Чтение онлайн

Несмотря на то, что все порядком устали, на Манежной площади все-таки пробежались по ярмарке, наполняясь новогодним настроением. Купили очаровательных поросят ручной работы из дерева и вязанку аппетитных бубликов с маком — настоящий привет из детства.

Дома так тепло и уютно и хочется спать после морозца. Дети чистили зубки и умывались полусонные.

Уложив детей, Маша приняла душ и спустилась на кухню. Аромат мандаринового чая с легкой ноткой кардамона ласкал обоняние.

— Мальчики, какие вы молодцы. Я мечтала о чае с кардамоном и мандаринами.

— Воробушек, ты с чем будешь пить чай? — удивил

Машу вопрос.

— Ни с чем. Он и так прекрасен.

— А мы сделаем себе пару бутербродов и потом по бублику с маслом.

— Обжоры! — рассмеялась Маша.

Раздался телефонный звонок. Маша сняла трубку и услышала взволнованный голос Римаса.

— Да, мы уже дома. Недавно приехали. Мы с детьми были в торговом центре, потом в кафе и немного прогулялись по вечернему городу.

— Я понял, Машенька. Я сейчас подъеду к вам. А Мика у вас?

— Да, конечно. Ждем вас.

— Ваня, позвони охране, чтобы пропустили Римаса Александровича.

— Ну вы даете, молодежь! — еле сдерживал себя Римас. — Весь день не могу ни до кого дозвониться. А тут в новостях промелькнуло, что в ТЦ задержаны Олег Князев и Антон Широков, которые обвиняются в киднеппинге с целью вымогательства, незаконном ношении и применении огнестрельного оружия и распространении наркотиков. Вот скажите, что я должен был сделать в первую очередь?

— Пап, ты прав. Я должен был сразу тебе позвонить. Ты не поверишь, у меня и у Ивана сели телефоны. Иван только успел позвонить Ведерникову и трубка села.

— Я тоже виноват. Единственное, что оправдывает, это то, что мы старались быстрее увести оттуда детей. Потому что Нил, а следом за ним Саша заявили, что нязевского сына убьют 6 января. Мы поспешили сменить обстановку. Пообедали у Жени и потом повезли детей смотреть новогодний Питер. Конечно, я да и Мика собирались звонить тебе. Но не ночью же?!

— Ладно, будем надеяться, что наш юный ясновидец окажется прав.

— Римас Александрович, — подошла к столу Маша, — я заварила свежий чай с мандаринами и кардамоном. К чаю есть печенье. Вот бублики с маком на ярмарке купили.

— Ух ты! Бублики — это привет из далекого детства. Наливай, моя хорошая, чаю, — махнул он рукой. И к бублику масла, пожалуйста.

— Не буду вам мешать. Посмотрю, как там малыши. Они сегодня впервые были на такой длительной прогулке.

Мужчины засиделись допоздна. Перед тем как лечь спать, Маша еще раз зашла к детям. И очень вовремя. Оба малыша усаживались на горшки. Она уложила обоих, хорошо вымыла горшочки и вытерла насухо. Когда заносила горшочки в детскую спальню, услышала голос Мики, который спросил отца, было ли у него хотя бы раз желание переспать с другой женщиной. Сразу предупредил Римаса, что это все связано с новой книгой или сценарием. И хотя никогда не подслушивала чужие, тем более, мужские разговоры, все-таки остановилась в дверном проеме и прислушалась.

— После свадьбы — ни-ког-да! До Верушки у меня были женщины, но это срабатывала физиология, секс без обязательств и только с моими контрацептивами. Жизнь научила. К сожалению, в те 10 лет, когда искал ее, они тоже случались. Но как только мы встретились, у меня за все эти годы ни разу не возникло такой грязной мысли. Моя Верушка — это

мой свет, мой воздух. Чище и прекраснее для меня никого не существует.

— Знаете, недавно я набрел на очень необычные и интересные Правила трех вещей. Их автор Идрис Шах (писатель, мыслитель, духовный учитель) удивительно точно подметил, что есть всего 3 вещи, на которых построена вся наша жизнь:

•3 вещи никогда не возвращаются обратно: время, слово, возможность.

•3 вещи не следует терять: спокойствие, надежду, честь.

•3 вещи в жизни наиболее ценны: любовь, убеждение, доверие.

•3 вещи в жизни ненадежны: власть, удача, состояние.

•3 вещи определяют человека: труд, честность, достижения.

•3 вещи разрушают человека: вино, гордыня, злость.

•3 вещи труднее всего сказать: «Я люблю тебя», «Прости», «Помоги мне».

Правила простые, и есть над чем подумать.

Мика быстро вышел в интернет и перебросил ссылку Ивану.

— Да, пап, я о нем слышал. Он суфист. Эти правила хороши, но не все.

— Я согласен с тобой, Мика, — сказал Иван. — Со многим соглашусь. Но… Если это Правила, то они должны восприниматься, как некое предписание, устанавливающее порядок чего-либо. Согласен, что время, слово, возможность не возвращаются. Это абсолютная истина. Но смущают 3 вещи, которые не следует терять — это спокойствие, надежда, честь.

— Спокойствие — да! — продолжил Иван. Это важно. Сохраняя спокойствие, можно многого избежать. Честь — конечно, да! Она в поступках людей. Потеряешь честь — лишишься, если не всего, то многого. Но вот надежда меня смущает. Я бы заменил ее на веру. Вера — это прежде всего убеждение. Она здесь, в настоящем, а надежда — в будущем. Надежда тесно связана с ожиданием. И не факт, дождешься ли ты ожидаемого. Больше ждёшь — меньше получаешь, меньше ждёшь — больше получаешь. Принцип железобетонный! Неслучайно говорят: «На Бога надейся…»

— А верблюда привязывай, — заржал Мика. И они ударили кулак в кулак.

Хохотали долго все втроем. Римас был доволен. Парни молодцы. У них есть свои убеждения, принципы. За Ивана он не беспокоится. Римаса всегда удивляла эта схожесть Ивана с ним.

Но вот что делать с любовью Мики к Маше?.. Он ведь так страдает. А теперь, как выясняется, страдает еще и Мия, которая с детства вбила себе в голову, что выйдет замуж за Мику.

Сегодня днем они с Верой разговорились с Мией по поводу ее дня рождения. Все-таки 18 лет — это событие! Мия заявила, что отметит его с однокурсниками в клубе именно первого января, а потом пойдет к Мике объясняться в своей любви. И если он ее отвергнет, то она ляжет на снег во дворе и замерзнет. Они с Верой просто онемели. Внучка даже не стала их слушать. Единственный человек, которого Мия сможет услышать — это Маша.

Господи, Маше и так хватает забот со своей великолепной пятеркой, а тут еще наставлять нашу бестолковую внучку…

Маша не дождалась Ивана и крепко уснула с книгой в руке.

— Интересно, что же читает мой воробушек, — спросил он сам себя. Мелисса Кларк: «Ужин по-французски». А это что? «Нобелевский тунеядец» Игоря Ефимова. Это о Бродском. Ждал, когда появится в продаже. Начал читать, но что-то не зашло. Скорее всего, сумбурность подачи материала. Это раздражало. Все-таки надо будет дочитать, — сказал он сам себе.