Чтение онлайн

— Я понимаю, — пытаясь не сорваться, — всё можно оправдать. Опасный тролл обосновался у ворот. Тут не до манер, но… У всего должна быть мера!

— Простите…

— Или вы не в курсе? Под воротами Вашими обосновалась шайка, а стража и не в курсе?! И ничего не делает?

— Этой ночью, — повторил юнец. — Нам утром ничего не говорили. Господин…

Он не произнёс, а прожевал эти слова с южным губным в.

Я моргнул. Огляделся: заливцы уже начали собираться. Людям определённо было скучно, и бесплатное

зрелище не могло их не радовать.

— И чем закончилось?

Я моргнул.

Лениво ожидающий клиентов, точильщик смачно сплюнул. Пару раз он ударил трубкой о край большого камня. Понемногу, вокруг нас росла толпа.

— Чем закончилось? — Я нащупал медальон. И дёрнул. Заговоренная цепочка резанула кожу. — Увы, но так как это дело двора, я не могу Тебе сказать. — Я моргнул. — Я НЕ ИМЕЮ ПРАВА РАСКРЫВАТЬ ДЕТАЛИ.

Парень кивнул.

Он хотел поправить съехавший ремень. Но замер:

— Этого не может быть!.. У нас ведь псарню ещё прошлой зимою закрыли. Говорят, что дорого.

— Понимаю.

— Я всё передам капитану! Мы со всем разберёмся очень быстро! Сэр Рыцарь!

— Да.

Зевак становилось всё больше. Они уже начали образовывать «ряды».

Кто-то неподалёку вторил: «Тролл! Тролл!»

Я сглотнул.

— Замеча-ательно, — усмехнулся кто-то.

Прямо над ухом.

Протяжно и с намёком.

Плечо непроизвольно дернулось, но… я помедлил. Признаюсь, я уже боялся оборачиваться. Мужчина стоял позади. Лет тридцати — тридцати пяти. Подтянутый, одетый по-деловому и очень стройный. С подбородком выбритым, но всё равно заметно тёмным.

Неизвестный посмотрел на мой мягкий живот. На обрывки панталон и полосы… Он вроде бы понюхал воздух.

— Сэр Гонорат Мизен? — произнёс он в нос. — Вы должны были явиться ещё на прошлой неделе. (Мужчина скоро оценил количество зевак). А впрочем… Я попрошу вас, сэр.

Мелкая дрожь в коленях. Нервы, должно быть.

Стражник у моего плеча заметно подтянулся. Целая толпа наблюдала за каждым его движеньем. Прислушивалась.

— ДА УЖ ПРОЙДЁМТЕ! — Так громко, что даже в горле запершело. Солнце пекло, и пот катился по спине градом. — Долго же Мне пришлось вас ждать!

Субъект застыл. Подняв подбородок, он зачем-то вцепился в книгу, которую держал подмышкой.

Не без намёка, я ухватил противника за золотую пуговку:

— Что вы можете сказать?… Как вас простите?

— Вэлиэнт Вивар! Первый секретарь баронета Элоя Залива, безраздельного владельца этих земель и пожизненного члена королевской курии!

Мужчина выдал это распрямившись. Чётко и быстро. С интонацией, с которой прилежный ученик выдаёт очень, очень хорошо заученный урок.

Я моргнул:

— Пройдёмте!

Первый секретарь стал медленно краснеть:

— Понимаете, господин Элой считает, что…

— Что Вы имеете в виду?!

Секретарь

изменился в лице.

Он поглядел на толпу. На мой портрет на ближайшей стене, к которому некто пририсовал усы.

— Понимаете… нам сюда, — указал он на ближайший дом.

Заминка.

Я чётко видел впереди старый замок (с парой башен и рядом замочных скважин), знал, что идти до него осталось недолго… однако мужчина указывал на самый обыкновенный частный дом. Сложенный из камней цвета песка. С чуть нависающим, стоящим на балках вторым этажом и ухоженным лазурным цветником перед входом. Обычный дом с масляным фонарём, закреплённым над дверью.

Я одёрнул грязные обрывки сзади. Неподалёку подал голос грудной ребёнок. Мать, пытаясь успокоить его, принялась напевать простую, тихую мелодию.

Кто-то в толпе засмеялся.

Медальон ощутимо подрагивал.

— Пройдёмте!

Из строгой, но достаточно пространной речи я узнал, что баронета «никто не принуждал». Он сам, по собственной воле, в какой-то день решил переселиться. На собственные деньги, арендовал первый этаж этого дома.

— Господин посчитал, что «так удобнее людям»… Что Я мог с этим сделать?

— Это очень хорошо. Я понял, — не вникая.

«Негодяй!»

Дом встретил нас очень тяжёлой дверью. Светлым коридором с настежь открытыми окнами. И обилием герани в глиняных горшках.

Здесь, на паре берёзовых лавок уже ожидали люди.

Самые разные. С отвислым пузом и не открывающимися глазами. Неизвестный с розовыми лодыжками кашлянул в кулак. Худая женщина попыталась подтянуть сползающую по юбке корзину.

Старик с большою круглой головой, всхрапнув, проснулся. Он моргнул. Моргнул ещё раз и, сощурясь, нашёл секретаря пустым, остекленевшим взглядом.

— Кто?! — взорвался Вивар. — Кто разрешил собранье?

Косясь на меня, не дожидаясь ответа, он бросил «нет!» и ухватил мое грязное предплечье. Потянул. Минуя очередь, сразу прошёл к пухлой, обитой плотною тканью двери. Вивар развернулся на кавалерийских каблуках. Он «понял» всех, каждому «пообещал» и, бросив «но…», дёрнул ручку.

— … Невозможно! Вы слышите?.. Этот мерзавец зашёл! И просто вывел Моего вороного! Вы слышите?!.. Я… я честно за него заплатил!.. На морде же не написано, что трижды краденный!

— На… морде?

Здесь было свежо.

Выцветшие с условным орнаментом обои смотрели со стен. И лёгкие ветерок играл в воздушных белых шторах. Он то показывал, а то вновь скрывал горшки. В носу моём засвербело. Отчётливый «пряный» запах, какой часто бывает в обители пожилых людей, висел в воздухе.

Сэр Залив смотрел.

С лицом почти безотчётным и «мягким».

С водянистыми и впавшими, ставшими с годами сильно раскосыми, глазами.

— Сэр, сделайте уже что-нибудь!