал лицо санитарки в мокрую траву. Холод частично заставил Фиру прийти в себя:

— Там… Семен!!!

— Знаю, — боец медленно выговаривал слова, — но мы ему уже не поможем…

— Нет!!! Я должна, я врач! — Фира знала, что ей необходимо быть там, у подбитого броневика. И, одновременно, боялась, страшилась, того — что могла увидеть. Но, по другому, не могла…

Снова рванулась, почти вырвавшись…

— Куда, твою мать! — тяжелое тело снова навалилось сверху, вжимая в грязь.

— Тебя Петром зовут? — неожиданно спокойно спросила Фира. Голос звучал глухо, из-за того что лицо было вжато в рукав бушлата.

— Ну, — боец приподнял голову, осторожно оглядывая поле недавнего боя.

— Я все равно туда пойду.

— Даже если здесь не осталось недобитков, сейчас сюда вся остальная сволочь подтянется… Ты хоть это понимаешь? Уходить надо!

Затянувшееся молчание было ему ответом.

— А, хрен, с тобой, малахольная, — сплюнул Петр, не выдержав тишины.

— Пойдем, но — по-умному пойдем, поняла?!

Фира молча закивала.

Красноармеец Семен Чекунов

Сознание возвращалось медленно. В голове звенело, саднило под ребрами, остро кололо в сердце. Семен открыл глаза, но тутже пожалел об этом, перед глазами качалась неясная муть, от которой желудок сжимался в комок. В висках острыми ударами отдавался пульс…

Собравшись с силами, Чекунов снова открыл глаза.

Неясная, серая картинка постепенно фокусировалась, приобретала четкость и объемность. Вертикальные линии стоек, дуга руля, уходящая в сумрак линия капота…

"Вот так вот… Все возвращается… Все по кругу…" — мысли медленно ворочались в голове красноармейца. "Что теперь? Снова откроется дверь, и появится Андрей Шилин в немецкой каске? Или же, сейчас рядом окажется Женька? Как тогда, во сне…И спросит, чего я добился, взявшись вывозить раненых?"

По телу пробежал озноб. "Холодно… Тогда, хоть мотор работал… А, ведь действительно, что я добился? Женьку я не вернул… Сиваков погиб, да и не он один… Вот Андрей — не погиб. Хотя, кто знает, удастся ли ему проскочить мимо фрицев и довести машину до своих? Может, их расстреляли на том перекрестке всех… И Фира… Неужели и она погибла?" как то незаметно, пока тягач двигался к линии фронта, Семен начал замечать, что иногда он думает об этой девушке. Да, стариковское сознание не позволяло ему слишком задумываться — слишком молода была санитарка для него, уже прошедшего эту войну один раз. Да и обстановка не способствовала долгим размышлениям.

Семен неловко повернулся, тело прострелило болью. Рукой схватился за грудь… Прижал колотящееся сердце… Шевельнул ладонью, ощущая ворсинки, цепляющиеся за кожу, и с ужасом понял, что на нем вовсе не шинель Семки Чекунова, а пиджак. Тот пиджак, который по праздникам надевал Лексеич.

Ручка двери подалась под локтем, и Чекунов мешком вывалился из кабины ЗиСа. Больно ударился спиной об землю, рядом что-то лязгнуло и стукнуло по ноге. В сумраке не было видно, что такое упало на Чекунова. Трясущейся рукой Семен пытался нащупать этот предмет, как будто это было сейчас самым важным. Наконец пальцы что-то нащупали, и ладонь легла на отполированный руками Лексеича набалдашник трости…