Подарок
Шрифт:
В четверг вечером Ярдли застала Селину только что вернувшейся из магазина.
— Купила материи, чтобы сделать Кэйси костюм для Дня Всех Святых, — сообщила она, доставая из сумки отрез оранжевого шелка в рубчик.
— Собираешься сама сшить ему костюм? — спросила Ярдли, огорченная тем, что Селина не позволила ей купить малышу готовый костюмчик.
Но Кэйси, в конце концов, не ее ребенок, а дитя Селины, так что не ей решать проблемы, связанные с его развлечениями.
Доставая из пакета выкройку, Селина сказала:
— А почему бы и нет? — Потом
— Прекрасно, — отозвалась Ярдли. — Дай мне только минут пять, я переоденусь.
Она пошла к себе и сменила строгую одежду, в которой была в городе, на старые джинсы, давно уже предназначенные только для дома, и свободный пушистый свитер.
Когда она вернулась, во взгляде Селины промелькнул чертик.
— Тебе я тоже кое-что купила. Сюрприз. Пойди поищи в ванной.
— Ну к чему это, Селина! У меня же все есть. Зачем ты тратилась?
Однако Ярдли все же заглянула в ванную и разразилась смехом при виде сюрприза — коробки с презервативами, возлежащей на полке среди бесчисленных баночек с кремами и флаконов с краской для волос, принадлежащих Мими.
Спустившись вниз, она спросила, уперев руки в бока:
— Надеюсь, ты хоть немного смутилась, покупая сей продукт в столь больших количествах? В таком случае, ты за свой подвиг заслуживаешь благодарности, сестричка.
— Да чего мне было смущаться, я ведь не для себя покупала. Ты же знаешь, я завязала с мужчинами. Так что я объяснила им там, что покупаю это для тебя.
— Ну, спасибо, Селли, удружила! Однако зря старалась, ты ведь видишь, Саймон с прошлого воскресенья ни разу не появился. Впрочем, меня это мало волнует.
— Да он появится, не переживай. Этого мужика надолго не хватит, даже если он и пыжится, внушая себе, как он счастлив, пребывая в гордом одиночестве. Вот посмотришь!
— Даже если он и появится здесь, я вряд ли выбегу ему навстречу с распростертыми объятиями. Его тут никто не ждет.
— Ладно, чего там загадывать, дорогуша. Как будет, так и будет. Я уверена, что все у вас кончится хорошо.
Ярдли повернулась к сестре.
— Действительно, давай оставим эту тему. Скажи-ка мне лучше, с каких это пор ты завязала с мужчинами? Знаешь, ведь мы не говорили с тобой по душам с тех пор, как ты последний раз была здесь. Рассказала бы, где была, что делала. Мне ведь твоя судьба не безразлична.
Прикусив нижнюю губу, Селина покачала головой.
— Ни о чем я не хочу рассказывать. И прошу тебя, ради Бога, не жалей меня. Я заполучила своего Кэйси и совершенно счастлива. Гляди, какой он у меня удачный вышел.
Ярдли внимательно посмотрела на сестру и заметила, что, несмотря на гордо расправленные плечи и бравый вид, глаза у той исполнены неподдельной грусти. Как, должно быть, она одинока, и как это ужасно — сильно любить кого-то, зачать от него ребенка, а потом растить этого ребенка
Глубоко вздохнув, Ярдли сказала:
— Ладно, пойду займусь с Кэйси, а ты принимайся за свое шитье. И все-таки, Селина, хочу тебе сказать, что, как бы ни было тебе сейчас плохо, пройдет время и настроение твое изменится. Я слишком хорошо тебя знаю, чтобы поверить, что ты до конца жизни хочешь остаться одна. Да, вот еще что, пожалуйста, убери из ванной эту коробку, пока не вернулась Мими.
— Почему ты так боишься, что она обнаружит у тебя явные признаки личной жизни?
— Единственный неблагоразумный поступок — это еще не личная жизнь, Селли. А если я действительно встречу кого-то и полюблю, то, думаю, Мими только порадуется за меня.
Но при этом Ярдли с печалью подумала о том, как далека будет Мими от радости и ликования, узнав, что ее внучка полюбила человека, который одним своим существованием несет угрозу благоденствию их семьи и фирмы.
Глава 8
— Ну, держись! — крикнула Ярдли, преследуя Кэйси, пинающего футбольный мяч.
Кэйси, хохоча, вновь ударил по мячу. Ярдли схватила племянника и покатилась с ним в листья.
— Я победил! Я победил! — восторженно вопил он.
Лежа на спине в шуршащих листьях, Ярдли вдруг перестала смеяться, заметив незнакомый ржаво-красный грузовичок, направляющийся по подъездной дорожке к дому. Она выпустила Кэйси и села, стряхивая кусочки ломкой сухой листвы со своих джинсов. Мальчишка тянул ее за рукав свитера.
— Давай еще иглать, Ялдли! Хочу еще иглать!
— Постой-ка, детка, — сказала она, вновь посмотрев в сторону дома.
Лицо Селины появилось в окне второго этажа и тут же мгновенно исчезло. Ярдли бросила взгляд на старенький пикап и с удивлением спросила себя: неужели ее сестра ожидает гостей? Когда она вновь посмотрела на окна дома, Селины ни в одном из них не было видно.
Ярдли встала. Пикап, дребезжа и завывая, подъехал к парадным дверям и остановился. Номера, насколько она могла видеть, явно были выданы в другом штате. Взяв Кэйси за ручку, она сказала ему, что им пора домой.
— Хочу иглать! — заявил он с обезоруживающей улыбкой.
Но ему пришлось смириться, что он и сделал, ибо опыт его недолгой жизни подсказывал, что взрослые далеко не всегда считаются с его хотеньями. Ярдли, ведя его за руку, направилась к грузовичку.
Человек, который выпрыгнул из кабины, показался ей огромным как медведь, хотя был всего лишь на несколько дюймов выше ее. Его прямые соболино-темные волосы спадали на шею, обут он был в грубые башмаки, а одет в линялые джинсы и расстегнутую зеленую фланелевую куртку, под которой виднелась белая футболка. С его могучей шеи свисал на серебряной цепочке кулон в виде наконечника стрелы, а закатанные по локоть рукава открывали коллаж из татуировок, проглядывавших сквозь темные волоски мускулистых рук.