Чтение онлайн

– Но я хочу видеть моего сына…

– Сергей, не тешь себя надеждой… Тебя он не помнит и не знает, и лучше ему не знать… Теперь он Александр Жак, - она остановилась, лицо её указывало на острое желание закончить этот мучительный для неё разговор. – И не пытайся шантажировать нас своим отцовством. Иначе полиция узнает, что ты оборотень… Прощай. Не нужно со мной искать контактов.

Карина резко встала и энергичной походкой направилась к дому. Сергею стало не по себе, как и в первый раз, когда он здесь увидел её. Только сейчас его иллюзии были развеяны окончательно, и он поспешил уйти из этого кафе, с этого бульвара, где сам уличный гул, свинцовые рельефные фасады и всё, даже камни мостовой, враждебно

напирали на него и олицетворяли самую горькую катастрофу его жизни.

Вернувшись в гостиницу после сокрушительной встречи с Кариной, Сергей заказал в номер роскошный ужин с лучшим шампанским – так он надеялся облегчить боль разбитой надежды, а заодно облегчать боль разбитой надежды, а заодно торжественно распрощаться с прошлым. Он был молод, богат, и будущее казалось ему безоблачным.

От шампанского и изысканных блюд французской кухни он ощутил, как прошлое отстранилось от него. То оно казалось ему фильмом, события которого лишь забавно будоражили или сладко тревожили любовными воспоминаниями, то удачной карточной игрой, где у него оказался счастливый козырь и он вовремя покинул её с баснословным выигрышем. О других игроках он вспоминал чаще с насмешкой, он мог бы и сожалеть о некоторых из них, если бы не тень презрения или убеждение, что они стали жертвами собственной же жадности. Другой дело он – баловень судьбы, Иванушка-дурачок, игравший с великодушием, не целясь сорвать весь куш, шутя и повесничая, или же по необходимости, чтобы не пропасть. Но теперь он не будет играть в эти игры, он начнёт новую жизнь.

В этом приподнятом настроении он провёл пару часов, прошедших для него совсем незаметно, однако утомился и прилёг на диван, включив телевизор. Сытая и пристойная жизнь французов, как и вообще европейцев, где расчётливость присутствовала даже в удовольствиях, занудных, но самодовольных, и по большому счёту одолеваемых скукой, показалась ему до боли чужой и пошлой. Здесь, видно, давно отвыкли от риска, дух предпринимательства напоминал чопорную методичность, обставленную множеством условностей, буква закона чтилась настолько, , что раздражала безалаберную, но всё же щедрую натуру русского человека. Здесь ценилась игра тщеславия, а не восторг дружеских отношений, и, видно, за нравами цивилизованного стяжательства здешние люди утратили способность к настоящим страстям, а их внешний лоск – формальная сторона жизни, бессодержательной, полировка упорядоченного мещанства с его умеренным довольством и заурядным преуспеванием.

Сергею стало тоскливо и тревожно. Что он будет делать в этом чужом мире? Продолжать жизнь рантье? Такая жизнь его не устроит. Ему нужна острота ощущений, ожидание успеха, взлёты и падения – именно это и означало для него жить. Однако он уже знал, что многие новые русские, начав своё дело на Западе, прогорали. Где гарантия, что он окажется удачливее их? Терял он и былую уверенность, что мафия не отыщет его, поднимись он со дна и начни новую деятельность. Он слишком на большую сумму нагрел их, чтобы они забыли о нём, да ещё и сдал их босса. Его опасения подтверждались и тем, что дело Базанова, за ходом которого он внимательно следил по всем информационным источникам, стало, по всей видимости, разваливаться. Отечественной судебной системе этот денежный коррумпированный мешок оказался не по зубам. Совсем скоро его могли выпустить, и тогда его организация обретёт новое дыхание. Они снимут с него шкуру.

И тут Сергея

осенило: а что, если пойти с ними на контакт, обещая вернуть им их деньги? В конце концов, всё выглядело так, что он просто увёл их средства за границу столь оригинальным способом, и к тому же очень своевременно, избавив их от необходимости делать это самим, когда они уже были под колпаком у следственных органов. Он спас их капиталы, а заодно и их самих от карающей длани закона и соперников. Правда, значительная часть капитала была истрачена, но всё можно поправить, если выгодно инвестировать оставшуюся часть, а это он умеет лучше, чем кто бы то ни было из окружения Базанова. Так что как ни крути – они без него не обойдутся. А то, что он их сдал, поди докажи – материалы в прокуратуру были присланы анонимно.

Обнадёженный этой мыслью, он обдумывал, как связаться с людьми Базанова. Именно сейчас было подходящее время, пока босс не оказался на свободе, ибо после этого поступок Сергея означал бы «идти на попятную», выдавший бы не его хитрость, а уже его трусость.

Решив взяться за эту проблему с завтрашнего дня, приятно утомлённый роскошным ужином, Сергей спокойно задремал перед включённым телевизором. Очнулся он от негромкого, но уверенного стука в дверь, подумав, что это официант, принесший счёт и намеренный убрать со стола. Сергей небрежно повернул диск замка, и тут – сильный и резкий толчок двери, от которой он беспомощно отпрянул. Плечистый молодцеватый визитёр был один и сразу запер за собой дверью Округлое славянское лицо и невозмутимый, но цепкий взгляд говорили, что это свой, той есть русский, а натренированная фигура и высокий рост – что он костолом, и скорее всего от бандитов.

Сергей проклял себя за неосторожность и вспомнил о маленьком «кольте», лежавшем в дипломате, но дипломат-то далеко, в спальне. Спохватился – да поздно. Впрочем, непрошенный гость вёл себя на удивление миролюбиво, не как посланник от мафии. Да и то, что он явился один, тоже казалось странным.

– Садись, - сказал он негромко и сухо, указав на кресло.

– Как же вам удалось меня выследить? - спросил растерянный Сергей.

Севший напротив гость метнул в него острый взгляд исподлобья.

– Это было нетрудно, - ответил он приглушённым баритоном. – Тебе привет от Ольги Николаевны.

Лицо Сергея неудержимо вытянулось.

– Нет, я не от Вовчика, - невозмутимо объяснил собеседник. – Но не исключаю, что и его люди уже знают, где ты. Сейчас, вероятно, они следят за входом в отель и готовят твоё похищение. Они бы уже выкрали тебя из номера, но здесь хорошая охрана.

Сергей изобразил радостное изумление, но мысленно готовился определить, не подстроили ли ему хитроумную ловушку. Зачем Ольге спасать его, когда он сделал ей столько худого? Неужели её чувства к нему сохранились? Но если даже это верно, то как ей удалось организовать слежку за ним с той быстротой и оперативностью, которая под силу или очень крутой мафии или спецслужбам? Визитёр обладал хорошей интуицией и, уловив следы его мыслей, спешил рассеять подозрения:

– Если ты не веришь мне, то можешь позвонить Ольге. Она ждёт твоего звонка.

– И всё же, как ты меня отследил? – Сергей не торопился идти у него на поводу.

– Одни знали наверняка, а другие подозревали, что ты жив. Ольга и Карина ждали твоего появления, впрочем, как и люди Базанова. Они всё это время пасли Карина, и её сотовый телефон был на прослушке. А когда твой друг позвонил ей и предложил встречу, они знали, что речь пойдёт о тебе. Но на встречу ты явился собственной персоной. Ну а дальше – дело техники. Я час назад поселился в этом отеле и определил, под каким именем ты проживаешь. Для профессионала, это не составляло особого труда, - с некоторой гордостью заявил собеседник. – Я перехватил встречу с тобой, иначе – сам понимаешь…