После Исхода
Шрифт:
Когда надоест кататься с роботом — новоявленный любитель остренького впервые включит адаптивное управление и попытается внести в процесс хоть немного самостоятельности. Уровень адаптации компьютерного привода позволяет плавно изменять степень свободы в маневре — когда именно подключится автоматика и выправит ситуацию.
В низком режиме — байкер самостоятельно может лишь слегка менять положение в струе. В высоком, без робота — вполне может разогнаться до скорости четыреста метров в секунду. И, например, размозжить себя о неожиданный сталактит, делящий поток
Как говориться — полная свобода выбора.
И тогда вы откроете для себя главную прелесть пневмогонок. Совершенствование ездовых навыков может превратиться в смысл юношеского спортивного бытия. Вы будете сгонять пот в виртуальных тренажерах-симуляторах, чтобы затем, на каникулах или выходных — оторвать душу на треке.
И обязательно начнете участвовать в рейтингах, заездах, группироваться с единомышленниками, и с замиранием сердца ждать ежемесячных соревнований.
На выбор — фристайл, короткий трек, длинная трасса. Можно командой, при желании — индивидуально.
Вот вы и попались. Трек занимает все свободное время, здесь ваши друзья, интересы и всецелое времяпровождение. Ничего плохого, если бы не риск при каждом заезде — когда молодой ухарь в очередной раз преодолевает себя и понижает планку автоматики. Так быстрей и круче, можно удивить девчонок знаменитым пренейским винтом, когда байк становится вертикально и, словно веретено, эффектно раскручивается в потоке, переливается в лучах брильянтами невидимых мельчайших капель.
И все это — на скорости метеора.
Когда, наконец, родители найдут управу, или вы сами, повзрослев, вдруг задумаетесь, что лучший приятель сломал в прошлом году хребет не во славу свободы, а навсегда — вы перестанете гонять. Но долго еще заставкой вашего инфополя будет красно-коричневая планета с медалью, а электронная почта — подписываться трековым прозвищем. А уж болеть по телику за любимую команду вам прописано на всю оставшуюся жизнь, тайком, по ночам, включая развлекательный гипер-канал.
И будете промывать мозги чадам, что, дескать, отлично их понимаете, сами делали глупости, но вы же более современные дети, значит — более умные, и осознаете, какой риск гонять на байке. И не рассказывайте, что автоматику не отключаете — знаем, знаем… вот, помнится, случай был…
Мне и здесь не повезло. Лонни горько улыбнулась. Отец, кажется, в юности не гонял.
Флостерс вонзил телеса в узкое жерло посадочного люка и покинул тесный тягач в крайней степени раздражения. Из экономии его таким делают, что ли? Трястись по нескончаемым ухабам в свернутом в три погибели положении — выше всяких сил. Обратно пешком!
Суставные усилители завибрировали, приняв возросший вес немаленького человека.
— Рад приветствовать, губернатор! — Фигура в белом гермокостюме отделилась от тусующей толпы.
Надо лбом зажегся экран, спроецированный лазерным лучом на сетчатку так, чтобы можно было видеть изображенное, чуть подняв взгляд кверху. Губернатор дернулся от неожиданности — экспедиционные костюмы прежде ему носить не приходилось.
— Радуюсь вашему доброму здравию, мистер Император… — Флостерс сообразил, что в ответ видно и самого, быстренько прибрал с физиономии ошарашенное выражение и приподнял губы в дежурной улыбке.
— Приятно… Путешествие доставляет массу новых эмоций? Как-то мы с вами запылились в синтетических мирах, не находите? Приятно иногда размять косточки. — Флинн явно издевался, в прищуре гуляла плохо скрываемый сарказм. Губернатору с трудом удалось сдержаться.
— Да, господин Император, вам прогулка подвластными территориями давно показана. — Флостерс придал тону слащавость и откровенное хамство растворилось в подобострастии.
— Как и любому из нас. — Император нахмурил брови.
— Вот-вот. На Строгг обязательно слетайте. Только непременно с охраной. Чтобы подданные не задушили в объятьях любви. Прочувствуете правдивость рейтингов. — Губернатор мигал невинными глазками,
Император переменился в лице. Хоть потроха жирдяю отдай — благодарен не будет. Мерзкая личность. Где Донован? Нет сил общаться с ублюдками.
— Располагайтесь, господин Флостерс. — Император махнул в сторону ложи для особо ценных приглашенных. — Любуйтесь пейзажем. Скоро начнем…
Флинн вырубил видеосвязь и демонстративно повернулся спиной к политическому оппоненту.
Впрочем, опытный бюрократ унес центнерную тушу до момента, когда оборот царственной особы стал бы проявлением неуважения. Изящно разошлись, обменявшись улыбками, давние знакомые.
Ужас, как идти-то тяжело… Пятикратный вес, говорят. Интересно, без силового компенсатора и гавиподдержки сердца с легкими — сразу дуба дашь?..
Луи Флостерс — губернатор трех секторов дальней вселенной и пяти звездных систем Конфедерации, главный претендент на империрующую должность и олигарх, контролирующий четверть звездной армии — уселся в центре первого ряда специальной зрительской ложи и выпрямил ноги.
А что, ничего так, пейзажик. Даже красиво.
Зрители расположились на торовидной возвышенности, резко выделявшейся посреди равнины. Вид был столь непривычен изнеженному городскому оку, что первые минуты туристы, заняв место в зрительном зале, проводили в созерцании величия природы и сложносоставных эмоциях «о вечном».
Равнина, испещренная изломами, кратерами и вполне рукодельными воронками с обожженными краями убегала в голубую дымку, прочерченную смутными силуэтами скал. Ослепительно лазурный горизонт размывался вверх белым, чтобы на трети подъема перейти в черную бездну космоса с тьматысячей звезд, громадным небесными телами в зените и ярким термоядерным излучением звезды, пытающейся пробиться сквозь пласты Лабиринта Копей.
Температура поверхности подымалась вслед за светилом, засвежел ветер и вихри мельчайшей перистальтической пыли заструились потоками, разбиваясь о края преград, устремились вверх дивными фонтанами вместе с газовыми гейзерами повсюду из разломов.