Отступники
Шрифт:
Внутри дирижабль разделялся на несколько комнат: техническую, отдел пилотов и пассажирскую. В последней и сидели все гости, слушающие рассказ молодого паренька в смешной шляпе с широкими краями.
— Должна признать, — начала Эвелин, глянув на своего телохранителя, — Я ожидала худшего — это если между нами.
Юджин раскрыл глаза, потом залился искренним смехом, а вытерев слезу, сказал:
— Конечно, Принцесса.
После прибытия они ходили по дорогам порта, заглядывали в магазинчики, разговаривали на политические темы. Принцесса почему-то… Тянулась к этому юноше, он казался ей не
Лишь когда они уже обошли всё, а он проводил её до самого номера в гостинице, сказав, что лишь завтра они поедут в Академию, Эвелин вспомнила, что за целый день так и не узнала его имени.
— Ах-ха-ха, — рассмеялся он, — Простите меня, виноват, меня зовут Юджин Грант, к вашим услугам, — парень поклонился.
На этой ноте они расстались, Эвелин очень устало переодевалось, за целый день вся её энергия истощилась и она, лишь скинув одежду плюхнулась на кровать. Так Принцесса и уснула, нагишом, с разбросанными вещами по комнате и открытым балконом.
Весь следующий день Принцесса шмыгала носом и чихала во время поездки. Медленно они приближались к Академии.
— Вот, Принцесса, — Юджин, сидевший напротив Эвелин, показал карту, — Мы едем тут, а ближе к завтрашней ночи должны оказаться у ворот Академии… Это, конечно, не Королевство Аметиста, тут достаточно быстро можно добраться до любого места, но подождать придётся.
Карта была на бумаге в клетку, крестик был поставлен на городке с портом, откуда они выехали, а штрих-линия проведена до большого круга, стен, со строениями внутри — Академия. Она была изображена, как несколько высоких башен со стенами вокруг. Также снизу Академии, на Юге, был ещё один круг, но побольше, — это Город Рубина, нарисованное в виде большого замка с множеством домиков и со вспаханными полями вокруг.
На пути к Академии, да и к замку тоже, было нарисовано множество маленьких деревушек, но их было меньше, чем на карте Королевства Аметиста, так что Эвелин самодовольно ухмыльнулась, а потом заметила на себе взгляд Юджина.
— Ох-х, ничего, — слегка смутилась Принцесса, — До одного лишь порта мне пришлось ехать больше недели — мне не привыкать.
Почему-то, рядом с ним она чувствовала безопасность и безмятежность, и Эвелин подумала, может, Абель — это всего лишь выдумка? Может, это Юджин всегда снился ей? Может… Это о нём она грезила с самого детства, и просто ошиблась, когда услышала другое имя?
Далеко-далеко посреди океана
Абель проснулся первым, он лежал на койке с дырявым матрасом, над ним спал какой-то ребенок, которого он ранее даже не видел. Он медленно, со скрипом, поднялся со своего спального места. В глаза потемнело, так что он обождал пару секунд, пока всё придёт в норму.
Прошёл мимо множества храпящих тел, игнорируя ноги, которые норовили ударить Абеля по лицу и идя на свет исходящий сверху, с палубы. Он заранее прикрыл глаза рукой, когда выходил из трюма, поднимаясь по лестнице. Слегка горячий воздух с запахом океана обдул лицо молодого парня.
«Снова похолодало… Точно, уже одиннадцатый месяц…» — пронеслось в голове юноши.
Он потянулся, вдыхая полной грудью, появилось желание
Абель помахал рукой капитану, тот ответил тем же, после чего подозвал к себе. Парень лениво шёл по палубе, споткнулся об швабру, что кто-то из детей оставил валяться тут, встал, поставил палку в ведро и отодвинул его в сторону, чтобы никто больше не споткнулся. Он поднимался по лестнице, здороваясь с Лайоном.
— Ты первый, — Лайон смотрел далеко вдаль, не смотря на Абеля, — Если тебе интересно.
— Ха-а, — зевнул Абель, — Ты всегда у руля, да? Ты же знаешь, что можешь научить кого-нибудь из старших, сможешь поспать, к примеру, всю ночь, а не пару часов.
Лайон закатил глаза, но Абель был уверен, что капитан на секунду помечтал о целой ночи сна. С того самого момента, как они отплыли из Королевства Аметист, их капитан почти не спит, находя себе момент где-то утром, когда все спят. Абель думал, делает ли Широ точно также?
— Ни за что не доверю «Старшего», — гордо говорил капитан, — Каким-то подросткам.
— Но самым старшим из нас уже за двадцать… — немного погодя ответил Абель.
На что получил лишь щелбан по лбу, и упрёк на каком-то другом языке, сказав бить склянки в колокол. Абель снова зевнул, и зашёл за спину Лайона, начав бить в колокол, а закончив, услышал вялое кряхтение доносящееся из трюма. Дети начали просыпаться.
Первыми были дети, от пяти до восьми лет, ранние пташки, в их составе появился и Никки, который тут же набросился на Абеля, пока остальные смотрели на него с отвращением.
Никки рассказывал о снах, которые ему снились, о том, как он летал с другими птицами. Абель знал, что этому мальчику нравится высота, и знал, насколько сильно Никки хочет научиться магии Воздуха, позволяющей летать.
Следом начали выходить подростки, замученные от тяжелой жизни, но те же дети, им всем было от тринадцати до восемнадцати лет, в их число входил и Абель, пусть тому вот-вот и исполнится восемнадцать лет отроду.
Громко ворча из трюма поднялся Робби, расталкивая чешуйчатым хвостом тех, кто стоял на его пути. А поднявшись поднялся на носочки и вытянул руки потянувшись. Осмотрелся по сторонам и заметил Абеля, идя к нему медленным шагом, лениво махая когтистой лапой.
— Алоха, Абель, — рыча зевнул тот, — Ты, как и всегда, раньше всех?
Тот кивнул, указывая на Солнце и то, что уже почти полдень. Кто-то был обязан встать и разбудить всех. На что, в этот раз, понимающие закивал Робби.
— Э-э, Эсма всё ещё?.. — осторожно начал Абель, запнувшись вначале.
Робби отвёл взгляд, снова кивнув и уйдя в сторону, к бортикам бригантины, оперевшись на них и смотря на то, как их судно рассекает морские волны.
Эсма вновь уснула, даже после того, как в неё влили больше половины тёмного источника, что по версии Робби, должна была обнулить действие проклятия. И Эсмеральда уснула беспробудным сном, погрузившись в коматозное состояние.