Партиалы
Шрифт:
Кира кивнула, и забрала свой дробовик у Фарада:
— Тогда я прикрою: кто-нибудь с хорошей дальностью стрельбы, уберите тех стрелков.
Не дав себе лучше обдумать свою идею, Кира поднялась на ноги и начала стрелять вдоль холла, выстрел за выстрелом. У неё был длинноствольный полуавтоматический дробовик, бесполезный в условиях стеснённого пространства, но на средней дистанции, как сейчас, он производил огромные разрушения, начиняя пространство тучами картечи — лояльные Совету солдаты вынуждены были попрятаться в укрытия. Джейден стрелял из своего ружья рядом, долго прицеливаясь и делая точные выстрелы каждый раз, когда враг показывался из укрытия. Остальные в это время
— Ты в порядке? — спросила она.
— Да все по-старому и по-старому, — сказал он, сжимая зубы, когда громовые оружейные раскаты потрясали стены и потолок. — А ты?
Кира кивнула.
— Лекарство цело? — она протянула руку к его талии, чтобы проверить, и легонько коснулась его пальцев, когда он сделал то же самое. Шприц был нетронут и обмотанная вокруг него ткань сухой; ничто не разбилось и не протекло. Кира задержала свою руку на нем еще на пару мгновений, взглянув в глаза Маркуса.
— Я прошу прощения, — тихо сказала она. Позади громко крикнула Хочи и отпрянула, чтобы перезарядить винтовку, а Фарад подхватил за ней стрельбу.
— За что — за все это? — спросил Маркус, обводя рукой пространство вокруг. — Об этом не волнуйся — это происходит все время.
— Ты хотел жить в мире и согласии, — сказала Кира, закладывая в ружье новые боеприпасы. — Ты всегда хотел только этого: чтобы мы с тобой были вместе, и я хотела того же, но я…
— Я знаю, — сказал Джейден, и в его голосе не было ни следа веселья. — Я хотел, чтобы все оставалось по-старому, но ты хотела, чтобы становилось лучше. И ты была права, пусть станет лучше, просто… сначала на некоторое время станет намного хуже. Думаю, я это знал, но боялся этого.
За ними охнул Фарад — не крикнул, а тихо, гортанно простонал, и его тело рухнуло на пол. Хочи вскрикнула, а Кира побледнела от увиденного и оттащила Фарада с линии огня. Маркус коснулся его шеи в поисках пульса, пригнулся, чтобы послушать дыхание, но крови было слишком много — он никак не мог быть живым. Маркус покачал головой, подтверждая опасения Киры:
— Мертв.
— Что теперь? — спросил Джейден. В коридоре теперь стало зловеще тихо — стрельба прекратилась — хоть издалека доносился слабый шум: приглушенные крики и хлопки выстрелов снаружи; вопли беспомощных пациентов госпиталя, отчаянный рев младенцев, заживо сгорающих в лихорадке. Четверо друзей в ужасе сгрудились в комнате, дрожа. Кира посмотрела через дверной проем, но ей были видны только несколько футов противоположной стены. Незнание того, что происходило в коридоре, заставило ее чувствовать себя слепой и глухой. Джейден быстро уверенными движениями перезарядил свою винтовку, хоть Кира и видела, что его пальцы дрожали от усталости и выброса адреналина.
— Еще один рухнувший план, — сказал он. — Мы не могли попасть внутрь — теперь мы можем быть чертовски уверены, что не сможем вырваться отсюда, и нет смысла тянуть тебя в Сенат. Идем прямо в родильное отделение?
— Прямо туда, — сказал Маркус. Он поморщился, качая головой. — Кира была готова умереть, чтобы мы могли сделать Арвен укол; думаю, мы тоже должны быть к этому готовы. Нам нужно миновать всего пару дверей по этому коридору — если мы сможем войти и сделать инъекцию, даже если никогда не сможем оттуда выйти, мы все равно победили. Дитя будет спасено, и, благодаря устроенному нами снаружи представлению, все
Хочи тяжело вздохнула:
— Думаешь, у нас получится?
— Хватит того, чтобы получилось хотя бы у одного их нас, — сказал Джейден.
Маркус встал, расстегнул рубашку и снял ремень с лекарством. Он посмотрел на Киру, затем поднял с пола свою винтовку:
— Если все это переживет только один из нас, я бы хотел, чтобы это была ты. Мы готовы?
— Нет, — сказала Хочи, — но нас это никогда не останавливало, — она схватилась за стул на колесиках и помедлила в дверях, оглянувшись. Кира и остальные проверили свое оружие и кивнули, и Хочи вытолкнула стул в коридор.
Холл заполнился оружейным огнем, а четверо друзей выскочили в коридор вслед за стулом, дико стреляя в удивленных солдат, которые целились не туда. Хочи шла первой, споткнулась, когда пуля задела ее руку, но она уже была возле двери в нужное им отделение и рванула дверь. Та не поддалась, поэтому Хочи сделала шаг назад, простелила замок и ввалилась внутрь, когда дверь распахнулась. Маркус двигался медленнее, он либо плохо целился, либо промахивался специально, пытаясь не убивать врагов, а отпугнуть их в укрытие. Казалось, это работало, и Кира с Джейденом приложили все усилия, чтобы вести беспрерывную стрельбу, в то же время продвигаться вперед. Внезапно Хочи закричала, и Кира услышала выстрел. Маркус вбежал в отделение мгновением спустя, и Кира услышала еще выстрелы, а затем внезапно она обнаружила, чтоб лежит на полу, а ее нога взорвалась болью, такой, какой она никогда раньше не испытывала.
— Вставай, — рявкнул Джейден, дико стреляя в дальний конец коридора. — Я почти пуст — я не смогу сдерживать их вечно.
Кира попыталась подняться, но ее нога не двигалась и оказалась бесполезной; кровь пропитала ее штанину и лужицей собиралась на полу.
— Меня подстрелили.
— Я знаю, что тебя подстрелили, просто убирайся из коридора!
Кира кинулась вперед ползком, перебирая руками, волоча за собой ногу. Боль стала возрастать, и Кира чувствовала, как ее сознание гасло по мере того, как кровь бойко лилась на пол. Джейден выругался и стал стрелять более осторожно, экономя патроны, пытаясь использовать на каждого солдата по одной пуле. Кира сняла с плеча ремень с лекарством и протянула его Джейдену.
— Возьми и беги, — сказала она. — Оставь меня и спаси Арвен.
— Слушай, Кира, — сказал Джейден, выпуская последний патрон и отбрасывая бесполезное теперь ружьё. — Я думаю, ты плохо меня знаешь. — Он наклонился, обнял её за талию и плечи, затем поднял её и направился к дверям родильного отделения, прикрывая Киру от вражеского огня своим телом. Солдаты открыли огонь, и Кира чувствовала, как Джейден вздрогнул от одного попадания, затем от другого, его дыхание сбилось, темп ходьбы снизился, но он не останавливался. Кира прижалась к нему и отчаянно звала его по имени, Джейден же с рычанием и хрипением проклинал солдат. Наконец он завернул за угол двери родильного отделения, и они упали на пол.
— Джейден! — услышала Кира вскрик. Она повернулась, и увидела Мэдисон, укрывающуюся за инкубатором интенсивной терапии, и её сердце нервно затрепетало: «Она уже родила. Неужели мы опоздали?»
За Мэдисон находился взъерошенный Гару, с дикими глазами сжимая оружие в руках. Он нацелился на Киру: — Бросай оружие!
— Джейден! — снова вскрикнула Мэдисон, и сделала попытку броситься вперёд, но Гару держал её железной хваткой:
— Оставайся здесь.
— Он ранен!
— Я сказал, оставайся здесь! — прогремел голос Гару, и Мэдисон отшатнулась в страхе. — Мы не подпустим их к нашему малышу.