Потерявший веру
Шрифт:
— Ты спрашиваешь меня: убил ли я его?
— Да, — прямо отвечаю я.
Его скрытый плотоядный взгляд превращается в полномасштабную ухмылку.
— А вот тут я думал, что мы начали узнавали друг друга, Джеймс, — своим восклицанием он выражает досаду. — Тебе следовало бы знать, что, если бы я хотел уничтожить Плуммера, то сделал бы это самостоятельно, а не приказывал кому-то ещё выполнить эту работу. Я не из тех, кто делегирует своё удовольствие кому-нибудь. Я беру то, что я хочу и когда хочу.
Его позиция ясна. Всё — только на его
«Позже». Впоследствии он поймёт, что я не так покорен, каким кажусь.
— Если только он не пострадал.
— Не больше, чем когда ты видел его в последний раз.
Я киваю один раз, сигнализируя об окончании беседы, мой взгляд возвращается обратно к ферме, и я спрашиваю:
— Хочешь подобраться поближе?
— Всегда, — одно единственное слово произнесено хриплым низким тоном как старинное виски.
— К ферме, — невыразительно противопоставляю ему я, игнорируя тёмный соблазн в его голосе.
Я ощущаю, как он перемещается, прежде чем отвечает:
— Мы могли бы начать со старого красного сарая и посмотреть, что там внутри. Смею предположить, рогатый скот скорее окажется в сарае, чем хозяйственных постройках.
— Показывай дорогу.
На этот раз он не даёт мне инструкций, а начинает двигаться, и я следую за ним. Мы продвигаемся по краю полосы леса, пока не оказываемся достаточно близко к старой надворной постройке, чтобы быстро перебежать пустое пространство к ней.
Прижимаясь спинами к грубой деревянной обшивке, мы проскальзываем вокруг угла и занимаем позицию, которая может быть быстро определена из главного дома. Мы оба замедляемся, наше восприятие обостряется, и когда никакие сирены не заревели и ни какие выстрелы не раздались, Люк кивает мне, и мы ползём к передним дверям сарая с поднятыми пистолетами.
— Слишком тихо, — почти беззвучно бормочу я.
Глаза Люка находят мои, и я вижу согласие в их тёмных глубинах.
«Тут что-то не чисто».
Звук двигателя приближающегося автомобиля приводит нас обоих в полную боевую готовность. Я киваю головой, указывая, что мы должны двигаться к задней части сарая, но Люк проскальзывает в незапертую переднюю дверь и крадётся в темноту внутри.
«Твою мать». У меня нет выбора, кроме как следовать за ним.
Я ожидаю столкнуться с запахами заплесневелого сена и животных, но это не то, что наполняет мой нос в кромешной тьме. То, что я ощущаю, — секс и чуть ли не едкий аромат фиалок.
Звук подъезжающего автомобиля становиться всё ближе, мои глаза обследуют мрак в поисках места, чтобы спрятаться. Люк уже исчез Бог знает где, оставив меня самого позаботиться о себе. Пока мои глаза привыкают к темноте, я вижу, что передняя часть сарая — не сарай, а практически маленькая прихожая. С одной стороны сложено множество коробок, а с другой — единственная
Снаружи я слышу хлопок автомобильной двери и понимаю, что у меня нет выбора, кроме как попытаться воспользоваться своим шансом за этой дверью, чтобы за ней не находилось — моё время истекает. Кроме того, это единственное место, куда мог подеваться Люк, поскольку стопка коробок недостаточно велика, чтобы за ней можно было спрятаться.
Решение принято — я проверяю ручку двери и толкаю. Она открывается без проблем, и я проскальзываю внутрь в ещё большее количество тьмы, но слабый свет исходит из внутренних глубин помещения, позволяя мне видеть немного более чётко. Прежде чем я смог рассмотреть окружающую меня обстановку, рука накрывает мой рот и притягивает меня к твёрдому телу. Я мог бы начать сопротивляться, но не стал. Я понимаю кто это за секунду до того, как он делает свой ход, и стыд накрывает меня в тот же момент, когда я ощущаю настоятельный призыв провести языком по его ладони и попробовать на вкус его плоть.
— Есть ещё одна дверь с маленьким люком для наблюдения дальше внизу. Она заперта, но я предполагаю, товар там, — шепчет Люк непосредственно в моё ухо, посылая дрожь по позвоночнику. — У меня не было шанса заглянуть внутрь. Я вернулся за тобой. Следуй за мной.
И опять он руководит мной, а я безропотно следую за ним во мрак.
Внутренняя часть этого места похожа на пещеру, и что-то очень похожее на металлические шкафчики для оружия располагаются по всей длине помещения по одной стене, с другой стены свисают ряды цепей и ограничителей.
Люк тянет меня за собой к самому ближайшему ряду шкафчиков, дверь, что он описал мгновение назад, на расстоянии всего лишь в несколько футов от нас, и всё же мы оба прячемся, когда слышим, что кто-то ещё заходит в комнату.
Одна пара шагов эхом вторит от бетонного пола, сопровождая единственного мужчину, когда он входит в поле нашего зрения.
Это не солдат и не наёмник. На нём дорогой, сшитый на заказ костюм, который едва сходиться на жирном пузе. Волосы на его голове сальные и седые, и пока он идет к месту, где мы прячемся, я вижу видную лысину, которую он бессмысленно пытается прикрыть тонкими седыми прядями.
«Богатый, но неотёсанный». Очевидно, у этого мужчины есть деньги, но совершенно нет лоска. Он выглядит на свои пятьдесят, и у него нет никаких видимых признаков оружия, что свидетельствует об его убеждённости — он считает себя здесь в полной безопасности.
«Но это не так».
Из своего кармана, он извлекает ключ и с издёвкой проводит им по двери, скрежет металла о металл отзывается эхом в комнате и извещает о его прибытии того, кто бы не находился внутри. Мужик тащится от этого. Даже в профиль, я могу рассмотреть вожделение на его дряблом лице, когда он поправляет свой член одной рукой в тот самый момент, когда другой мужчина открывает запертую дверь.