Чтение онлайн

Шилин неуверенно оглянулся назад, желая получить подсказку от друга и командира. Но Чекунов не пошевелился, сидел, уперевшись взглядом в пламегаситель винтовки, зажатой между коленями. Андрей еще немного промедлил и осторожно принял в руки подарок. Тут же отдернув руки, будто опасаясь, что Андрей попытается вернуть назад подношение, женщина шагнула в сторону, освобождая дорогу тягачу. Пошевелились губы на обветренном лице, произнеся что-то неразборчивое и неслышимое за рокотом мотора.

Шилин, не в силах больше выдерживать этот взгляд, провалился в люк. Плюхнулся на свое место, не глядя, сунул сверток в руки пулеметчику. Врубил передачу и резко

бросил педаль фрикциона, заставив машину скакнуть вперед, и, успев только заметить, как мелькнуло в боковом лючке белое пятно женского платка.

Пулеметчик изумленно разглядывал доставшийся ему сверток. Поднес ближе к носу:

— Еда, Андрюха! Живем! — и сунул узелок к лицу Шилина, радостно улыбаясь.

— Убери! — рявкнул Андрея, от запаха его даже замутило, — убери, я сказал!

Боец испуганно отшатнулся, что-то пробурчал и стал запихивать узелок в пустое гнездо пулеметной укладки.

На душе было удивительно гадко. Ведь права была бабка, бегут они… Бегут, оставляя тех, кого должны были защищать. И то, что сейчас, на их попечении оказались раненые, не сильно меняет положение. Да, их нужно вытаскивать к своим, вывозить из вражеского тыла. Вот только, по чьей вине — своя земля стала этим тылом?

Фашист дуром прет? Да на танках и машинах? А что, у нас своих не было? Вот, только где они теперь? Остались за рекой, на лесной просеке…

Извечный русский вопрос: "Кто виноват?" Раньше, Андрей думал, что они, то, отступают, но, где-то там — Красная Армия лупит врага. А они, соберутся с силами и тоже пойдут вперед. Но, вот сейчас и здесь, Андрей ощутил и понял — нет другой армии, кроме них самих. И только от них, Андреев, Семенов, Сашек — зависит, когда пришедший на нашу землю Фриц, Ганс или Вилли умоется кровавой юшкой и со страхом осознает, что совершил ошибку, шагнув через советскую границу. Только так, и ни как иначе.

А что бы, это случилось как можно раньше, он, Андрей Шилин, должен спасти раненых. А, потом, можно будет и проверить — так ли крепко мясо, из которого сделаны немцы?

— Не зевай, смотри внимательно — не отрываясь от смотрового лючка, скомандовал Андрей соседу. Видимо, командный тон подействовал — боец крепче вжал в плечо приклад пулемета.

Изрядно надоевшие колеи лесной дороги медленно втягивались под лобовой лист тягача. Судя по карте, оставалось совсем недалеко до развилки, где следовало повернуть налево. А там, еще несколько километров — и свои. Во всяком случае, так считал Семен. И Шилин надеялся, что он прав. Уровень бензина в баке угрожающе падал, и это не могло не волновать водителя. Встанет "Комсомолец" — и как тогда выносить раненых? Людей слишком мало, чтобы нести носилки… Поэтому, Андрей старался вести машину как можно плавнее, не тормозя и не газуя. Только бы дотянуть, только бы дотянуть…

Наверное, пулеметчик думал о том же. Неудивительно, эта мысль была главной для всех.

Повернув лицо к Андрею, он прокричал:

— Еще немного!

Андрей хотел подтверждающе кивнуть, но не смог. Тяжелое предчувствие образовалось где-то в животе, острой занозой впиваясь в тело.

— Стой! — голос Семена донесся сверху, и Шилин с облегчением потянул рычаги, останавливая машину. Тягач клюнул носом, сзади заматерились, но мотор уже тихо тарахтел на холостых оборотах.

Чекунов уже спрыгнул на землю и оглядывался по сторонам. Лес в этом месте так близко подступал к дороге, что кроны сосен смыкались над песчаными колеями, образуя зеленый

туннель.

— Так, — Семен махнул призывно двум бойцам, сидевшим на правой скамье тягача:

— Через километр будет перекресток, где нам нужно будет повернуть налево. Вы, двое, сейчас быстренько пробежитесь до поворота, и осторожно посмотрите, что и как… Потом, один вернется сюда и доложит. Ясно?

Один из бойцов молча кивнул головой и боком стал слезать с машины. Второй хотел что-то спросить, но захлопнул рот и двинулся за напарником.

Когда бойцы скрылись за поворотом, Андрей спохватился и заглушил мотор.

— Слышь, Семен, а может до ночи в лесу постоим? — что-то не нравилось Андрею в окружающей тишине. И, видимо, не только ему — бойцы не слезли с тягача, чтобы размять ноги, так и остались сидеть, сжимая в руках оружие. Пулеметчик обхватил свой ДП, будто пытаясь согреть вороненую железку… Как если бы узкие скамейки машины были единственным защищенным местом в окружающем мире, люди опасались шагнуть в сторону, отдалиться от островка безопасности…

Однако, на Семена это не распространялось — чавкая ботинками он двинулся вперед, к тому месту где дорога делала поворот, огибая небольшой песчаный бугор заросший кустарником. Остановился, вглядываясь во что-то невидимое Андрею. Потом снова двинулся вперед и скрылся за поворотом. Шилин приподнялся над обрезом люка, стараясь рассмотреть, что делает Семен. Рядом зашевелился стрелок курсового пулемета. В прорезь прицела ему было видно еще меньше.

Все также шумел ветер в кронах деревьев, изредка проглядывало сквозь осеннюю хмарь солнце, но среди бойцов стало накапливаться какое-то ожидание. Шилин закусил губу, вглядываясь вперед…

Худая фигура в шинели появилась из-за кустов, и Андрей услышал, как пулеметчик тихонько выдохнул, снимая скопившееся напряжение…

Так же неторопливо Семен дошагал до тягача, привалился спиной к лобовому листу и замер. Молчали и другие бойцы…

В тишине прошло несколько минут. Потом кто-то зашевелился на скамье, лязгнуло железо. Чья-то рука попыталась изнутри отодвинуть брезент на торце фургона. Однако, все начавшееся было шевеление мгновенно замерло, как только с дороги послышался плеск воды под ногами бегущего человека. Из-за поворота вывернулся сначала один, и, тут же следом, другой боец. Еще не поняв, что они кричат, задыхаясь от быстрого бега, Андрей понял — беда!

— Немцы, там немцы!!! — хрипя пересохшим горлом, просипел первый добежавший. Второй даже и этого сказать не смог, только хватал холодный воздух раззявленным ртом, пытаясь отдышаться.

Пулеметчик, сидевший до этого на скамье тягача, вскочил на ноги, заозирался, будто думая, что прямо сейчас из кустов полезут фигуры в серой форме, лязгнул затвор винтовки, досылая патрон в ствол…

— Где немцы, сколько их? — голос Семена был неожиданно спокоен. Андрею даже показалось, что в словах Чекунова сквозила неприкрытая усталость.

— Там, там… Много! Немцы, броневик, грузовики, пушки, мотоциклисты, — боец размахивал руками, показывая, как много видел фрицев.

— Что они делают? — Семен, не обращая внимание на нервозность разведчика, пытался понять, что делать дальше.

— По-моему, у них машина застряла, — неожиданно вмешался в разговор, наконец отдышавшийся второй боец: — там перекресток, и у самого поворота большая лужа. В ней грузовик и застрял. А остальные следом стоят, объехать не могут. Мотоциклисты, только, на перекрестке руками махали… Видать решали куда дальше ехать.