Предатель
Шрифт:
Он умолк, опять покачав головой.
– Это только предчувствие, но думаю, что он единственный человек, который выслушает меня, не пытаясь убить или задержать. И который способен пробиться к представителям власти с правдой о Делкондросе, если там остался хоть один не клингон.
Советник снова замолчал, нахмурившись.
– Когда я теперь размышляю, об этом, то удивляюсь, что Делкондрос не включил Рогана в список ваших сообщников. После того как погибли наши космические корабли и Совет объявили вне закона, Делкондрос хотел добиться его казни,
– Действительно, кандидатура Рогана кажется наиболее подходящей, – сказал Маккой, стараясь подбодрить Тилмарека. – Поторопимся, пока Спок не попытался разубедить нас, или пока нас не поймали.
– Почему я должен отговаривать вас, доктор? Я считаю, что в данных обстоятельствах обращение к профессору Рогану дает нам наилучшие шансы для спасения.
Маккой широко открыл глаза.
– Основываясь на "предчувствии" Тилмарека.
– Конечно нет, доктор. Мое заключение основывается на логическом анализе его сообщения. Но я должен обратить ваше внимание, что "наилучший шансы" – вовсе не означает "хорошие шансы".
– И они с каждой секундой ухудшаются, пока мы сидим здесь и разговариваем, – Маккой открыл дверцу и выбрался наружу.
Спок еще раз быстро взглянул на трикодер, они с Тилмареком последовали за доктором, оказавшись на лестничной площадке всего в нескольких метрах от припаркованного автомобиля.
– В холле никого нет, – сообщил Спок, когда они поднялись на четвертый этаж, и вскоре они уже стояли в спартанского вида коридоре перед гладко коричневой дверью.
– Роган там один, мистер Спок? – спросил Тилмарек.
– Если вы имеете в виду, одно ли живое существо находится за дверью, то да. Но я не имею возможности узнать, является ли этот человек Роганом. Трикодер показывает, что это не клингон, что он весит примерно девяносто килограммов, его физиологическое состояние соответствует шестидесяти годам землянина, и он сильно взволнован.
Тилмарек моргнул и посмотрел на прибор.
– А не может ли он определить, почему профессор взволнован?
– Нет, советник. Но логично было бы предположить, что его эмоциональное состояние вызвано передачей и сообщением Делкондроса, что его планета атакована Федерацией. Вы сами испытываете такие же чувства.
– Может быть, вы закончите обсуждение своих чувств? – перебил их Маккой, указывая на дверь. Тилмарек кивнул и громко постучал.
Дверь открылась почти мгновенно, и они увидели высокого стройного человека с редкими седыми волосами. Он был одет в такую же, как у Тилмарека, блузу и что-то похожее на местную разновидность свитера. При виде Тилмарека глаза его широко раскрылись. Затем он перевел взгляд на Спока и Маккоя и невольно отпрянул.
Маккой напрягся, приготовившись бежать, но на лице пожилого человека вдруг появилась слабая улыбка.
– А, – тихо произнес он, – карательный отряд Федерации вместе с одним из предателей. Входите быстрее, пока вас не увидел кто-нибудь из законопослушных граждан.
Глава 8
– Все
– Аппаратура связи тоже исправна, – сообщила Ухура, – но Звездный Флот не отвечает ни на стандартной, ни на аварийной частоте.
Кирк тревожно вздохнул. Количество странных явлений все увеличивалось. По результатам проверки все системы "Энтерпрайза" находились в превосходном состоянии, но с кораблем происходило что-то непонятное. Они не могли связаться со штаб-квартирой Звездного Флота и с другими кораблями Федерации, не принимали телевизионных и радиопрограмм с Кареллы и Ванкадии. Сенсоры фиксировали только помехи от линий электропередач, и никаких модулированных сигналов – ни радиопередач, ни телевизионных программ. Создавалось впечатление, что силовое поле окружало не Ванкадию или всю солнечную систему Кареллы, а сам "Энтерпрайз". Правда, сенсоры регистрировали собственные электромагнитные поля обеих планет и солнца, но не могли обнаружить защитного поля. А если запустить челнок и сравнить показания его сенсоров и сенсоров самого звездолета...
– Капитан! Поле снова появилось!
Голос лейтенанта Причарда отвлек Кирка от размышлений о непонятных явлениях, но как только он перевел взгляд на экран, то обнаружил еще один странный факт. Поле вернулось, но покрывало площадь в два раза большую, чем раньше. И теперь легкая вибрация исчезла, а закрытая полем область была четко очерчена и казалась полупрозрачной.
Маккой облегченно вздохнул только тогда, когда профессор поспешно закрыл дверь и повернулся к ним. Он уже не улыбался, и лицо его было напряжено.
– Я надеюсь, Тилмарек, – сказал Роган, – что есть правдоподобное объяснение тому, что сейчас сообщил Делкондрос.
– Все это сплошная ложь! – выпалил Тилмарек.
– Наши друзья не погибли? – в глазах профессора мелькнула надежда.
На минуту воцарилось молчание. Тилмарек покачал головой, и Маккой увидел, что подбородок у него дрожит.
– Нет, – произнес советник надломленным голосом. – Их действительно убили.
Он сглотнул и продолжал уже более твердо:
– Я не был свидетелем этому, но видел, как Делкондрос убил человека, не являвшегося членом Совета.
– Вы утверждаете, что Делкондрос убийца? – воскликнул Роган. – Вы уверены? Я не предполагал, что он может зайти так далеко в своем безумстве!
– Он сделал это сам или приказал сделать другим, но он не безумец, – ванкадиец посмотрел на Маккоя и Спока. – Во всяком случае, это не обычный вид сумасшествия.
Затем он начал объяснять. Пока Тилмарек говорил, глаза Рогана широко раскрылись от удивления, а затем превратились в узкие щелочки. Время от времени он бросал взгляды на Спока и Маккоя, как-будто по их лицам мог оценить достоверность сказанного.