Первопроходец
Шрифт:
— Ох, господин, там такие силы, что нам и не снилось. Взять хотя бы Единение — это союз самых древних рас Содружества. Говорят, их старейшины помнят ещё времена до прихода Сопряжения, но, как по мне, это сказки.
Гид нервно оглядывается по сторонам и продолжает полушёпотом:
— А ещё есть Хранители Равновесия. Настоящие фанатики. Следят, чтобы никто не нарушал законы и правила Сопряжения. Если кто-то идёт поперёк его воли, Сопряжение частенько посылает их разобраться с штрафником, если не хочет воздействовать напрямую. Связываться с ними — себе дороже.
— И получат семьдесят девственниц?
— Что? — таращит на меня глаза собеседник.
— Что? — отвечаю ему невинной улыбкой.
Качнув головой, он нервно облизывает губы и продолжает:
— Но есть и другая сила, с которой все считаются — Симмахия. Это альянс самых воинственных держав.
— Прямо как кселари?
— О нет, эти держатся наособицу. Они ни с кем не могут ужиться. Насколько мне известно, они даже на заседаниях Содружества толком не принимают участия. Их Представитель просто следит за происходящим, но не голосует и не участвует в обсуждении.
Джазаар судорожно сглатывает и на миг прикрывает глаза, будто собираясь с духом.
— Ну и последние — это Триумвират. У них во главе стоят три искусственных интеллекта, а представители этой фракции предпочитают усиливать себя имплантами.
— Звучит похоже на Пожирателей Света.
Недавно гостившие у нас на Земле…
— Да, этот клан является частью Триумвирата.
Гид замолкает и опасливо косится на меня, словно боится, не сболтнул ли лишнего. Я задумчиво потираю подбородок. Похоже, в политику Содружества лучше не лезть без крайней нужды. Там фриков, пользуясь коронным выражением отца, как говна за баней.
— Что ж, Джазаар, спасибо за ликбез. Будь добр, дождись у Телепортариума моего спутника, и проводи его к нам.
Расплатившись, покидаю его и возвращаюсь в выделенное нам жилище. Несколько часов занимаюсь тем, что исследую его, пытаясь отыскать всевозможные жучки, закладки и тайные ходы.
А вечером появляется Шелкопряд.
— Дело сделано, — лаконично сообщает он.
— Хамелеон не доставил проблем? — с интересом смотрю на китайца.
— Даже не понял, что его убило, — с ноткой похвальбы отзывается тот.
— Музыка для материнских ушей. Хорошая работа. Полагаю, Трансивер у Одиссея?
— Да.
— Отлично. Драгана, свет моих очей! — громко окликаю дроккальфар.
Когда та заходит, недоумённо покосившись на меня, сообщаю им обоим:
— Поскольку Дороти больше не в Канзасе, ей нужно соответствовать местной обстановке.
По глазам обоих понятно, что они вообще не соображают, о чём я.
Без лишних слов прижимаю свой жетон вначале к метке девушки, а потом — Шелкопряда. Два транша по десять миллиона уходят на их счета, разом делая обоих богаче, чем они когда-либо были.
Параметры ушастой мне известны из беседы, а информацию соклановцев мог изучать, пока числился лидером. Поэтому я знаю наверняка, что у обоих все параметры
Учитывая, что на счету у меня лежало 75 миллионов, возможность усилить соратников кажется оправданной. То, что прокатывало в глуши — на Земле, может не сработать в самом сердце Сопряжения. Мне нужно, чтобы товарищи могли за себя постоять.
— Какого кройца ты творишь?! — взрывается Драгана.
— Спасибо! — с глубоким поклоном в девяносто градусов выдаёт Шелкопряд.
— Бери пример с него, — киваю на азиата. — Вот это правильная реакция.
— Не меняй тему.
— А ты сама сообразишь, зачем вам нужно столько арканы, или мне разжевать? Тут у охраны РБМ превосходит ваш почти в полтора раза. Если так и будете плестись в хвосте, то следующая стычка станет для вас последней.
Дрокк бурчит себе под нос, но прекращает спорить. Несмотря на внешнюю ершистость, от неё исходят волны благодарности. Забота даже кошка приятна.
Ладно, пока они заняты делом, сгоняю по-быстрому в Магазин. Есть там у меня целых два незавершённых дела.
Глава 14
Привычным образом раскрывается овал портала. Знакомое лёгкое головокружение, и я стою посреди безликого помещения, обводя его внимательным взглядом. Обстановка хорошо мне знакома. Комната совсем небольшая, десять квадратных метров или около того. Голые стены, низкий потолок, длинный прилавок, за которым обычно маячит неунывающая физиономия Такирама. Однако сегодня меня встречает непривычная картина.
Вместо вездесущего шестирукого покрытого мехом торговца за стойкой скучает женщина-пришелец[1]. Её кожа носит тускло-серый оттенок, отливающий багрянцем возле ушей, висков и линии волос. Если их вообще можно так назвать. Извивающиеся, словно живые, серебристые нити постоянно шевелятся. От кожного покрова к макушке уходят изгибающиеся не то перья, не то отростки плоти. Глаза серебристые в окружении чёрных племенных татуировок. Всё вместе — странное, завораживающее зрелище.
Завидев меня, незнакомка оживляется. Плавным движением поднимается со стула и улыбается — насколько я могу судить по выражению её лица.
— Приветствую вас, уважаемый клиент, — мелодично произносит она. — Добро пожаловать в Магазин Сопряжения. Меня зовут Нейара. Чем могу быть полезна?
От её голоса по рукам пробегают мурашки. В нём одновременно слышится и безмятежность, и затаённая печаль, и какая-то неуловимая угроза. Встряхнувшись, шагаю к прилавку.
— И тебе не хворать, — хмыкаю я. — Меня зовут Егерь. А где Такирам? Непривычно видеть здесь кого-то другого.