Отступники
Шрифт:
А после того, как Церковь отметила достижения главы семьи в области Света, то они словно слетели с катушек. Теперь же, если ты неумеха в магии Света, — ты для них мусор.
— И ког-…
Внезапно Джим прервал его, над деревней пролетела стая птиц — Крогены. Большие хищные птицы, которые могут с лёгкостью перегрызть человека пополам, но они охотятся только на маленькую дичь, именно поэтому, когда они выходят на охоту, детей прячут.
Также сейчас сделал и Джим, схватив Абеля под мышку и бросившись к церкви. Когда
— Падай! — крикнула появившаяся в дверях церкви мать.
И Джим послушался, упав на спину, прижимая голову Абеля к груди, и видя, как эту огромную птицу пробивает насквозь луч света, исходивший от креста Габриэль.
Стоит признать, что заклинания Света, которые не ограничиваются посредственными «улучшениями», исцелением и чем-то вроде этого, стоят того, чтобы их изучали.
Через пару дней
Они дрались, точнее, игрались с палками уже около двух часов, Джим пообещал, что поговорит с детьми Вериго, чтобы Абель продолжил свои тренировки и не вспоминал об издевках.
Абель успел получить пару раз по рукам, а Джим по ногам, потому что, как говорится, до куда дотянулся — туда и ударил.
И наконец брат Джим отбросил палку в сторону, прямо около оврага, она немного покачалась на краю, а после и упала туда. Джим отошёл к невысоким деревьям, на которые и облокотился, медленно сползая на землю. Когда Абель подошёл к своему старшему брату, то отодвинул листья, что почти касались земли.
— Брат?
— Всё нормально, ты же знаешь, у меня дыхалка ужасная. — честно признался он, — Я немного отдохну, ты уж прости.
— Брат, а зачем мы занимаемся? — недоумевал Абель, в других семьях никто не занимается таким.
— То-о-очно, Сестра же ещё не рассказывала тебе, ну, — он сделал короткую паузу, глубоко вдохнув и выдохнув, — Вырастешь и тебе всё расскажут.
Абеля долго мучал один вопрос и он, немного потоптавшись на месте, спросил:
— Брат, почему ты зовёшь маму Сестрой? — он почесал макушку и отвернулся в сторону, чтобы скрыть покрасневшие щёки, — Вериго всё время говорят, что ты мне не родной!
— Ох-х, — потёр переносицу он, — Ты уже такой взрослый, такой смышленый… Понимаешь, мы родные, но не совсем… У нас разные родители… Твоя мама, говорят, нашла меня. И она же монахиня — все зовут её Сестрой, вот и… И я стал её так звать.
— А… — кивнул Абель, он не перестал считать Джима кем-то чужим, наоборот, для него он стал ещё лучше, скорее всего из-за своей честности, — Думаю, если бы ты назвал её мамой, то она бы обрадовалась!
Он улыбнулся и больше эту тему не поднимал.
Они говорили о драках, он рассказывал, как однажды упал в гнездо Шелков — эдакие пауки, их часто используют как питомцев, из них получаются отличные шелкопряды, потому так и прозвали, так вот, однажды он упал
А потом Абель спросил его про магию.
— Я, прости конечно, не очень смыслю в магии, да и вообще образование у меня никакое, — говорил Джим, — Но кое-что мне рассказывали в городе, помнишь, это было в том году — ездили поддержать Тюля на конкурсе поваров?
— Мы ещё с Западной деревней пересеклись в пути, помню, да! — закивал мальчик.
— Там я встретил одного старика, который гулял в лиловой меховой шапке, представляешь? Хотя, я слышал, что в городе это что-то вроде традиционного головного убора… Не суть! — Джим говорил быстро и много, даже Абель иногда не поспевал за мыслью своего брата, — Тот почему-то даже заплакал, когда увидел меня — странный дедок, если честно.
— А как это связано с магией? — непонимающе и с паузами проговорил Абель.
— Э-э… Нет, не знаю. Он просто был рядом с магазином, где продавали гримуары и жезлы, поэтому, я думаю, он был настоящим чародеем!
Абель сначала смотрел на своего брата, как на дурачка, пока не засмеялся, поняв, какая же это глупая ситуация.
Уже наступали сумерки, время шло быстро, как обычно. Они заговорились и провели несколько часов у дерева. Абель крепко держал брата за руку, глаза не привыкали к темноте, поэтому он полностью понадеялся на Джима. Это было не самым верным решением.
На половине пути к дому, Джим, видимо не рассчитав, что надо вести по правильной дороге ещё и Абеля, опустил его руку, а он в ответ — упал в металлические кусты, думаю, по названию понятно, что они из себя представляют.
Абель почувствовал боль, будто бы множество игл, которые, обычно, Джозеф Вериго втыкал в него, вновь оказались в его теле. А потом было жжение — это Абель узнал почти также быстро. Оно было таким же, как когда в рану сыпят соль.
Джим переживал сильнее Абеля, он подхватил его на руки, осторожно сняв ногу с металлического листа(в прямом смысле, лист, но из металла). Кровь осталась на кусте, а из раны она била фонтаном, хотя «фонтаном» сильно сказано, но её было больше, чем нужно, а ещё рубаха и штаны превратились в окровавленные лоскуты.
Он усадил младшего брата на скамью, что стояла у их дома, похоже Джиму было боязно появляться дома. Абель удивлялся силе Джима, ведь тот поднял его словно перышко, да и бежал так быстро.
Проверив, что Абель никуда не уйдёт, он наказал ему сидеть на скамье, а сам побежал домой. Когда Джим появился, он держал металлическую кружку, и пучок какой-то витиеватой травы.
— Жуй, но не глотай — сказал он, подавая траву, — Подними ш-штанину, чтобы я промыл рану!
— Жжётся! — пожаловался Абель.