Чтение онлайн

Снова шуршание шелка… Приглушенные, как через вату доносящиеся, голоса и музыка. Незабываемое возбуждение от предвкушения любви. Вот в этой самой ярко освещенной канделябрами зале с ним вальсирует молодая девушка с волосами цвета липового меда и смотрит на него с нескрываемым восхищением.

– А что вы сейчас делаете? – голос Джеффа вернул его к действительности.

Действительность? А где он был до этого?

Абсурд! Однако угасающие звуки старого вальса все еще звучали в воспаленном мозгу. Вальс с любимой женщиной! Это было слишком прекрасно, чтобы быть правдой… А может быть, это было правдой, но безвозвратно ушло.

– Мы

с твоей матерью танцуем, – пояснил Джон, останавливаясь.

Бретт помотал головой, отгоняя от себя остатки наваждения. «Ну и богатое же у меня воображение!» – подумал он. Но тут необъяснимая сила вытолкнула его из зала. Бретт пулей вылетел из зала и, чувствуя острую необходимость видеть Дженни, с грохотом пронесся по столовой на кухню.

Она стояла спиной к дверям и, держа в руках стакан с каким-то напитком, смотрела в окно на угасающий день. Бокал дрожал, и издалека было заметно, что ее нервы тоже натянуты как струны. Дженни казалось, что она балансирует на краю пропасти, и это чувство преследовало ее весь день без всяких причин и объяснений. Ожидание чего-то ужасного родилось в ней и больше не покидало ни на секунду.

Может быть, Бретт был прав, говоря о своеобразном влиянии стен этого дома, а может быть, это было результатом ее знакомства с дневником Моди. Короче, независимо от причины страх сковывал ее железным обручем.

Неясная связь между ночными кошмарами и предстоящим балом чудилась ей и тревожила ее, и без того взвинченную до предела. Наверное, потому, что трагедия Анны и Сэза произошла также во время бала, хотя сама картина праздника в ее сне отсутствовала.

Ощущение того, что что-то должно произойти, постепенно превратилось в уверенность.

Занятая своими мыслями, она вскрикнула от неожиданности, когда дверь на кухню резко распахнулась, по помещению заструился прохладный воздух, и в дверном проеме показался всклокоченный Бретт. Стакан выскользнул из ее рук и с прощальным звоном разлетелся вдребезги.

– Дженни, с тобой все в порядке? – выдохнул запыхавшийся Бретт.

– Ты что, с ума сошел? Ты чего так врываешься?

Бретт, не отвечая, смотрел на Дженни.

– С чего ты взял, что что-то произошло?

– Я слышал, как ты вскрикнула, – нашелся он после некоторой паузы.

– А ты думал, что, если за моей спиной кто-то сносит дверной косяк, я буду молчать? Похоже, это у тебя возникли какие-то проблемы.

– У меня? Да нет! С чего бы это? Просто мне вдруг захотелось видеть тебя, вот и все.

Ох и врал Бретт! Дженни прекрасно чувствовала напряжение, волнами исходившее от его тела.

– Ну тогда, может быть, уйдем из кухни и прогуляемся немного?

Дженни собрала с пола осколки бокала. Рука об руку они вышли в сад, под лучи заходящего солнца. Миновав гостевые коттеджи и конюшню, из которой раздавались удары молотка, они подошли к опушке леса. Даже отсюда было слышно, как Арнольд что-то старательно приколачивает к старым стенам. Здесь, под кронами деревьев, было значительно прохладнее, чем на открытом солнце. Стройные кипарисы, высокие сосны и раскидистые дубы отбрасывали длинные тени на изумрудную зелень травы. Воздух был наполнен ароматом хвои и неповторимым запахом ранней луизианской осени. Совсем неподалеку находился заболоченный рукав реки и рядом – то самое место около башни. Отсюда хорошо просматривалась заросшая поляна с аккуратными ровными рядами темных камней. Вот оно, старое семейное кладбище

Гэмптонов!

Дженни замедлила шаг, колеблясь: стоит ли туда идти? Бретт тоже не торопился, но какая-то невидимая сила будто подталкивала его вперед, словно провоцируя лично убедиться, что описанные в романе события имели место и в реальной жизни. Чувство, возникающее каждый раз при входе в Гэмптон-Хаус. Дневник Моди. Дневник Мэри. История Хестер. Ночной кошмар Дженни.

– Бретт? Мы идем дальше? – спросила Дженни неуверенно, остановившись на краю поляны.

Надгробий на кладбище было несколько больше, чем им показалось издалека. Не меньше двадцати. Трава около могил была аккуратно подстрижена, а вокруг тянулись вверх, к солнцу, ухоженные садовые цветы. Это удивило Бретта. Он не предполагал, что новые хозяева поместья проявляют такую заботу о старом кладбище. Мраморные и гранитные ангелы украшали каждую могилу. То тут, то там камни пересекали трещины, из которых пробивался грязно-зеленый мох. Ветер и солнце делали свое дело, постепенно разрушая то, что возводилось на века. Бретт повнимательнее вгляделся в первый ряд надгробий и пришел к выводу, что последнее захоронение здесь производилось в 1910 году.

Ноги, казалось, сами понесли Бретта к последнему ряду.

– Иисус, – только и смог вымолвить он. Здесь находились все. Рэндолф и Мэри Гэмптоны лежали рядом под двойным гранитным камнем. Поодаль от отца находилась могила сына. Затаенная боль зашевелилась в сердце Бретта у надгробия Рэнделла. Друг Сэза Тэйлора! Надежный товарищ везде и во всем! Молодость Сэз и Рэнделл провели плечом к плечу – они делили между собой все: и первый бокал виски, и первую выкуренную трубку, и даже первую женщину. Фактически они были братьями.

Бретт шел и шел, читая имена и даты. Рэндолф погиб на войне через год, Рэнделл – через два.

Так, дальше. Дальше была ее могила. Могила Анны, а рядом – могила Сэза. Дата смерти у обоих одинакова – 3 июня 1857 года. День ее девятнадцатилетия.

Дженни не хотела идти за Бреттом. Ее сердце и так рассказало ей обо всем, что она могла увидеть на этом кладбище. Но могила Анны! Ее собственная могила! Дженни должна была посмотреть. Она неслышно прошла между надгробиями и встала позади Бретта, глядя на последний земной приют той, чьей частицей она являлась, чья душа теперь жила в ее теле.

Он оглянулся, нежно взял ее за руку и сказал:

– Видишь? Анна и Сэз давным-давно умерли, а Дженни и Бретт продолжают жить в этом мире.

– Угу. Я думаю, что нам необходимо отпраздновать этот факт.

– Вот как? – улыбнулся Бретт. – Интересно узнать, что ты опять задумала.

– Ну-у-у, – протянула Дженни, тоже улыбнувшись, – я уверена, что, когда мы вернемся в нашу комнату, мы сможем поговорить об этом поподробней.

Круто развернувшись, они не оглядываясь пошли подальше от этого печального места – домой.

Бретт обнял Дженни за плечи.

– Сейчас мы поднимемся наверх… – начал он, поворачивая за угол дома, и осекся.

На пороге стояли Грейс Уорен и Кэй Олсен.

Первое, на что обратила внимание Дженни, это то, как изменилась Кэй. Она сильно похудела и это в сочетании с короткой модной стрижкой делало ее чрезвычайно привлекательной. Настоящей красавицей. Кэй пронзила Дженни холодным, откровенно враждебным взглядом, которому последняя не сильно удивилась. Чувства Кэй к Бретту были слишком очевидны. Только такой растяпа, как Мак-Кормик, мог этого не замечать.