Чтение онлайн

– Я пойду, если мы сможем пойти в «Карри у Гарри», – сказала я. – Ты знаешь, как я люблю цыплят тандури.

– Раз ты этого хочешь, туда и пойдем, – сказала Т.С.

* * *

«Карри у Гарри» был любимым рестораном Кейси на улице Кентфилд. Это была индийская закусочная на краю территории Уильямсона. Мне всегда нравилось сюда приходить, ведь место было в стороне от Фемиды. Это был другой мир со студентами колледжа и тревогами колледжа. Мне нравилось сбежать туда, особенно сегодня.

Мы сели с едой, девушка прошла мимо

в синем плаще, хлопающем у ее бедер.

– Отличный плащ, – сказала нам Кейси. Она повернулась к девушке, отклонилась и крикнула. – Мне нравится твой плащ, – Кейси не упускала шанса быть модной. Даже сегодня, посреди зимы, она была в лиловых сапогах с каблуками в три дюйма.

Девушка поблагодарила, и Кейси взялась за жареный сыр со шпинатом. Прожевав кусочек, она спросила у меня:

– Они делают это с гонцами?

– Что? – спросила я.

– Пересмешники, – сказала она, словно это было очевидно.

– Это я поняла. Что они делают?

Кейси пожала плечами.

– Забыла, ты же не знаешь, как работают Пересмешники, – сказала она.

– Да, потому что ты не хотела делиться деталями. Помнишь?

Я пронзила ее взглядом и замолчала. Кейси не повелась, подцепила вилкой еще кубик сыра. Мы молчали минуту, но Т.С. не интересовал наш разговор, она приступила к делу:

– Почти все гонцы школы – часть Пересмешников, – объяснила Т.С., убирая светлые волосы за уши.

– Ты добавила в группу гонцов? – я вскинула бровь. Кейси кивнула как гордый родитель. – Как это работает? Как администрация не знает?

– Не все в Пересмешниках, но это наша помощь. Работа гонца – волонтерская, и Пересмешники предлагают тем, кто хочет стать настоящим Пересмешником, сначала побывать гонцом, – объясняла Кейси внутреннюю работу Пересмешников, словно еще была там.

– И что тогда происходит?

– Гонцы тихие, но сильные. Когда они забирают записки с посещаемостью, они могут отметить, что определенного ученика нет, если нам это нужно.

– Даже если они есть, – сказала я, понимая, почему Мартин кивал гонцу на физике на прошлой неделе, а потом еще пару раз. Мартин сам был гонцом, мог оттуда начать как Пересмешник. Гонцы были проверкой. – Но учитель знает, что они там, – отметила я.

– Не важно. Записки добавляют или отнимают очки. И когда ты получаешь очки каждую неделю, ты даже не знаешь, как их считали. Это небольшой урон, но мы продолжаем, и вскоре баллов уже не хватает для выхода с территории академии, – объяснила Кейси.

– Это довольно умно, – признала я. – Но в чем смысл?

– Чтобы ученики поняли, что мы серьезно.

– Но ученики знают, что это делают Пересмешники?

– Сначала – нет. Но когда близится слушание, все становится понятным, они складывают дважды два, как мы и хотим, так что они приходят, когда их вызывают.

– Но Пересмешники должны быть хорошими, – возразила я.

– Верно, – быстро сказала Кейси. – Мы никому не вредим. Просто

показываем, что мы серьезны. Что с нами лучше не шутить.

– А если я решу не проводить суд? Разве честно было забирать его очки?

– Ему вернут очки, если ты откажешься от суда, даже добавят парочку, и никто не заметит, – объяснила Кейси.

– А если его признают не… – я поежилась от мысли, что Картера не признают виновным. Но я сказала. – А если обвиняемого считают невиновным?

– Тогда его приглашают работать в Пересмешниках, чтобы помогать разобраться с правами тех, кого обвинили, – сказала Кейси.

Я кивнула, впечатленная тем, что сестра все учла в группе.

– Такое было раз или два, и за меньшие преступления. Например, украденную папку пару лет назад, – отметила Т.С.

Я повернулась к своей лучшей подруге.

– Ты все знаешь. Ты тайно состоишь в Пересмешниках? Ты в совете, но не сказала мне?

– Нет, – сказала Т.С. – Просто мы с Кейси недавно обсуждали работу группы.

– Встречались на темных парковках или посылали сигналы азбукой Морзе?

– Ох, мы переписывались по электронке или встречались после тренировок, на которых я показывала Фемиде, как надо играть, – сказала Кейси.

– Мечтай, – парировала Т.С.

Я посмотрела на Т.С.

– Но зачем? Почему тебя стало интересовать все, что связано с Пересмешниками?

– Потому что ты – моя лучшая подруга, дурочка.

Я опустила вилку. Хоть я знала, куда меня направляли, я хотела сама решать.

– И вы уже решили, что я буду продолжать? Тогда какой смысл мне решать? Вы уже продумали все за разговорами.

– Я просто хочу, чтобы ты не переживала, Алекс, – сказала Т.С. – Судя по тому, как ты ешь, ты ощущаешь опасность неделями. Я знаю, что ты боишься. Ты стараешься избегать его, выбираешь обходные пути в класс, не ходишь в кафетерий. Будешь весь год пропускать еду, чтобы избегать его?

– Не знаю, – я прожевала кусочек курицы.

Т.С. встревожилась.

– Ты не хочешь, чтобы в Фемиде было безопасно? Боже, ты выступала в клубе факультатива, а теперь они хотят увидеть, как Картер играет в водное поло. Они не знаю. Они могут набрать лучших учителей мира, бросать нам вызов, посылать нас в колледжи Лиги Плюща, но они бессильны вне класса. Они могут лишь предложить горячий шоколад и планировать следующее выступление марионеток.

Т.С. перевела дыхание, а я посмотрела на сестру, ее каштановые волосы были как мои, и карие глаза были как мои. Внешне она была почти моей близняшкой, но мы были разными. Она была шумной, защищала права обиженных. Я едва могла помочь Джулии с одним из проектов волонтеров.

– Зачем ты основала Пересмешников? – спросила я.

Он выдерживала мой взгляд.

– Потому что должна была.

Я фыркнула.

– Что это значит? Должна была?

– Я не могла стоять и смотреть, как ученики вредят друг другу.