Чтение онлайн

– все мужики сволочи, даже те, что кажутся идеальными, да, Маш?

– я сама виновата, я никогда не чувствовала того о чем ты мне говорила. Он не был влюблен в меня. И то, что произошло в горах было моей минутной слабостью. Мне было страшно, а он был рядом. Такой сильный, уверенный. Возможно, я никогда и не была для него важна. И это мне, его дружба и поддержка были необходимы. Может я вообще была обузой для него?

– да уж Маш, возможно конечно, только странно это как то, я видела, как он переживал и искал тебя, он просто задыхался от горя.

– для меня тоже многое загадка, но теперь это не важно, мы наших то мужиков понять не можем, где уж испанских разобрать.

Через пятнадцать минут она была на совещании. Настроение и без того было паршивым, а Маркус еще и свою подругу притащил, видимо не смог оставить одну дома. Она конечно осталась за дверью, но легче от этого Маше не стало.

Обсуждение гибели шестнадцатилетней Вики Ульяновой, было не долгим. Евгений отчитался о результатах вскрытия, тот же подчерк и способ убийства, не оставили сомнения, что перед ними,

тот же убийца. Было решено объявить жителям города, о маньяке, убивающим женщин. Решение далось не легко. Боялись паники, но не имея связи между жертвами они не могли предотвратить следующего нападения. Нужно было обезопасить женщин, хотя бы тем, что бы люди были осторожнее. Были конечно догадки, но никто так и не выдвинул серьезной версии. Девочка была очень молода, и не имела отношений с Костей, по этому предположение, что маньяк это делает из мести или убивает его бывших женщин, отпало. Единственное, что заметили все, так это сокращение времени между убийствами. Декабрь, март, июнь, август и сентябрь. Главная версия того по каким критериям он отбирает свои жертвы рассыпалась, и теперь все женщины попадали под угрозу. Маше стало страшно, и как бы ни противна ей была компания Маркуса, пришлось брести домой неподалеку. Перед ее домом он остановился и подошел

– Маша, ты прости меня, я должен был сказать, прости

Маша кивнула, не поднимая головы, и вошла в калитку, ком встал в горле. Вытирая слезы она подошла к двери и услышала радостный детский смех. «все наладится, все опять наладится, я справлюсь»- сказала она себе и открывая дверь..

42

ковчег

Он смертельно устал, раз за разом, отвоевывать людские души и сердца. У него было ощущение, что его предвыборная компания не закончится ни когда. И чем дальше он продвигался, тем сильнее становилось напряжение. Но впереди было еще одно сражение его жизни, и ему был нужен отдых перед этим рывком, что бы опять победить. Обложившись очередными отчетами, он сидел в кабинете. Дочка тихонько заглядывая за дверь, прошмыгнула к столу. Постояв несколько секунд и дождавшись пока он поднимет глаза, плюхнулась к нему на колени и спросила

– пап скажи, мы еще долго будем плавать на этом корабле?

– нет Танюша, осталось пара месяцев, к зиме мы высадимся в одном красивом городе и будем там жить.

– там есть люди?

– да дорогая, есть. Тебе плохо на ковчеге?

– нет папочка, просто очень хочется побегать по твердой земле.

– дорогая завтра же поедешь со мной в город ученых. Хочешь?

У девочки от восторга глаза стали огромными.

– да, да пап, конечно хочу, а Колю возьмем?

– ну если он захочет, обязательно.

Дочь пулей вылетела из кабинета, вереща от восторга. И как ему раньше не приходила эта мысль в голову. Все очень устали от затворничества на этом корабле. Нужно организовать экскурсии в научный городок, возможно, кто то, найдет себе применение и переедет. На Ковчеге совсем не осталось места. Многим мужчинам приходилось спать в проходах между каютами, личного пространства катастрофически не хватало. Люди стали раздраженными, а это всегда имеет негативные последствия.

С утра он собрал целую экскурсию желающих слетать на материк. Многие уже позабыли как выглядит трава и деревья, пыль и грязь дорог. Все были довольны, люди с удовольствием воспользовались возможностью обрести твердую почву под ногами. К тому же там была постоянная работа, школы, детские сады и больницы. Все что нужно для нормальной жизни. И хотя климат был более суровым чем на побережье, Россиян это не испугало, многие до катастрофы жили в куда более холодных областях. Земли было хоть отбавляй и были те кто с удовольствием остался. Тем более, что государство обеспечивало земледельцев зерном и другими культурами, а животноводов скотиной. Но пока, используя новые технологии, они занялись строительством своего жилья. До заморозков у них было еще пара месяцев и они торопились закончить и завести дома под крышу. Бригады строителей из научного городка взялись за дело и вскоре, появились первые домики. Пролетая над отведенным под строительство уделом, Александр думал о том, что жизнь продолжается, и каждый даже самый маленький росточек может положить начало великолепному саду. Но печальным было то , что он завидовал этим людям, и особенно, семьям. Его собственная неустроенность и одиночество, угнетали. Заводя очередные отношения, он надеялся, что вот она, та единственная, но наталкивался на стену непонимания и цинизма.

– послушай Генрих, я не могу понять, неужели я так поизносился, что женщин во мне интересует исключительно мое положение и достаток. Неужели, я уже не могу привлечь их, как то иначе?

– Саша, дело не в них, дело в тебе. Ты сам то, как на них смотришь и чего от них ждешь? Что бы, что то, получить, нужно хоть что то, отдать, но ты, только ждешь.

Пойми наконец, женщины, они как дети, не могут когда ими не восхищаются, и чувствуют искренность, как животные, тембр голоса. К тому же, ты заинтригован другой женщиной, и пока вы не встретитесь, и ты не разберешься в том, что чувствуешь к ней, ничего не выйдет.

Александр молчал. Он понимал, что старый друг прав, но что то изменить уже не мог. Каждый раз пробегая глазами по очередному отчету с побережья он ловил себя на мысли, что ищет ее имя. Будучи сильным и самоуверенным с детства, эта привязанность к чужому, постороннему человеку, причем даже ни разу не виденного им, пугала его. Порой он ощущал себя фанатом какой то поп звезды, понимая насколько это абсурдно .Он безумно боялся, что при встрече разочаруется, а мысль о том что не понравится ей он, его просто убивала. Но приблизить их встречу,

он не хотел. Он собирался быть во все оружии, когда прибудет на побережье.

У этих людей ,не должно остаться, ни каких сомнений в необходимости их дальнейшего совместного существования. Для этого ему помимо этих новейших болидов, нужны технологии строительства, заводов, цехов по производству всевозможного товара и оборудования. Он должен быть готов к любому вопросу и его ответ должен быть сильно впереди любого другого решения. Этот континент целиком должен принадлежать ему, и не силой и страхом, а превосходством и потребностью в нем, и его идеях. Когда он очнулся от своих раздумий, иллюминатор зиял черной дырой. Нужно было ложится спать.

43

побережье

Заканчивался октябрь, холодные ветра и проливные дожди все чаще заставляли кутаться в плащи. Урожай собрали, расселили всех прибывших, по домам. Создали одну общую армию. Основным государственным языком признали русский, но в школе сделали обязательным изучение испанского и английского. Регулярное патрулирование близлежащих вод, привело к ним в порт еще несколько потрепанных суденышек. Как то пришла небольшая группа людей с детьми с самого континента. Оказывается их координаты, они услышали по радио, конечно это выглядело странно, но Маша уже давно перестала задавать себе подобные вопросы. Население увеличивалось. Время шло, люди привыкали и обживались, пропуском для проживания в городе становилась клятва в верности законам и конституции, принятым в этом маленьком государстве. Церемония проходила очень торжественно. Приносящие клятву произносили выученную речь в центре площади на трибуне, клали руку на свежеотпечатанную книгу и клялись в верности соблюдения всех созданных законов города Росы, после чего раздавалась барабанная дробь и залпы оружия. Маша очень надеялась, что эта, возможно, пафосная наигранность, заставит людей помнить о клятве, и стараться беречь этот зыбкий мир. К концу месяца протянули электричество, его мощность была не высокой, но на больницу, детский сад и школу вполне хватало. Многие продолжали заниматься собирательством. Поспели овощи, грибы и поздние дикие ягоды, выросла картошка. Маша старалась увеличить свои запасы максимально, что бы в последствии иметь возможность выменивать муку на мясо, ягоды на масло и дожить до нового урожая ни в чем не нуждаясь. Больше всего она боялась голода. В городе не было денег, был открытый базар, Маша не знала плохо это или хорошо, но пока всех устраивал этот спонтанный обмен продуктов и услуг. Она доделала сарай рядом с баней, утеплила его и даже поставила буржуйку, на случай суровой зимы. Перевела туда козу Лизку. Все лето она свозила сено и дрова, и очень надеялась, что теперь достаточно, но по привычке продолжала носить ветки и сухие бревна. Маша никогда не жила в деревне и понятия не имела, что такое топить печь или держать скотину, но причудливая жизнь вела их по своему сценарию. Она поставила ставни на окна и вторые укрепленные двери на тамбур. Страх подгонял к обороне, и Мария запаслась оружием. Морозов еще не было, но буйство природы угасло, и частые моросящие дожди возвещали о пришествии осени. Все шло своим чередом, степенно и размеренно. Подруга Маркуса, ходила перед Машей задрав нос, та старалась не обращать внимания, но ночами горько плакала, ругая свою одинокую долю и себя. Катя сдержала слово, и их общение с Даниель теперь перешло исключительно в дом к Маше. Часто приходил Улисес, но она не могла ответить на его немой вопрос, только гладила по голове. Кормила пирогами и повторяла , что все образуется. Она занимала себя с утра до ночи работой лишь бы не думать о том, что несчастна, и так преуспела в этом, что просто падала от усталости в кровать и засыпала. Конечно, Маша понимала, что никогда не любила по настоящему ни Костю, ни Маркуса, хоть и считала их очень привлекательными мужчинами, только ни один из них, так и не сумел зацепить ее сердечко, но то, что все вокруг устраивали свою жизнь, сводило ее с ума. Маша часто смотрела на себя в зеркало. Да, она все еще была хороша, и видела , как смотрят на нее мужчины, но заводить отношения с кем либо из них, совсем не хотелось. Она упрекала себя за то, что как и в юности, ждет принца на коне. Это было глупо, но видимо иначе, она не умела. Тратить себя на пустое, совсем не хотелось. Тем более, что однажды принц уже пришел и у нее было с кем сравнить всех этих героев, что жили с ней в городке. Катя подрастала, и поведение матери оставит отпечаток на ее поведении в дальнейшем, и возможно сформирует ее линию в жизни.

Проснувшись, однажды утром, она увидела в окне хлопья снега, огромные, сотканные из миллиона снежинок ,они кружились медленно и величественно. Они показались ей прекрасными. Была суббота, шесть утра. Катю не нужно было вести в садик, Маша не стала будить ребенка в такую рань и оставила ее спать, а сама решила, насладится, столь приятным зрелищем. Одевшись, она вышла на опушку, ловя снежинки в ладошки, и запрокидывала голову, как в детстве. Раскинув руки в разные стороны она смотрела глубоко в небо и пыталась разглядеть начало появления столь удивительных созданий, она как и в детстве находила это мерное кружение волшебным. Стояла тишина. Она помнила, что во время вот такого снегопада всегда была тишина, а небо имело какое то розово -серое свечение. Маша кружилась, закручивая снежинки в свой танец, и даря им еще несколько секунд, прежде чем они упадут и растают, на еще не до конца остывшей земле. Она вспомнила себя маленькой девочкой идущей из школы с ранцем на спине, ощущения были столь похожими, что закрыв глаза картина прошлого заполнила виденьями ее память. Резко наткнувшись на неожиданное препятствие, она очнулась от своих грез. Перед ней стоял Синицын. Он появился будто из ниоткуда, минуту назад его еще не было и вот он рядом. Маше стало, как то не по себе.