Чтение онлайн

–  Пард, - с трудом прохрипел Тир, то ли пытаясь позвать, то ли просто напоминая остальным о решении искать парня.

–  А где он?
– Еле слышно спросила Рыся, храбро пытаясь пошевелиться. Медленно, но целеустремленно ребята стали расползаться на поиски, уже серьезно озабоченные отсутствием друга. Кир с трудом вспомнил последнюю картинку, запечатленную в больном мозгу, и решительно поплелся к машине, на которую вскочил Пард.

–  Он тут, - попытался позвать Кир и закашлялся. Но ребята услышали. Сначала никто ничего не понял. Ноги Парда нелепо и неподвижно торчали из-под то ли одеяла, то ли меховой куртки, и не сразу до ошалевших от боли ребят дошло, что Пард придавлен какой-то тварью. Ослабевший еще больше от острого ощущения неотвратимости происходящего, Кирилл стал стаскивать неожиданно легкое, плоское, покрытое мягким нежным мехом тело монстра, порванного

почти напополам какой-то неведомой силой, пересказывая происходящее для Тира. Вряд ли это была работа Парда, поскольку сам Пард лежал в черной неприятной луже лицом вниз. Пришлось включить фонарик, чтобы определить, что случилось. Комбинезон на спине у парня был изодран, а кожа будто вспорота бритвами. Многочисленные раны, некоторые довольно глубокие, обильно сочились кровью. Хуже всего было то, что на шее Парда обнаружился укус длинными, тонкими, как шило, зубами, затрагивающий часть плеча. Только чудом была не задета сонная артерия, но кровь от глубоких прокусов обильно заливала лицо и шею. Травка, разом пришедшая в себя, морщась от слабости и непрекращающейся головной боли, принялась обрабатывать раны, убеждаясь, что все они, кроме укуса на шее, не глубокие. Пард дышал шумно и неровно, в себя не приходил, но явно был жив, и умирать пока не собирался. Кирилл вдруг понял, что теперь он - единственный зрячий мужчина в группе, Близнецы в расчет не шли, и теперь на нем большая ответственность. Он должен придумать, что делать дальше, но расплавленный чужим вмешательством мозг не желал соображать.

–  Кирилл, найди одеяло, или еще что-нибудь, на чем можно нести Парда. Отсюда нужно быстро уносить ноги. Твари могут вернуться, - голос Тира, к огромному облегчению Кирилла, обрел твердость и уверенность.

–  Здесь у Парда есть большой кусок брезента, - подсказала Травка. Рассматривая кучу шмоток, которую натаскал хозяйственный парень.
– Рыся, забери к себе в сумку второй комбинезон для Парда. Не везет ему с одеждой. Поспешно, поглядывая почему-то на потолок, собрали вещи, и вдруг Травка завизжала. У Кирилла сами по себе вывалились из рук банки, которые он впихивал в объемный рюкзак, а Трава, заткнув себе рот кулаками, рыдала навзрыд, не в силах сказать хоть что-нибудь членораздельное. Тир уже был рядом, обнимая трясущуюся девушку за плечи, а к Кириллу приткнулась еще ничего не понимающая, но уже плачущая от страха, Рыся. Кир присел, обнял девочку и дал ей уткнуться мокрым лицом к нему в плечо. Ничего не соображая, с надеждой глядел на Тира, который с неумелой нежностью пытался успокоить заходящуюся в рыданиях девушку. И какая-то уж совсем неуместная мысль крутилась у него в голове, что Тир наверняка влюблен в свою подругу, только не догадывается об этом. Кирилл никак не мог отделаться от неуместного любопытства и настроиться на что-нибудь деловое. Наконец, Травка, уткнувшись в Тира, почти выкрикнула:

–  Они - мертвые. Они оба - мертвые.
– Кирилла, как током ударило. Он осторожно отстранился от Рыси, посадил ее на только что упакованный рюкзак, и, как ему показалось, быстро пошел в сторону Травы и Тира. Слепой проводник уже присел над двумя, казалось, мирно спящими Близнецами. Но Кирилл уже видел по искаженным лицам, неестественно вывернутым шеям, судорожно скрюченным пальцам, что надеяться не на что. Принять близнецов за спящих, можно было только в таком состоянии, в каком они были сейчас. Оба брата были еще теплыми и мягкими, но уже обрели ту неподвижность, которая невозможна для живого, дышащего организма, наполненного движением крови, биением сердца, работой каждой живой клетки. Тир долго молчал, медленно ощупывая тела. Кирилл стоял сзади и тоже не знал, что сказать. Но беспокойство внутри перерастало в страх. Что бы это ни было, оно может вернуться.

–  Тир, нужно уходить, - наконец, сказал он, и плач девчонок, стихший было, поднялся снова.
– Давай их в машину закроем, здесь асфальт - могилу не выкопать.

Тир послушно поднялся и парни, потратив почти все оставшиеся силы, с трудом запихали трупы в бронированный фургон с деньгами, плотно закрыв дверцы. Теперь до умерших не доберется никто.

Нагрузившись, все четверо подняли брезент с тяжеленным телом Парда, и почти волоком потащили вдоль стенки, где и идти было легче, и где-то здесь находился желанный проход вниз.

Пард сидел у маленького вонючего, нещадно чадившего, костерка и жарил что-то малоаппетитное на вид. Со времени их последнего трагического приключения прошло почти четверо суток. Повязка на шее не давала двигаться свободно, и правая рука из-за этого действовала

плохо. Раны на спине довольно быстро затянулись и только немилосердно свербили, густо намазанные специфически пахнущим универсальным варевом Травки. Девушка поднаторела в поисках целебной плесени, а Тир весьма удачно охотился на мокриц, которые вдобавок к лечебным свойствам, были еще и вполне съедобны. Их не признавал за деликатес только Кирилл. Пард покосился в сторону. Трава опять сидела неподвижно уже несколько часов. Притихшая Рыся играла с крыской рядом, а Кирилл рассказывал очередную историю, стараясь хоть как-то разрядить обстановку. Все это время Трава молча и механически делала все, что нужно и застывала в тяжелом молчании. Попытки ее разговорить ни к чему не приводили.

Тир тоже ни на шаг не отходил от девчонок, держащихся вместе. Неутомимо и терпеливо он придумывал Траве занятия, впихивал в нее самые вкусные кусочки, таскал на охоту за мокрицами, что-то рассказывал, держа ее за руку и поглаживая светлую ладошку чуткими, шершавыми пальцами. Рыся просто была все время рядом с подругой, сидела, прижавшись к ее плечу, иногда целуя неподвижную щеку от избытка сострадания и заглядывала в потухшие глаза.

За эти дни Кирилл сильно сдружился с Рысей. Девочка, оставленная без внимания затосковавшей подругой, растеряно сидела возле нее, временами принимаясь тихо плакать. Кирилл сначала начал было рассказывать разные истории, услышанные в путешествиях с дядей, но потом с удивлением понял, что с начитанным ребенком просто интересно болтать. Она легко пересказывала почти дословно длинные тексты, у маленькой фантазерки были свои миры и сказания. И, в конце концов, оба изобрели и стали играть в ролевую игру, к которой, не выдержав, подключились Пард и Тир. Черные эльфы, тролли, маги и принцессы отвлекали ребят от ужаса произошедшего. Кирилл, целые дни посвящающий девочке, даже заплел ей целую кучу разноцветных косичек, порвав на ленточки одну из своих рубашек.

Пард, как только пришел в себя и немного оправился, изъявил желание снова полезть наверх и посмотреть, что же все-таки произошло? Аргументы у него были железными: нужно забрать автомат, в спешке брошенные вещи, не зря же столько собирали, и узнать, кто на них напал, а, главное, кто их спас. Ведь явно не они смогли, находясь без памяти, отразить нападение неведомых хищников. Как это ни странно, его никто не стал останавливать. Шок у ребят еще не прошел, и ожидать разумных решений, видимо, не приходилось. Тир сказал, что останется с девчонками, а Кирилл сам вызвался пойти с Пардом, не отпускать же его одного. Вот поправится немного, и пойдет. Раненому Парду все удивительно легко сошло с рук. Кирилла вот до сих пор еще пичкали мерзким целебным варевом, поскольку еще не все симптомы заболевания прошли. А, если честно, ребята просто хотели быть подальше от Травы, не умея помочь пережить это молчаливое слепое горе и страдая от этого.

Пард и Кирилл вернулись через пять часов, возбужденные, переполненные впечатлениями и страшно вымотанные. Они приволокли автоматы, найденные возле фургона, рюкзак с брошенными вещами и одну из напавших на них тварей, к счастью, оказавшейся легкой. Кирилл, кроме того, что тащил тяжеленный рюкзак, порадовал Рысю ее сумкой с бумагой, мелками и парой книжек, найденных в машинах. Это событие на некоторое время всколыхнуло всех. Рыся, расцеловав Кирилла от избытка чувств, достала драгоценную тетрадь, бережно высушенную после потопа и начала аккуратно добавлять чудовище в энциклопедию мутантов.

–  Размеры запиши, - подала голос сидящая на прежнем месте, но, видимо, заинтересовавшаяся, Трава. Кир и Рыся незаметно переглянулись и сразу засуетились. Тварь была крылатой. Растянув оба перепончатых кожаных крыла с острейшими когтями на верхнем суставе, длину определили в размах рук Парда, то есть, больше полутора метров. Морда чудовища была настолько страшной, что Пард не удержался и пугнул Рысю, от чего она взвизгнула и отшатнулась так, что уронила тетрадку и чуть не сбила с ног Тира. Общее молчание подтвердило, что шутка была крайне неуместной.

–  Да ладно, - беззлобно отозвался привычный к таким сценам непробиваемый парень и продолжил рассматривать тварь. Сплющенная слепая морда была смята и исковеркана природой во что-то, похожее на свиной пятачок, пострадавший при обвале. Безгубый круглый рот, открывавшийся в буквальном смысле слова до огромных тонких, складывающихся, как веер, ушей, был усеян острыми игольчатыми, но, как уже выяснилось опытным путем, не ядовитыми зубами.

–  Сколько же их там было?
– Прислушиваясь к красочному описанию, которое вслух составляла Рыся, и ощупывая тело мутанта, спросил Тир.