Чтение онлайн

Бейдр — никогда.

Джордану разбудило жужжание электробритвы. Сквозь открытую дверь ванной комнаты виднелась фигура Бейдра перед зеркалом, с полотенцем вокруг бедер. На его лице было знакомое сосредоточенное выражение: обычно процедура бритья полностью концентрировала на себе его внимание.

Джордана села и потянулась за сигаретой. Это былстранный уикэнд. Странный потому, что временами к нимкак будто возвращалась прежняя близость. И все-таки каждый

раз какое-нибудь неосторожное слово нарушало очарование.

За это время они дважды занимались любовью. В первый раз Джордана сама все испортила, попросив сделать ейбольно. Эта просьба, высказанная в самый неподходящий момент, оттолкнула Бейдра.

Второй раз они были вместе вчера вечером, после тогокак выкурили по пахитоске, приготовленной Джабиром. Наэтот раз Джордана была готова отдаться—душой и телом. Гашиш помог ей расслабиться, сделал ее тело податливым, сердце покинула обида. Хотелось любить безыскусно и нежно. Она мечтала, чтобы Бейдр снова стал таким, как тогда, когда они только познакомились.

Но из этого ничего не вышло. Он грубо ворвался в нее. Три яростных толчка—а после четвертого все уже было кончено. Пораженная стремительностью акта, Джордана уставилась на мужа. Лицо Бейдра оставалось бесстрастным, словно ничего не случилось. Она не заметила ни радости, ни простого удовлетворения.

В следующее мгновение он сполз с нее, перекатился насвою сторону постели и тотчас уснул. Джордана долго лежала без сна и вспоминала, как он впервые овладел ею безлюбви, заставив ее почувствовать себя чем-то вроде урны. Он дал понять, как оно будет впредь, и так оно и было — вплоть до этого уикэнда.

После своего первого провала Джордана надеялась, что они еще наверстают упущенное — в следующий раз. Ничего подобного. Чего бы он ни ждал от нее в начале уикэнда, время ушло, и неизвестно, будет ли у нее следующий шанс.

Бейдр вышел из ванной, весь мокрый, и обыденным голосом сообщил:

— Сегодня вылетаем в Лос-Анджелес. Каковы твои дальнейшие планы?

Он снова вел себя так, словно они были чужими!

— Я была счастлива видеть тебя, Бейдр, — произнесла Джордана. — Буду с нетерпением ждать следующей встречи.

На его лице отразилась тревога.

— Что ты сказала?

— Ничего. У меня нет никаких особых планов. Было бы неплохо, если бы ты смог навестить детей. Они не видели тебя все лето и страшно соскучились.

— Мне некогда, — холодно ответил Бейдр. — Есть много срочных дел. Кроме того, этой осенью придется провести некоторое время в Бейруте. Самое меньшее шесть недель.

— Им бы хватило несколько дней.

— Я же сказал, что не могу, — раздраженно ответил он и, подойдя к комоду, достал рубашку. — Возможно, мне понадобится сразу лететь в Японию.

— Никогда не бывала в Японии. Говорят, там восхитительно.

Бейдр спокойно застегивал пуговицы на рубашке.

— Токио — настоящий сумасшедший дом. Дикое уличное движение, и всюду столько народу, что нечем дышать.

Джордана

сдалась. Он не нуждается в ее обществе.

— Пожалуй, задержусь в Лос-Анджелесе на несколько дней. Пообщаюсь со старыми друзьями, а потом, наверное, съезжу на денек в Сан-Франциско, повидаю родителей.

Бейдр натянул брюки.

— Неплохая идея. Только постарайся вернуться во Францию в начале следующей недели. Я не хочу, чтобы мальчики долго оставались одни.

Хорошо, — сказала она и подумала: вряд ли можносказать, что они одни — на попечении няни и четырех телохранителей.

Зазвонил телефон. Бейдр снял трубку и удовлетворенно кивнул.

— Отлично, Дик. Позвоните на борт самолета и скажите, что мы вылетаем сразу, как я доберусь до аэропорта. — Он положил трубку. — Я должен немедленно лететь в Токио. Можешь еще пожить в бунгало, если хочешь.

— Вот и чудесно.

— Юсеф сейчас здесь, он должен встретиться с Винсентом. Обращайся к нему, если что-нибудь понадобится.

— Спасибо.

Бейдр сунул ноги в туфли и направился к двери.

— Как долго ты будешь собираться?

— Совсем недолго.

Он кивнул и вышел. Некоторое время Джордана неподвижно сидела на кровати. Потом погасила сигарету, встала и подошла к зеркалу. Сбросила халат и придирчиво осмотрела свое нагое тело.

Внешне она ничуть не изменилась. Может быть, только груди после рождения детей стали немного полнее, но форма осталась безупречной; упругие мышцы рук и ног напоминали о годах ее юности. Можно бы радоваться, но радости не было. Богатство и связанный с ним комфорт—еще не все. Джордана хотела жить, а не стоять на месте и терпеливо ждать, пока до нее снизойдут. Воспользуются и выбросят за ненадобностью.

В спальне Юсефа зазвонил телефон. Юсеф не пошевелился, надеясь на то, что позвонят—и успокоятся. Он чувствовал себя выжатым, как лимон. Юный американец, которого он встретил вчера в баре «Когда стемнеет», довел его до изнеможения. Мальчишка оказался ненасытным. В конце концов, совершенно измочаленный, Юсеф дал ему пятьдесят долларов и отослал прочь.

Тот посмотрел на пятидесятидолларовую бумажку, потом на Юсефа.

— Мне еще позвонить?

— Я уезжаю. Утром.

— Я бы хотел снова увидеться с тобой.

У Юсефа не было ни малейших сомнений в том, что насамом деле он жаждет вновь увидеть пятидесятидолларовую ассигнацию.

— Я позвоню, когда вернусь.

— У меня нет телефона, но ты можешь оставить сообщение у содержателя бара.

— О’кей.

Юноша отвалил, а Юсеф погрузился в мертвецкий сон. И вот теперь этот чертов телефон никак не хотел оставить его в покое. Если бы еще Бейдр находился в городе, но он улетел в Японию.

Телефон в спальне умолк, но зато раздался требовательный звонок в гостиной. Юсеф зарылся с головой в подушки и попытался снова уснуть, однако не прошло и несколько секунд, как вновь заверещал аппарат в спальне.